Газлайтер. Том 41 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич - Страница 15

Затем настает черед Ауста:

— Лорд-протектор, кликни Ледзора и Хамелеона из Кузни-Горы. Тоже пускай присоединяются, — вообще беднягу Хамелеона давно пора выпустить из темницы Кузни — Организация ведь теперь с нами. Просто в круговороте дел я про него совсем забыл, а напомнить его же коллегам видно не судьба. — И Бера захвати заодно — он слишком долго прохлаждался без дела, пусть разомнет кости. Да, и позови из Организации кого-нибудь, хоть того же Норомоса. А то нечего этим «балахонникам» мантии протирать, пусть поработают на общее благо.

Ауст на том конце связи заметно хмурится, я буквально чувствую его недовольство через эфир:

— Мой король, ты снова собираешься лезть в самое пекло и при этом принципиально не берешь с собой армию?

Я лишь усмехаюсь, направляясь в сторону своих покоев.

— Пойми, Ауст, если бы в Фантомной зоне можно было решить вопрос числом, Багровый Властелин давно бы прорубил себе путь наружу сквозь легионы врагов. Армия лишь привлечет лишнее внимание тамошних обитателей. Поэтому пойдем проверенной, мобильной группой.

— Я слышал, Фантомная зона — самое опасное место в мироздании… — продолжает упорствовать лорд-некромаг.

— Ну и что?

— Потому я хочу пойти с тобой, — неожиданно, но вполне в его духе, заявляет Ауст.

— Похвально, вассал, но нет, — я решительно качаю головой. — Демоны не дремлют, и пока меня не будет, ты — единственный, кому я могу доверить охрану своей семьи.

— Хорошо, король, — тяжело вздыхает сильнейший лорд Багровых Земель, признавая мою правоту.

Удивительно, но из всех дроу я по-настоящему доверяю только ему и Гюрзе. Ничего не поделаешь, местная аристократия с молоком матери впитывает тягу к интригам и предательству. Но Ауст — исключение из правил: он до сих пор холостяк (хотя, чувствую, пышногрудая Алкмена скоро это исправит, хе-хе), он не гонится за политическим влиянием или властью. Для него важно только одно — быть сильнейшим лордом.

В дверях собственного кабинета я едва не сшибаю Феанора. Вот уж сюрприз так сюрприз — не ожидал увидеть его здесь так скоро.

— Лакомка сказала, ты у себя, — бурчит он, даже не потрудившись поздороваться.

— Ого, неужели ты наконец-то покончил с той боевой колонией? — я с интересом рассматриваю бывшего Воителя. Выглядит он помятым, но яростный задор в глазах никуда не делся. — А мы тут всем родом гадали, что ты там так долго возишься?

— Ты хоть представляешь, сколько их там было, Филинов! — мрачно рыкает дядя моей главной жены, раздраженный подначкой. — Вся Морская впадина теперь буквально завалена трупами. Пришлось выжигать каждый метр.

— Неужели? — я понимающе хмыкаю. — Что ж, поздравляю со славной победой, король.

Феанор не отвечает, он прищуривается, оглядывая мою походную экипировку и артефакты в разгрузке.

— Не верю я вкрадчивой интонации, — он делает шаг вперед. — Ты куда это намылился в полном боевом облачении?

— В самое опасное место в мироздании, — произношу я с нескрываемым удовольствием, прекрасно зная, как эта фраза подействует на бывшего Воителя. — Возможно, придется знатно помахаться с сильнейшими одержимыми, каких свет видывал…

— Я иду с тобой! — тут же предсказуемо рыкает Феанор, выпячивая грудь.

— Ну, знаешь ли, это сугубо внутренние дела Багровых Земель, — замечаю я вскользь. Это «препятствие», разумеется, только сильнее его раззадоривает.

— Плевать мне на эти условности! — гремит он, сверкая глазами. — Я — король громаров, и я лично буду громить этих ублюдков, которые посмели сунуть нос в морской мир и напасть на мое королевство.

— Ладно, раз ты так сильно напрашиваешься, — я едва сдерживаю ухмылку. Как же легко его ловить на такие простенькие крючки. — Через два часа будь готов к выходу. И постарайся не опаздывать.

Я уже берусь за ручку двери, собираясь зайти в кабинет, но Феанор окликает меня. Голос его внезапно теряет агрессивные нотки и звучит как-то тяжело.

— Данила! — я оборачиваюсь. — Лакомка обмолвилась… В общем, она сказала, что у тебя скоро будет еще один сын.

Он смотрит мне прямо в глаза, и в этом взгляде старого волка проскальзывает что-то родственное.

— Верно, король, — спокойно киваю я. — Ждем пополнения.

— Так и быть, — гаркает он, внезапно выпрямляясь во весь свой немалый рост. — Сделаю всё, чтобы ты вернулся к своим детям живым и целым, Филинов. Слышишь? Всё сделаю!

Словно смутившись собственного эмоционального порыва, он резко разворачивается и тяжелым шагом топает прочь по коридору, только эхо от его сапог разносится под высокими сводами.

Я лишь пожимаю плечами и захожу в кабинет, закрывая за собой дверь. Надо же, какой Феанор стал сентиментальный на старости лет! Кто бы мог подумать, что суровый король громаров так печется о моих наследникам.

Я планировал выгадать лишний час, чтобы просто повалять дурака, но долго в одиночестве просидеть не получается. После короткого стука в кабинет входит Лакомка, а следом за ней уверенно переступает порог и леди Гвиневра. Целительница выглядит ослепительно: на ней очередное платье моей альвы — на этот раз вызывающе алое, с глубоким декольте и рискованным разрезом на бедре. Что-то она зачастила с переодеваниями. Впрочем, учитывая, сколько веков она протаскала мешковатую и безликую мантию Организации, неудивительно, что в женщине проснулась такая тяга к нарядам.

— Ваше Величество, я закончила с вашим Драконом, — заявляет Гвиневра, грациозно поправляя ткань на бедре прямо у края выреза будто специально. — Он полностью исцелен и готов к новым свершениям.

— Кажется, сира Серелса вы тоже «исцелили»? — подмечаю я с усмешкой, откидываясь в кресле. — Не подскажете, что за странный недуг поразил достопочтенного? А то он бегал по двору в весьма причудливой конфигурации.

— Одно место у него слишком сильно чесалось, — с ехидной улыбкой отвечает Гвиневра. — Я лишь пошла навстречу пациенту. Теперь он без труда до него дотянется.

— Не знал, что в список ваших талантов входит и такая прикладная химерология, — хмыкаю я, оценив иронию.

— Я ещё много чем могу вас удивить, — она делает шаг ближе, не отводя подкрашенных глаз, в которых пляшут опасные огоньки.

— Вот как? И чем же именно? — принимаю я вызов.

— А вы не побоитесь предложить мне вашу руку, Ваше Величество? — её голос звучит вкрадчиво, с явной провокацией.

Я бросаю быстрый взгляд на Лакомку. Та стоит чуть в стороне и загадочно улыбается, явно зная, что сейчас произойдет. Что ж, раз дамы настаивают… Я протягиваю руку над столом ладонью вверх.

— Если только руку, без сердца — то пожалуйста, леди.

Гвиневра делает шаг вплотную, обдавая меня ароматом терпких, тяжелых духов. Она берет мою ладонь обеими руками, и в ту же секунду по телу прокатывается густая теплая волна. Она мягко выравнивает мои внутренние потоки, «причесывает» растрепанную энергию и филигранно стабилизирует весь организм.

Вообще-то, мой метаболизм и так отлажен до автоматизма — при таком количестве легионеров внутри это неудивительно. Поэтому сейчас я не столько наслаждаюсь процессом, сколько внимательно отслеживаю саму методику её работы, препарируя её технику взглядом практика.

— Хм, — Гвиневра разочарованно поджимает губы, отпуская мою руку. — Что-то вы слишком идеальны, Ваше Величество.

Я лишь усмехаюсь. Когда у тебя «под капотом» Жора, Маньяк и еще добрая сотня узкопрофильных специалистов, поддерживающих систему в тонусе, сложно оставаться неэффективным.

— И все же вы нашли, что подправить, — замечаю я.

Пусть это были сущие мелочи, почти незаметные шероховатости, но Гвиневра их выцепила. Да и в настоящем бою любая такая деталь может стать решающей — либо даст лишнюю долю секунды на рывок, либо уберет микро-откат после тяжелого заклинания.

— Конечно, нашла, — вскидывает подбородок блондинка.

— Интересный режим стабилизации, леди, — протягиваю я, прислушиваясь к тому, как затихает резонанс под её воздействием. — Лично я привык использовать другой способ огранки каналов — более жесткий, силовой, но и ваш метод «мягкой настройки» весьма недурен и имеет свои преимущества.