Вик Разрушитель 10 (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 113

— Умеете вы уговаривать, Артур Всеволодович, — надо же, запомнил имя! — В таком случае, станете моим консультантом?

— С большой охотой, — поклонился Пышманов и вытянул руку. — Пройдёмте в следующий зал, княжич. Там у нас «мужские» украшения и аксессуары.

За нами сразу пристроились Влад и Игорь, не мешая, но и не сводя глаз с управляющего. Признаюсь, посмотреть было на что. Ассортимент перстней и колец поражал. Одни были с разнообразными орнаментами без камня, другие — с витиеватой гравировкой по всей поверхности и с камнем. Золото, платина, серебро — выбирай, не хочу.

— Учитывая ваше нежелание носить слишком вычурные изделия, предлагаю скромный вариант: серебро или платина с ониксом, — Пышманов успел зайти за прилавок и теперь двигался вместе со мной. — Или золото с сапфиром или изумрудом. Есть квадратные печатки, есть овальные и круглые, даже треугольные. Да, представляете, мужчины охотно покупают что-то оригинальное.

— Вот этот можно примерить? — я ткнул пальцем в заинтересовавший меня перстень. — Судя по диаметру, должен подойти. Мой-то сам подстроился.

И поднял руку, демонстрируя императорский подарок.

— Хм, это очень дорогой перстень, цените, — посерьёзнел Пышманов, опытным взглядом оценив нечто такое, чего я сам не знал о своём аксессуаре. — Пусть он из серебра, и без камня — но, похоже, это работа могучего артефактора.

— А как можно без магии устроить такую подгонку? — меня до сих пор мучил вопрос, каким образом печатка императора сама определила размер моего пальца.

— Ума не приложу, — честно признался мужчина. — В крупных ювелирных Домах, имеющих давнюю историю, всегда работает ювелир-артефактор, который изготавливает кольца и перстни по индивидуальному заказу. То есть вы такой предмет на прилавке не найдёте. Сначала надо нарисовать эскиз, каким вы хотите видеть своё украшение, обсудить детали, и только после этого специалист примется за работу.

— То есть магия всё же используется?

Что-то здесь не сходилось.

— Нет, это не совсем магия, а Дар Гефеста. Он позволяет людям, обладающим им, влиять на металлы.

Вот как? И кто же с таким уникальным Даром служит у Мстиславских? И сколько ещё подобных Даров существует в мире?

— Кто же знает? — развёл руками Пышманов, услышав мой последний вопрос, и, спохватившись, выдвинул лоток, оббитый чёрным бархатом. Вытащил облюбованный мною перстень и положил его на специальную подушечку, тоже чёрную, и пододвинул ко мне. — Существует множество версий, основанных на легендах и мифах. Но большая их часть намекает, что боги в противовес магии одаривали обычных людей уникальными возможностями. Не каждого, заметьте. Зато индивидуальный Дар передавался по наследству. И это не магия, а какой-то иной механизм, позволяющий влиять на вещи силой ума, духа, физических возможностей. Что скажете, Андрей Георгиевич?

Сначала я попробовал надеть перстень на безымянный палец. К моему удовлетворению он сел как влитой. Вытянул руку и оценивающе поглядел с расстояния. Вставка на касте из опала глубокого чёрного цвета великолепно гляделась в обрамлении мелких бриллиантов. Бока печатки были не сплошные, а с витиеватыми узорами, что создавало видимость лёгкости, хотя приятная тяжесть ощущалась.

— Вес — двенадцать с половиной граммов со вставкой из чёрного опала и с восемью бриллиантами по краям, — подсказал Пышманов. — Чистить нужно тёплой водой и мягкой тканью, хранить во влажной среде. Не любит опал сухой воздух, что поделать.

Я задумчиво поглядел на перстень, и, не снимая его, прошёлся вдоль витрин, как будто хотел убедиться, что ничего лучше не найду. Не буду лукавить, этот магазин мог предложить свои товары самой притязательной публике. Но я всегда придерживался принципа: что сразу пришлось по сердцу, то и бери. А у меня ёкнуло, когда я увидел именно эту вещь.

— Покупаю, — решился я. Надо же перед девчатами похвастаться.

Пышманов расцвёл в улыбке, и как по мановению волшебной палочки, выставил на прилавок красную коробочку. Открыв её, он продемонстрировал лежащую там тряпочку для протирки камня и маленькую книжицу с инструкцией по уходу за перстнем. Я кивнул и забрал коробочку. Услышал озвученную сумму.

— Подождём, пока девушки выберут себе что-нибудь, — предложил я. — Потом сразу и расплачусь.

— Как вам будет угодно, — Пышманов быстро выписал гарантийный талон, поставил на нём печать заведения, тем самым подтверждая, насколько серьёзно магазин относится к своей репутации.

Я переживал, что девушки надолго зависнут над выбором подарка. Но все они, кроме задумчивой Арины, о чём-то весело щебетали с продавцами, которые от такого внимания просто таяли и с глупыми улыбками смотрели на красавиц. Попроси сейчас у них хорошую скидку — без раздумий дадут её.

— Ну как, душеньки мои? — весело спросил я. — Чем похвастаетесь?

Нина с толикой смущения продемонстрировала изящные серьги с капельками сапфира и вставками из фианита. Мне показалось, Захарьина чувствовала неловкость от того, что она сама выбрала себе дорогое украшение, но платить за это будет мужчина. Не привыкла ещё к положению, когда женская красота становится сама по себе мощным активом.

— Отлично! Подходит к твоим глазам, — похвалил я, вызвав у Нины румянец на щеках. Но я-то не лукавил. Под воздействием родового Источника в глазах девушки появился синеватый оттенок. И зная об этом, моя будущая невеста целенаправленно выбрала серьги с нужными камешками.

Дайаана спокойно восприняла моё желание одарить её за помощь. К золоту она осталась равнодушна, и выбрала для себя серебряный браслет в виде изящно переплетённых между собой нитей. Подозреваю, она приспособит его для своих обрядов.

Лида похвасталась золотой цепочкой и подвеской с натуральным гранатом в центре, обрамлённым мелкими гранатами. Выглядело это очень стильно. И так хитро Великая княжна смотрела на меня, что я заподозрил неладное. Наверное, хотела проверить меня на платёжеспособность. Этакий ответ на мои провокационные проверки. Я подозвал к себе Пышманова и спросил на ухо, сколько стоит «вон та подвеска у очаровательной девушки с карими глазами». Получив ответ, задумчиво кивнул. Почти как мой перстень.

Пока один из продавцов лихорадочно оформлял покупки, я подошёл к Арине, приобнял её за плечи.

— Ну и что ты растерялась? — тихо спросил я. — Неужели ничего не понравилось?

— Андрей, мне очень неловко, — так же тихо ответила княжна. — Я даже не хочу напоминать о целом состоянии, что сейчас улетит из твоего кошелька. Но тебя же это не остановит. Было бы лучше, если ты самолично преподнёс бы такие подарки каждой из нас.

— Арина, я могу сильно обмишулиться, если куплю дорогое украшение девушке, а оно ей не понравится. Ну не было у меня опыта дарения. Это же целая наука, да и кто бы меня этому научил? Наставница приюта Марья Дмитриевна? И вообще, хотел сделать вам приятное. Ты же не откажешь мне в такой мелочи?

— Уговорил, — улыбнулась Голицына и поманила меня пальцем к одной из витрин. — Вот эти серёжки… как думаешь? Мне кажется, они не сильно вызывающи, но у них есть какой-то шарм.

— Они красивые, — я поглядел на изящные серьги с многочисленными завитушками и лепестками, в центре которых поблескивали фиолетовые капельки огранённых аметистов. — Твоим ушкам очень подойдут.

Арина оказалась права. С моей карты, даже со скидкой (всё-таки дали!) со свистом улетела довольно приличная сумма, но я нисколько не переживал по этому поводу. Главное, это довольные лица девушек, хвастающихся новыми украшениями, и благодарные поцелуи в щёку, которых я удостоился под завистливые взгляды продавцов. Зуб даю, завтра обновки обязательно окажутся на подругах, когда придёт время семейного ужина в родовом поместье. Признаюсь честно: очень хочется потешить чувство собственного достоинства, когда родственники увидят моих красавиц. Пусть «матушек» покорёжит от злости. Некоторые поступки нельзя прощать никогда и нужно периодически о них напоминать тем, кто их совершил.