Газлайтер. Том 41 т(СИ) - Володин Григорий Григорьевич - Страница 40

Он поднялся и подошел к окну, глядя, как его новая жена — загорелая красавица майя — оживленно общается в саду с русыми винландскими королевами. Эйрик невольно вздохнул. В глубине души он всё еще грустил, что к его гарему не присоединилась великая княжна Гривова — настоящий златоволосый сапфир. Но, с другой стороны, проиграть самому Консулу не так уж и зазорно, верно?

Тем более что Данила открыл ему путь на Боевой материк, и Эйрику чертовски приглянулась та шакхарка с ирокезом и клыками, с которой они познакомились на охоте. Очень возможно, что следующую жену он возьмет именно из зверолюдок — надо же как-то налаживать межмировые связи королевства.

— А еще это проверка на преданность Консулу, — отрезал Эйрик, оборачиваясь к подчиненному. — И твой король, Рагнар, не гребаный трус вроде Цезаря, чтобы в решающий момент включить заднюю. Ты уяснил?

— Уяснил, — Рагнар тяжело сглотнул, понимая, что решение принято и отступать поздно. — Только я прошу об одном, Ваше Величество.

— О чем? — Эйрик с интересом приподнял бровь.

— Если Консул Данила предложит вам еще какую-нибудь «экскурсию» в преисподнюю, вы сначала посмотрите на мою седую голову, а потом уже соглашайтесь.

* * *

— Итак, что же такое этот Астральный прорыв на самом деле? — спрашивает Красный Влад, подаваясь вперед.

Я киваю Габриэлле. Она гордо выпрямляется, расправляя плечи. Царь Борис с нескрываемым интересом задерживает взгляд на её блузке: там, в ложбинке между полушариями, уютно устроилось теневое щупальце Спрутика, любопытно выглядывающее из тени.

— Астральный прорыв — это масштабная принудительная материализация сущностей в одной точке реальности, — четко чеканит леди-херувим. — В Херувимии за нашими крепостными стенами раскинулась целая мертвая пустошь. Гора и другие боги постоянно накачивают такие зоны энергией, чтобы их «астралососы» обретали плоть и кровь в нашем мире.

— И как нам устранить эту заразу здесь, в Москве? — Борис переводит взгляд с декольте на карту.

— Это может знать только Консул Данила, — без тени сомнения отвечает Габриэлла.

Теперь уже все взгляды скрещиваются на мне. Я задумчиво кручу в руках пустую чашку.

— У меня есть одна идейка, — наконец произношу. — Мне нужно лично переступить порог усадьбы Филиновых.

— И всё? Просто войти в заброшенный дом? — недоверчиво уточняет Царь.

— Да, там я смогу «прощупать» воронку изнутри. Сразу после свадьбы этим и займусь, — я многогранно улыбаюсь Ольге. Та уверенно кивает в ответ:

— Весь мир узнает, что Консул снова спас мир. Я лично позабочусь о том, чтобы кадр этого триумфа облетел газеты.

— Пиар-акция — это, конечно, хорошо, — вставляет Красный Влад, скептически хмыкая. — Но как бы нам не захлебнуться кровью до того, как ты разрежешь торт. Жертв может быть слишком много.

— Будем решать проблемы по мере их поступления, — отрезаю я. — А пока — готовьте Кремль к приему гостей.

Оля провожает нас с Габриэллой до самой машины. У бронированной двери пока еще великая княжна Гривова внезапно останавливается, встает на цыпочки и нежно, но собственнически целует меня в губы.

— До встречи у алтаря, мой жених, — шепчет она.

Когда «Чайка» плавно трогается с места и Кремль остается позади, Габриэлла глубоко вздыхает. Леди-херувим долго смотрит в окно на пустеющие улицы Москвы, а затем поворачивается ко мне:

— Ты ведь хочешь использовать это время, чтобы подготовиться к входу в усадьбу, Данила? А свадьба — лишь красивый предлог потянуть время?

— Неужели я настолько предсказуем? — я усмехаюсь, ничуть не расстроенный её проницательностью.

— Ты никогда бы не стал рисковать жизнями тысяч людей ради банкета, — твердо отвечает блондинка, и её теневой Спрутик одобрительно шевелит щупальцем. — Именно этой ответственности за своих подданных я и научилась у тебя, король.

Любопытно, но она попала в самую точку. Раз скрывать правду от союзницы больше нет смысла, я извлекаю из пространственного кармана Ломтика небольшой гладкий камушек. Внутри него, под матовой поверхностью, тревожно пульсирует живой бирюзовый огонек — прощальный подарок Дымоголового. Без лишних церемоний я забрасываю артефакт в рот, глотаю и запиваю парой глотков минералки из бутылки, стоявшей в подстаканнике.

Мой организм давно уже начал перестраиваться, готовясь принять колоссальный поток данных, запечатанный в камне. Ноша этой памяти когда-то свела Дымоголового с ума, и я не собираюсь повторять его печальный путь. Процесс безопасного усвоения информации займет еще как минимум два-три дня — как раз столько, сколько нужно на свадебные торжества. Только после этого я смогу войти в усадьбу, не опасаясь, что мой разум выгорит от первого же контакта с астральной бездной.

Придется ждать, как бы ни чесались руки покончить с Демонами немедленно. Но раз уж ожидание неизбежно — почему бы не справить полезную для моего рода свадьбу?

Мы возвращаемся в арендованную усадьбу Лопухина. Здесь, несмотря на завывание сирен гражданской обороны за окнами, подготовка к церемонии идет полным ходом. Пока город стремительно пустеет и погружается в тревожное затишье, у нас жизнь кипит с утроенной силой.

В холле навстречу выбегает Лакомка, наплевав что королевы не бегают. Альва приветственно обнимает меня, прижимаясь всем телом, и заговорщицки шепчет, что в усадьбу прибыла даже Красивая. Оглядываюсь и вижу сударыню: она давно сбросила тигриную шкуру, окончательно приняв статус наследницы Дианы, и теперь демонстрирует сногсшибательную фигуру в облегающем алом платье. От девушки за версту разит мощью, которая едва уживается с образом светской дамы.

— Мой король, пришла поздравить тебя, — просто говорит красноволосая, не сводя с меня хищного взгляда.

Я присматриваюсь к ней. Красивая будто специально подается вперед в ожидании моего вердикта. И дело тут вовсе не в её вызывающей красоте. Теперь она владеет ещё и Даром друида — явно задействовала Одарителя. Сейчас она сама по себе — маленькая армия, три боевых Дара в одном Мастере, но вслух об этом не говорит, ожидая, что я сам оценю масштаб её стараний. Я же не выдаю, что заметил. Из её груди вырывается едва заметный разочарованный вздох. Что ж, оценю её рвение позже.

— Как поживают Багровый с Дианой? — спрашиваю я, приобняв девушку.

— Эти «кролики» не смогут прийти — они попросту не вылезают из опочивальни. Я их несколько дней в глаза не видела, зато слышала, — на лице Красивой появляется брезгливое выражение. — Весь Женский дворец слышал.

Отлично. Полубоги взялись за ум, так что скоро ждем пополнение. Уж я их потомство не упущу — лично возьмусь за воспитание, чтобы вырастить не таких раздолбаев, как Багровый, а достойных наследников сильнейшего полубога. Они станут опорой человечества и, конечно, нашего королевства как его неотъемлемой части.

— Дианочка, — Лакомка обращается к Красивой, используя её настоящее имя. — Твои покои на втором этаже.

— Леди Габриэллу тоже разместите с комфортом. Она наша гостья, — прошу я альву, а сам направляюсь к себе.

Мне нужно медитировать, чтобы бирюзовый огонек памяти Дымоголового усвоился как можно лучше. Вымотался я знатно, и соблазн немедленно заглянуть в эти знания был велик, но я сдержался. Память древнего психического существа никуда не денется, сейчас главное — сохранить рассудок и не сгореть от перегрузки.

Ночью, когда я уже ложусь в постель, ловлю себя на мимолетном удивлении: никто не пришел согреть мне одеяло. Сегодня вроде бы очередь Лакомки или даже Светки, а уж бывшая Соколова своего точно не упустит. Но в комнате тишина.

Внезапно дверь тихо открывается. На фоне коридорного света застыл темный силуэт. Я приподнимаюсь на локтях и вижу ту, чьего появления этой ночью ожидал меньше всего.

* * *

Мазаки, как думаете, кто же это?