Вот и свела нас судьба (на войне как на войне) (СИ) - Патман Анатолий - Страница 24

А далее к нам быстро подтянулся весь отряд. Мы рассыпались широкой цепью и осторожно двинулись к северной опушке лесочка. К счастью, никто ни одного сучонка не сломал.

А почти три десятка башибузуков уже завалились на траву. Они легли отдохнуть прямо на опушке, пройдя лишь чуть вглубь. Хотя, немного справа и слева в кустах явно притаились парные дозоры. И один даже залез на не очень высокое дерево, но на опушке, и нас он не видел. Я тут же указал на него Демьяна. На парные дозоры нацелились Николай и Кирилл. А все остальные попрятались за деревьями и целились уже в основную группу.

— Foc! Огонь! — одновременно выдохнули мы с Георге. И сразу же захлопали наши винтовки и револьверы. Я сразу же засёк, как с треском свалился с дерева засевший там наблюдатель. Демьян уже открыл огонь по второму старшему башибузуку. Первого я уже добил, хоть и на пределе дальности стрельбы револьвера. Успел свалить ещё одного, но сейчас лишь ждал, так как уцелевшие башибузуки, и в большом количестве, резко и резво рванули в поле. Там колыхалось на лёгком ветру явно что-то из зерновых, похоже, что пшеница, и сейчас виднелись лишь спины стремительно убегающих бандитов.

Чуть позже наш ружейный огонь сам по себе стих. Мы не собирались напрасно тратить патроны.

— Оскар, Корней, ползком, проверить башибузуков! Живых тут же вязать! — опять скомандовал я. — Демьян, Николай, смотреть в оба, контроль! Чтобы ни одного выстрела по ним и нам!

А другим своим помощникам я указал в сторону дозоров и наблюдателя. И уже Георге повёл своих солдат — и бегом, и сильно нагнувшись к земле, к основному отряду башибузуков. Он зорко следил за лежавшими на земле бандитами. Если что, готов был тут же пристрелить их из своего револьвера, такого же «Смит энд Вессон», как у нас. Оттуда не стреляли, вот с поля прозвучали и штук пять выстрелов. И стрелков оттуда, судя по всему, троих, сразу же накрыли Демьян с Николаем. Больше уже никто по нам не стрелял.

Далее мы осторожно оттащили тела башибузуков подальше в лес и потрошили их уже там. Вдруг в поле кто засел? Туда лезть мы пока не стали. Могли и нарваться. И на опушке леса мы будем как на ладони. Сублокотенент хотел их пристрелить, но я убедил его их перевязать, а потом отдать русским. Пусть там наши решают. С другой стороны, эти, да, «груз 300» уже не являлись жильцами. При нынешнем уровне медицины всё равно рано или поздно сдохнут. Ну, пусть немного помучаются, кто выживет, его счастье. А так, мне точно не было нужно, чтобы потом меня вдруг взяли и обвинили в военных преступлениях. И в пленных всё-таки стрелять не надо.

Трофеи мы взяли, можно сказать, конечно, для нашего уровня, знатные. Судя по всему, десяток башибузуков, может, и больше, смогли убежать, так как нашлись в козлах или просто лежали на земле, так мы подобрали и в поле, три десятка винтовок. Правда, они были разных типов — примерно поровну русских Крнка, потом Пибоди и, что нас порадовал, Мартини-Генри. Да, румыны тоже были вооружены Пибоди. И возвращать купленные у Мартина шесть винтовок я уже не собирался. А что, законно наши. И револьверы нашлись — вполне себе десяток, но тоже разных типов. Лишь пара попалась, как у нас. Мы собрали и наплечные сумки, тоже почти пять десятков. Правда, изучить их содержимое у нас не получилось.

— Казаки! — сообщили выставленные нами пара дозорных.

Да, со стороны дороги, рассыпавшись широкой конной лавой, в сторону лесочка уже двигалась полусотня казаков. Там двигалась и большая пешая колонна. Тут Оскар с Георге немедленно рванули к опушке на ту сторону, и скоро оттуда послышался голос здоровяка:

— Казаки, мы свои! Армата романа! Румынская армия!

Чуть позже к полянке, где мы собрали раненных и убитых башибузуков, прибыл десяток казаков.

— Aici, Domnul Cornet, sunt in mod clarcercertasi! (рум. — Вот, господин хорунжий, явно лазутчики!) — заявил старшему казаку, крепкому молодому мужчине своих же лет, Георге. — Au încercat să ajungă la drum, dar au fugit în ambuscada noastră! (рум. — Пытались пройти к дороге, но нарвались на нашу засаду!)

Тут Димитрий тут же стал переводить слова сублокотенента на русский язык. Среди румын имелись и те, кто его знал, но слабо.

— Хорошо, сублокотенент, сработали! — довольно кивнул казак. — Вахмистр! — он тут же повернулся к своему подчинённому. — Всей полусотней немедленно проверить дальний лес. Только осторожно там. Нам тут турецкие лазутчики не нужны! И пошли кого-нибудь к воронежцам. Пусть пришлют санитарные повозки. Скажи, что тут румыны башибузуков положили и отдают нам.

— Будет сделано, господин хорунжий! Сейчас всё проверим!

Теперь Димитрий перевёл всё уже на молдовский.

Вахмистр кивнул ещё паре казаков, и они трое тут же побежали обратно. Скоро конная лава уже помчалась по полю в сторону дальнего леса. Но по ним уже никто не стрелял.

Далее Георге начал рассказывать казаку о ходе боя. А мы все продолжили потрошение трупов. Хотя, нет, я аккуратно занялся перевязкой раненных башибузуков. Да, мне лишний грех на душу не нужен. И так уже солдаты Георге стали дружно коситься на меня то с восхищением, то испугом. Был милый мальчик, но он вдруг оказался жестоким и опасным монстром, без всяких угрызений убивающим разных бандитов. Да, у меня внутри вообще никаких потрясений и чувств не появилось. Словно так и было надо.

Ещё позже неторопливо прибыли и двуконные санитарные повозки. Убитых кучей свалили в четыре повозки, а раненных — уже в пять. И с ними обращались вполне аккуратно.

— Не жильцы! — плюнул на землю пожилой санитар. — Хотя, этим разбойникам так и надо! Хуже самих турок!

— Fie ca Domnul să trimită sufletele lor în iad imediat! (рум. — Пусть Господь сразу же отправит их души в ад!) — вдруг добавил Оскар.

Сублокотенент сдал казакам и почти все трофеи, в том числе и оружие, кроме винтовок Мартини-Генри и револьверов. Но оставили и патроны к ним, ещё винтовкам Пибоди. Из сумок забрали лишь самое ценное или то, что солдатам понравилось, но немного. Мои помощники там себе ничего не взяли. Ну, нам всё это барахло было не нужно. Взятые ценности Георге потом поделит на всех, и всё.

Тут и казаки вернулись из дальнего леса и привели с собой большой табун, наверное, и в полсотни голов. На них полно было и перемётных сумок, но это уже являлось их хабаром, поэтому мы туда и не лезли. Похоже, что уцелевшие башибузуки побоялись идти к своим коням и просто убрали куда-то. Хотя, казаки притащили и пару раненных, найденных в поле, и их они забрали с собой.

А мы пока остались в лесочке.

— Да, князь Борис, мы, получается, уже на войне! — грустно заявил мне на немецком языке Георге. — Хорошо, что сейчас нам повезло. Но так не всегда бывает. А Вы действовали так, словно и до этого воевали. И когда успели?

— В первый раз, Георге, — как бы признался я. — И внутри всё мутит. Но мне, если честно, не хочется показывать свою слабость и пока держусь. Вообще-то, я сирота, у меня ещё в моём раннем детстве умерли отец и мать, и две старшие сестры. И полтора года назад моя тётя, мама Арина, чудом спасла меня самого. И поэтому я, наверное, уже выплакал все свои слёзы, и душа моя затвердела. Так что, не обращайте на меня внимание. Тем более, это же были враги, и довольно жестокие. Я уже много чего вычитал об их зверствах, поэтому жалеть этих разбойников не придётся и не следует!

— Тем не менее, князь Борис, Вы их всех перевязали, и весьма умело. Вас можно смело ставить в санитары.

Ну, тут отвертеться было легко.

— Не хочется, Георге, прослыть жестоким. Тем более, я же не судья и не Господь. Пусть уж их осудят те, кому положено. Но, если надо, и я умею мстить, и жестоко! И обязательно буду!

Глава 13

Глава 13.

Встречи в пути…

Далее наш отряд предался отдыху. Само собой, слегка и потрапезничали. Еды у нас хватало, так и трофейная досталась. Тем более, уже полдень наступил. Хотя, сублокотенент налил и своим солдатам, и моим помощникам, немного кислого вина. Нашлось среди трофеев. Да, им надо всё-таки немного расслабиться. Своего рода, да, наркомовские сто грамм. Но мне и предлагать не стал. Зато я вволю наелся каких-то восточных сладостей.