Закон эволюции (СИ) - Тепеш Влад - Страница 60

— И тех, кого вы расстреляли по своему произволу…

— Да. Я должен был заставить вас ненавидеть Доминион и себя все сильнее и сильнее.

— Но… зачем⁈

Виттман тяжело вздохнул.

— Потому что слабые должны уступить место сильным. Доминион не имеет внешнего врага — но устоит ли перед внутренним? Если да — отлично. Если нет… Тогда он должен быть разрушен, чтобы на его руинах выросло новое, еще более совершенное общество. Эволюция должна продолжаться, это вопрос выживания человечества как вида. В какой-то момент Доминион остался без врагов, а без врагов невозможна и эволюция. И потому я дал ему вас, капитан.

— Не очень-то радуйтесь, Виттман. Просто я — хреновый революционер, вот и все. Да и невозможно сделать революцию, если власть изначально на шаг впереди.

Первый покачал головой.

— Вы отличный революционер, Марк. На шаг впереди был только я — но я был лишь зрителем. Да, я знал, что вы попытаетесь меня убить. Потому жил не в замке, а в бомбоубежище вместе со всем персоналом. И помогал вам между делом. У меня уже был готов план по подмене детектора лжи, чтобы снять с вас обвинения, если копы вас поймают, но вы сами отлично справились, и я даже некоторое время думал, что вы не причастны к бутылочным атакам. Но потом получил распечатку вашего допроса и все понял. Вы ловко обвели инспектора вокруг пальца. И книга — это тоже была отличная идея. Вы оставили полицию в дураках, были на шаг впереди.

А проиграли вы не потому, что не справились. Вы проиграли, потому что Доминион оказался сильнее. Он выстроен на таком фундаменте, который вам не удалось свалить. Нельзя устроить революцию, располагая лишь худшими из людей. Вы боролись за тех, которые недостойны ваших усилий. Полиция вышла на вас потому, что единственный ваш сообщник, Ганн, предал вас. Если бы вы планировали операцию с участием ста человек — вас бы предал каждый второй или каждый третий. Стоило полиции объявить, что любой, предоставивший информацию о падении самолета, получит амнистию за участие и пожизненный иммунитет к Вызову, как Ганн позвонил и покаялся. И тридцати минут с момента аварии не прошло, а копы уже знали, что это сделали вы.

Маркус сжал челюсти. Что ж. Проиграл так проиграл.

— Вы знали о всех моих приготовлениях?

— Нет, вы были слишком осторожны даже для переговоров по взломанным ПЦП. Но, разумеется, я знал, что вы готовитесь к активным действиям. Тут я вам подыграл, засекретив всю прослушку ваших четырех ПЦП и лишив полицию возможности предпринять превентивные меры.

— А все те погибшие и пострадавшие — они тоже меньшинство, которым вы пренебрегли?

Первый печально улыбнулся:

— И в этом меня упрекает непосредственный исполнитель? Это был ваш выбор, капитан. Я подстегивал вас к действию. Но это могла быть как вооруженная революция, так и мирный протест. Вы в силу специфики профессионального мышления выбрали насилие — и я вас за это не виню. Но не перекладывайте свою ответственность на меня, я всего лишь беспристрастный наблюдатель.

— Что ж, в ваших словах есть резон. Вы позвонили мне, только чтобы сказать все это? Я вполне мог бы обойтись, умереть, не зная подробностей. Аве Доминион, мать вашу. Радуйтесь, вы победили. Это все?

Виттман улыбнулся.

— Вам рано умирать, Маркус. Доминион отлично выдержал испытание, которое я ему послал. Осталось еще одно. Самое последнее и трудное.

— Не понял?

— Самое тяжелое испытание для страны и социума — когда высшая власть будет в руках человека, всей душой ненавидящего новый порядок. Я ухожу в отставку и назначаю вас своим преемником. Соответствующий указ уже распространяется в СМИ. В вашем распоряжении год времени, за который вы можете попытаться изменить что-то или вовсе разрушить. А я буду следить за вашими успехами. Но предупреждаю: иногда разрушать бывает не так легко, как это принято думать, особенно если строители очень старались. Удачи, капитан.

Маркус и Пайпер ошалело смотрели в погасший экран ПЦП, затем переглянулись.

— Это просто… просто охренеть, — прошептала девушка.

Янек напомнил о себе стуком в дверь:

— Я могу войти, господин Первый Рейхсминистр?

Маркус вздохнул, собираясь с мыслями.

— Можете. Не заперто.

Каспар вошел и положил на столик небольшой металлический кейс.

— Ваш специальный терминал, сэр.

— Что в нем? Ядерная кнопка?

— Нет. Это портативный компьютер, с помощью которого вы можете получить доступ в любые базы данных, изменять законы, распространять информацию по инфосети, радио и телевидению. Сенсоры уже настроены на ваши отпечатки и сигнатуру. Мои поздравления в связи с вступлением в должность, сэр.

Маркус молча встал с кровати, сел за стол и пододвинул к себе чемоданчик, раскрыл его.

— И как далеко простираются мои полномочия? Я могу приказать разбомбить Японию?

— Можете.

— И ее разбомбят?

— Опасаюсь, что так и будет.

— Понятно. Янек, распорядитесь, чтобы того несчастного, который на границе застрял, впустили обратно и амнистировали.

— Я могу распорядиться от вашего имени, его задержат, в главной канцелярии подготовят указ и принесут вам на подпись. Или вы можете сделать это прямо сейчас с помощью чемоданчика, в этом случае указание будет исполняться незамедлительно, если не указано иное. Объяснить вам, как пользоваться?

Маркус открыл чемоданчик, включил компьютер и, следуя указаниям Янека, создал послание в главную канцелярию, указав наивысший приоритет.

— И сколько ждать?

— Ждать чего, господин Первый Рейхсминистр?

— Отчета об исполнении.

— Его не будет. Запросить отчет можно из канцелярии через секретаря, к примеру. Или я могу запросить по телефону. Но на спецтерминал отчеты не поступают. Вы создаете указ — он поступает на исполнение. Полагаю, что минуты через три-четыре начальник пограничного пункта уже получит приказ и выполнит его.

Маркус закрыл чемоданчик и указал на стул напротив:

— Садитесь, Янек. Есть разговор.

Тот сел.

— Слушаю вас.

— Итак, — медленно протянул летчик, — экс-Рейхсминистр Виттман, чьим идеологическим последователем вы являетесь, передает власть в руки своему врагу. Человеку, ненавидящему то, что вы считаете хорошим и правильным. Для вас это нормально, раз вы остаетесь на службе? Или дело в возможности посидеть, благодаря полномочиям, в кресле пилота?

Янек покачал головой:

— Ситуация, безусловно, ненормальная, но я верю Виттману. Он решил, что так надо, и доверил мне позаботиться, чтобы его план добрался до логического завершения. Что я и буду делать, пока вы меня не уволите.

— И что же будет логическим завершением?

— Ваше свержение путем Испытания Лидера, отказ от власти, ваше укрепление во власти либо ваша смерть, естественная или насильственная. Пока этого не случилось, я буду исполнять свои обязанности, как делал это раньше.

— Испытание Лидера… Через тот год, о котором упоминал Виттман?

— Именно.

— И он уверен, что я буду свергнут, раз дал мне год? Или сам же свергнет?

Янек покачал головой:

— Стать верховным правителем можно лишь однажды. Однако влияние Виттмана никуда не денется, поддержка людей военных, да и большого количества невоенной элиты, останется с ним до смерти. Мы говорили с ним на эту тему, вариантов всего три. Вызов на испытание Лидера вам могут бросить, а могут и не бросить. Вы — назначенный преемник, потому любой здравомыслящий оппонент вначале поинтересуется мнением Виттмана, и если он выскажется в вашу поддержку — Вызов бросит только самоубийца, потому что огромная часть элиты Доминиона соберется в вашу команду, если к этому призовет экс-Первый. И наоборот, если он выскажется против вас — можете не сомневаться, что все его сторонники поддержат вашего противника. Собственно, возможные ваши противники и будут из числа сторонников Виттмана.

И есть третий вариант. Виттман воздержится. Боюсь, что просчитать последствия я не могу.

— Понял. Бросать Вызов правителю можно через год и дальше каждый год?