Дракон под сливочным соусом (СИ) - Велнес Алия - Страница 22

— Ярина, это же торговый порт, но никого дальше причала не пускают. Корабли не приплывают ежедневно, уж прости, мое чудо зеленое.

— Как Кикимора болотная или чуть симпатичнее? — язвлю, придумывая изощренные планы мести.

Меня, и так ужасно обозвать…

Между прочим, это всё из-за него! Еще и старикашка Морриган наехал. Обидно, блин.

Я смотрю Амазонитовому уж очень нравится меня подкалывать. Интересно, а среди драконов бывают энергетические вампиры? Один так точно есть – передо мной, с видом владыки всея порта, усаживается на огромную каменюку и смотрит на бушующее море.

Ну, держись у меня, Ассоль в камзоле.

Мысленно отвешиваю себе парочку подзатыльников и приказываю сосредоточится на великой и ужасной мсте. Полюбоваться на идеальные черты лица Амазона и на природную силу и гибкость я могу и попозже… вот почему все красивые мужики такие… ящеры противные?

Делая вид, что решила прогуляться вдоль пенного берега, я снимаю обувь и ступаю босыми пятками по волнам. Ноги тут же утопают в зыбком и мокром песке, ноздри щекочет от соленого запаха моря. Волны, в мерном ритме прибывающие и ускользающие вынуждают почувствовать себя счастливой и безмятежной. Хочется подобрать юбки и побегать за ними, как ребенок, а потом и от них, когда резвая волна так и норовит лизнуть за пятку, сбить с ног.

Собственно, этим я и занимаюсь, попискивая и вскрикивая от восторга. Спину и попу постоянно обжигает невинно-похотливым взглядом, и как этот светлейший пресветлейший умудряется за секунду до того, как его палю делать вид, что смотрит вдаль?

Идея мести приходит, а точнее прямо-таки приплывает в мои руки, вместе с туфлей, выскользнувшей с руки, и зачерпавшей в себя холодной воды.

Ну, держись, о великий Амазон.

Несмотря на свою природную грацию картошки, мне удается плавно и незаметно подкрасться за спину к ничего не подозревающему Шарику и выплеснуть на нее содержимое своей «хрустальной туфельки».

— Какого дракла?! — ревет драконище, вскакивая во весь свой исполинский рост.

Тикаем…

— Солевые ванны полезны! Это закаливание-е-е, — пищу я, наворачивая круги.

Блин, чего он так быстро бегает-то?

— Попалась, которая кусалась? — тяжеленная тушка сбивает с ног и каким-то магическим чудом «укладывается» на меня так, что ни моська, ни другие части тела не страдают, если не считать, что подмятая под князем, я даже пошевелиться не могу и дышу с трудом.

Ох уж эта магия вне Хогвартса…

— Я не кусалась. Слезь с меня, — от шока и нехватки кислорода я плюю на субординацию и перехожу на «ты».

— И правильно, Яра. Кусаюсь здесь я, — хриплый голос посылает в ушную раковину электрические разряды, от которых всё мое тело начинает мелко дрожать.

И мне вовсе не холодно, а напротив… в легких становится настолько жарко, что еще немного и я смогу извлечь из себя огонь, опалив Шарика. Твердая ладонь надавливает на талию, сжимая и присваивая. Его лицо неумолимо приближается, и я чувствую горячее прерывистое дыхание на губах. Знаю, что через мгновение мужчина меня поцелует и слабовольно прикрываю глаза, отдаваясь во власть ощущений.

— Яра, — распахиваю глаза и выдыхаю свое дыхание в чужие, но такие родные губы.

Глава 32

Насколько у меня сорвало крышу, что, наплевав на всё, я самозабвенно отдаюсь этому поцелую?

Уж не знаю в какой драконьей школе поцелуев обучался Шарик, но это просто феерия какая-то! Пальчики на ногах поджимаются и зарываются во внезапно ставший теплым песок. Ладонями же я прижимаю голову мужчины к себе, не скрывая реакций своего тела: шумные выдохи и полу-стоны.

Твердая и уверенная ладонь спускается с талии, оглаживает бедро, и подогнув мою ногу в колене проводит по внутренней стороне. Где-то скользит вялая мысль, что еще немного и ладонь князя окажется под моей юбкой, но она не успевает толком оформиться, как это случается наяву.

Разряд тока проходится по чувствительной коже, омываемой прибывающем морем.

— Не так быстро, — бормочу я, когда чьи-то, не в меру ловкие и наглые пальцы, подбираются к самому сокровенному.

— Красивая ты, Яра. Сложно держаться… — зеленые глаза завораживают своей змеиной красотой. Хочется сдаться, но где-то в головушке стоят мои тараканы с флагами «стоп» и транспарантами.

— Сложно, но можно.

Мои попытки выскользнуть из-под крепкого тела его Светлость внаглую игнорирует и продолжает свои сладкие пытки. Разомлевшее тело начинает сдаваться и требует свернуть несанкционированный митинг.

— Интим, только после свадьбы! — пищу я, надсадно.

— После какой свадьбы?

— Ну, здравствуйте, я ваша невеста… в идеале после нашей. А если нет, то и секаса, князюшка, нет! Специально меня сюда заманил, да?

Такого плевка в свою авторитетную чешую хвостатый явно не ожидал, а потому, прошипев «Дракл!», он скатывается с меня и рывком усаживает на песок.

Эх, платье жалко.

— Ты что несешь, Ярина? Я ни одного слова не понял.

— Хочешь сказать, что не слышал задушевную речь своего распорядителя? Да я уверена, что ты его ко мне и подослал! — из меня рвется поток уязвленного сознания. Придется потерпеть: — Раз хотите отдавать за какого-то там другого хвостатого, то и свои части тела держите от меня подальше.

— Охмунгеть просто… откуда в твоей голове это берется? — Шарик прикрывает глаза и заходится веселым хохотом, зля меня еще больше. — Я только хотел, чтобы ты немного расслабилась и позволила нам обоим небольшие шалости. И то, это случилось только сейчас… я не планирую насильничать над тобой, хомячок. Сама придешь, — самоуверенное хвостатое хамло!

— Я тебе не шл… шлюпка морская, ясно? — с князьями, наверное, так нельзя, но он первым начал.

— Умеете вы женщины испортить настроение и себе и окружающим.

И вздыхает так картинно. Обидели дракошу…

— Так что насчет сосватать меня к кому-то другому? — надоела эта неопределенность, хочу хоть какой-то ясности и стабильности…

Шарик берет продолжительную паузу, во время которой мой зеленые волосы немного седеют, а в белье насыпается столько песка, что хватит устлать половину Турецких пляжей.

— Не знаю я что с тобой делать, — раздается его задумчивый голос. Поди пойми, что это означает…

— Воодушевляющий ответ, спасибо. Полетели, что ли, обратно?

Видит бог каких трудов мне стоило сохранить ровный, ничего не показывающий, тон, но даже Амазон удивленно вскидывает брови, и, взяв мои ладони в свои, выпаливает:

— А я тебе нравлюсь? Или может быть Язерин? Сама-то ты что думаешь, Зелененькая моя?

Глава 33

— Может быть тебе эту скалу оторвать? — недовольно осведомляется Шарик, пытаясь развалить мою идеально-выстроенную систему подсчетов. — Что ты вообще делаешь?

— Считаю…

— Ярина, если ты решила пересчитать все камни, находящиеся в порту, то мы состаримся здесь, а народ Раткланда тебя проклянет за то, что сгубила Амазонитового дракона.

Сгубишь тебя, как же! Вот вернусь к себе и поведаю миру, что самые живучие это ни фига не тараканы, а Светлоликие хвостатые ящерицы! Кстати, очень любопытно узнать, как поживает та ящерка, что подложили ко мне в коробку свиньи однокурсницы. Может она оказалась ядовитой и таки цапнула Таньку за нос, а скунса Никиту за его креветку, спрятанную в трусах?

— Не состаритесь, не боитесь. Плюсы я считаю. Еще немного и полетим, — отмахиваюсь от Шарика.

— Какие еще плюсы? — прищуривается высокопоставленный и начинает пересчитывать количество камушков, выстроенных в два ряда. — Это что такое, вообще?

— А как еще я должна выбрать-то? Тут ваши плюсы и положительные стороны вашего брата.

— Что? — какой твердолобый, а так походил на математика…

— Плюсы, говорю, счи…

— Я понял, Ярина! Как ты в принципе можешь нас сравнивать, да еще и по качествам?! Так, и где тут моя колонка? Почему они одинаковые? — возмущается княжеская моська, выяснив, что силенки-то их равны.