Газлайтер. Том 40 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич - Страница 39

И теперь он был вынужден наблюдать, как за его сознание дерутся Лорды-Демоны. Сначала Хоттабыч не понял, что происходит в этом хаосе, и только потом до него дошло: это шестерки Астральных Богов рвали друг друга на части ради права обладать душой бессменного Председателя Организации.

В итоге победители потащили трофей к своему Хозяину. Хоттабыч, болтаясь в астральных захватах, судорожно перебирал в памяти пантеон и бормотал:

— Только не Гора. Только не Гора. Только не Гор…. Ох, да твою же мать! Но я же просил!

Над ним, закрывая собой всё пространство, нависла чудовищная, раздутая громада. Свалка чужой воли, обломков душ и астрального мусора.

— Ну, привет, Организатор, — прогрохотал Гора. — И обязательно же тебе было влезть в мои планы на Филинова и убить Размысла? Какое посмертие тебе устроить за такую наглость?

Хоттабыч, вися в пустоте перед ликом чудовища, криво усмехнулся своим новым призрачным ртом. Терять было уже нечего.

— Я тут недавно поговорку услышал: кто старое помянет…

— Закройся, — громыхнул Гора, и астральное тело Хоттабыча чуть не развеяло волной давления. — У тебя есть выбор. Первый: ты будешь служить мне. Для тебя прямо сейчас есть одно деликатное задание. Второй: я устрою тебе персональный ад. Я буду расщеплять твое сознание на волокна, сжигать каждый нерв тысячелетиями.

Хоттабыч молчал ровно секунду, взвешивая варианты. Вечное небытие и муки против возможности сохранить себя? Пусть даже в качестве астралососа? Для такого прагматика, как он, выбор был очевиден.

— Служба, — произнес Хоттабыч твердо, глядя в то место, где у пульсирующей туши должны быть глаза. А куда деваться? Торговаться ему нечем. — Командуй, босс.

Глава 14

Штормсборг, Винланд, Новый Свет

Ольга Валерьевна задумчиво касается кончиками пальцев своих губ, словно всё ещё ощущая на них горячее дыхание. В памяти всё ещё звучит голос царя Бориса — дядя звонил с нескрываемым, радостным лукавством. Он набрал ей первым, чтобы, как сам выразился, «официально поздравить любимую племянницу». Ольга тогда искренне удивилась: с чем именно? Борис, откровенно посмеиваясь, разъяснил прописные истины высшего света: если Король Багровых земель на глазах у тысяч людей поднимает девушку в небо и целует — это уже не просто жест вежливости. Это, как минимум, публичное предложение руки и сердца.

Оля тут же невольно улыбается, чувствуя, как щеки вспыхивают. Значит, теперь официально: она — невеста, а Даня — её жених. Всю свою карьеру она привыкла сама создавать громкие сенсации и управлять чужими репутациями, но судьба сделала изящный пируэт — теперь она сама стала главной мировой сенсацией.

— У нас тут решается судьба мира, а вы, Ольга Валерьевна, ещё и улыбаетесь? — раздается скрипучий голос.

Реальность, однако, возвращает великую княжну на землю. Прямо сейчас она находится не в небесах с Даней, а на тяжелых переговорах с упрямым Цезарем. Император Рима, заметив её отрешенный вид, недовольно хмурится, постукивая пальцами по столу.

Ольга Валерьевна делает глубокий вдох, моментально возвращая на лицо маску профессионального спокойствия, и парирует:

— Это я просто рада своим мыслям, Ваше Императорское Величество: мы все выжили в последней бойне, а это отличный повод для оптимизма. Вот и улыбаюсь.

Сидящий напротив Эйрик, грузный и мрачный, издает неопределенное мычание, а затем вклинивается:

— Цезарь, хватит уже за титьки тянуть корову, — начинает король Винланда, но тут же вспоминает, что великая княжна рядом, и смущенно кашляет. — Ну… в общем, ты и сам всё должен понимать.

Цезарь, задетый тоном винландца, вспыхивает:

— И что я, по-твоему, должен понимать? Это ты мне будешь указывать? Ты что, забыл, как в твоем проклятом Штормсборге нас чуть всех не порешили? Винланд ещё получит официальное требование возместить весь нанесенный моральный ущерб!

Эйрик лишь отмахивается, как от назойливой мухи:

— Да ты баран, Цезарь. На нас напали Демоны, вот с них деньги и требуй.

Пока мужчины меряются упрямством, Ольга Валерьевна берет инициативу в свои руки.

— Ваше Императорское Величество, — она подчеркнуто вежливо обращается к Цезарю, игнорируя выпад Эйрика. — У меня есть полномочия говорить и принимать решения от лица короля Данилы. Ситуация критическая: Астральные боги могут в любой момент атаковать резиденцию любого монарха, хоть ваш Золотой дворец. Вы ведь и сами получаете сводки — Астральные карманы раскрываются по всему Риму, в том числе.

Цезарь замолкает, просчитывая выгоду. Его взгляд становится цепким, торгашеским:

— Допустим. И что хочет Консул за свою помощь? Какую плату он выставит за протекцию Рима?

Ольга Валерьевна едва заметно вздыхает, уже понимая, что Цезарь начал торговаться, а значит, нужный подход она нащупала.

— Цена вложений в безопасность не превысит процент от ВВП государства, — спокойно произносит она.

Эту цифру она уже детально обговорила с Кирой Пауковой и аналитическим дуэтом Данилы — Василисой с Алисой.

Ольга Валерьевна продолжает, голосом выделяя главное условие:

— Но деньги — не основное. Вы обязаны предоставить свои войска под прямое командование Консула и выразить полную готовность беспрекословно выполнять приказы касательно обустройства и укрепления своих земель перед лицом астральной угрозы.

Цезарь недоверчиво щурится, нервно барабаня пальцами по полированной столешнице: — Не знаю, не знаю… Звучит как сдача суверенитета. А что взамен? Получим ли мы доступ к ресурсам Багровых Земель? Аномальное мясо будет? А ваши артефакты? Я, наконец, получу те гомункульские разработки, которые Филинов захватил в Арктике?

— В Антарктиде.

— Да какая разница, там! — отмахивается император, не желая сбиваться с мысли о наживе.

Ольга Валерьевна отвечает без заминки. Все инструкции Вещих-Филиновых она выучила наизусть, и на каждый такой вопрос у неё заготовлен идеальный ответ:

— Мирные технологии и гуманитарные ресурсы Данила будет передавать всем союзникам без ограничений. А вот военные разработки и тяжелое вооружение получат только те группы войск, которые встанут под его знамена и которые вы выделите для участия в обороне.

Цезарь на секунду задумывается. Его глаза хищно блестят: он, по-видимому, уже представляет мощь иномирских технологий в своих руках. Алчность стремительно побеждает в нём врожденную осторожность:

— Хорошо. Я согласен.

— Серьезно? — опешил Эйрик, искренне удивленный столь быстрой сдачей позиций со стороны Рима.

Ольга Валерьевна едва сдерживает победную улыбку, пряча её в уголках губ. Великая княжна прекрасно понимает истинную логику Данилы… Эти властители видят в нем лишь молодого выскочку, у которого можно выторговать иномирское оружие да разработки «Энергосинтеза», но не замечают главного подвоха. Те войска, которые Цезарь сейчас передаст, станут заложниками ситуации. Старик думает, что заполучает супероружие, но на самом деле он добровольно отдает своих солдат под полный контроль рода Вещих-Филиновых. А уж Данила позаботится о том, чтобы эти солдаты, получив технологии, стали верны командиру, а не далекому императору. Цезарь сам себя перехитрил в погоне за силой.

Ольга Валерьевна удовлетворенно думает, что ей есть что доложить своему… жениху?

Мир моргает, и реальность со скрежетом перестраивается. Я снова оказываюсь на Лунном Диске. Светка и Змейка со мной все так же.

Летающая Крепость с тяжелым гулом несется над бескрайним зеленым морем леса. Скорость такая, что верхушки деревьев внизу сливаются в одну смазанную изумрудную полосу. Бросаю быстрый взгляд вниз: там, на редких полянах, суетятся местные аборигены — мохнатые, до боли напоминающие обезьян. Они, задрав головы, возбужденно машут лапами и тычут в небо пальцами. Видимо, каменная громадина для них — что-то вроде сошедшей с ума колесницы богов.

Но мне сейчас не до этнографии. В самом Лунном Диске творится настоящий хаос: небо исполосовано вспышками заклинаний, магические снаряды чертят дымные дуги, повсюду гремят взрывы. Битва в самом разгаре.