Вик Разрушитель 11 (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 111

— То есть в случае, если Андрей попросит у вас помощи, вы откликнетесь?

— Несомненно, — улыбнулся Фолькунг. — Но союзничество — это не повод злоупотреблять им в личных интересах. Ещё раз повторю: мы почти всегда справлялись с проблемами своими силами. Андрей Георгиевич пока слаб, у него за плечами нет серьёзной поддержки, кроме семьи. А мы отдаём долг лично княжичу Андрею, поэтому важно озвучить все нюансы.

— Второй вопрос: только ли Фолькунги могут помогать княжичу Мамонову, или он может обратиться за помощью к Биргерссонам?

— Биргерссоны и Адельборги — младшие ветви нашего Рода, — ярл откинулся на высокую спинку стула, сделал паузу, как будто раздумывал перед дальнейшим ответом. — Это наша кровь, опора клана. Да, на них тоже распространяется данная обязанность.

— Спасибо, я всё выяснила, — Арина придвинула коробочку ко мне, таким образом давая знак, что подарок можно принять.

Я надел перстень и полюбовался им. Несмотря на простоту исполнения, он гляделся очень солидно. Княжна Голицына улыбнулась и подняла бокал с вином.

— Предлагаю выпить за чудесный вечер и гостеприимство ярла Снорре!

— Охотно! — отсалютовал ей рыжебородый дядюшка.

Зазвенели бокалы, встретившиеся над столом. В это время дверь снова открылась, официанты привезли на тележках десерт. Рулет со взбитыми сливками и персиками гляделся очень вкусно, а в сочетании с ягодным чаем елся с невероятным аппетитом.

— Светлый княжич, я сделал правки в предварительном договоре, — адвокат подошёл ко мне и подал папку. — Вы можете просмотреть его в спокойной обстановке. Если что-то вас не устроит, пишите прямо на полях свои замечания. Контракт на дисконтную поставку продукции «Полимерии» составлен на русском и шведском. Как только решите подписать его, позвоните мне по телефону. Это моя визитка приколота, — добавил он.

Якоб говорил со мной по-русски, а значит, дальнейшее общение с ним не составит никаких проблем.

— Спасибо, господин Лофгрен, — поблагодарил я адвоката. Старается, как-никак, чтобы показать желание Фолькунгов по-честному рассчитаться за повисший долг. Только доверяй — но проверяй. Надо шведский вариант договора перевести. А то могут быть разночтения, да и нюансы вдруг всплывут.

Мы тепло попрощались с ярлом Снорре и вполне довольные проведённым вечером, покинули ресторан вместе с Эриком, баронессой Ингер и нашими телохранителями. Берсерк заявил, что отвезёт нас до отеля, и о такси речи быть не должно. На мой вопрос, не будет ли проблем с полицией, Биргерссон отмахнулся и сказал, что для одарённого вывести алкоголь из крови — плёвое дело, тем более выпил-то он всего ничего: бокал вина. В принципе, я тоже могу провернуть подобный фокус, но с помощью медитации это будет гораздо дольше, чем одарённому.

— Я не ожидал от дяди такого шага, — признался он, когда мы неторопливо ехали по почти пустынной дороге, залитой светом уличных фонарей. — У нас это называется «искусственные родственные связи», или «братство по клятве», основанное не на крови, а на взаимной верности, доверии и обязательствах.

— Скорее, здесь подходит термин «gjestfrihet», — откликнулась с заднего сиденья Ингер. — Наши предки ценили гостеприимство, поэтому незнакомец мог рассчитывать на кров и пищу, если соблюдал правила поведения в доме хозяина. Со временем местная знать трансформировала традицию в сложную систему взаимовыгодных договоров или союзов. Именно один из таких предложил дядя Снорре.

— А есть ещё и другие? — обернувшись, спросил я.

— Да. Например, «Fostbróðir» — молочный брат. Проще говоря — побратимство, — охотно откликнулась баронесса. — Или «felag» — союз, товарищество. Группа людей может быть связана общими интересами или обязательствами. На моей памяти только однажды чужаку было предложен один из таких союзов. Прошу меня извинить, Андрей, что я применила слово «чужак» по отношению к тебе…

— Я понял смысл, Ингер, — успокоил я баронессу, а то будет себя укорять до самого отеля. — Нисколько не сержусь. Мне лестно стать другом клана Фолькунгов. Но теперь мне необходимо добыть адреса всех ваших родственников. Вдруг когда-нибудь судьбе будет угодно оказаться на пороге чьего-нибудь дома.

Все рассмеялись, сочтя мои слова шуткой. А я помнил разговор с майором Лещёвым, в котором он намекал на подобный сценарий. Правда, речь шла о посещении господина Колыванова в Британии, но… мне так и так придётся частенько бывать в Скандии, учитывая всё более вероятное родство с Инглингами. Предложение ярла Фолькунга пришлось как нельзя вовремя. А ещё мне интересно, почему Эрик никогда не упоминал о своих родителях. И почему ярл Снорре опекает его, как собственного сына.

Эрик остановился перед отелем, мы тепло попрощались с ним и баронессой. Ингер сразу пересела на переднее сиденье, «Вольво» развернулся и умчался обратно. А мы в сопровождении телохранителей поднялись на свой этаж, остановились возле номера Арины.

— В десять часов жду тебя в своих апартаментах, — не отпуская руки княжны, сказал я.

— Утра? — улыбнулась ничего не подозревающая Арина.

— Сегодня вечером. И не опаздывай.

— Ох, что-то мне не по себе от такого начала, — шутливо поёжилась Голицына. — Что мы будем делать?

— Разве так трудно придумать что-то, когда рядом красивая девушка? — едва слышно прошептал я, вызвав румянец на щеках княжны.

— А Веронику ты не зовёшь? — она понимала, что я не позволю себе вольностей, и сразу раскусила, что в моём предложении скрывается нечто другое, чем нахождение наедине друг с другом.

— Сожалею, но нет. Ничего, она всё поймёт, когда я с ней поговорю, — уверенно ответил я и поцеловал Арину в щёчку. — В десять, не забудь.

— Я бы посоветовала тебе поговорить сейчас, пока есть возможность, — Арина забрала у меня папку с договором, взялась за ручку двери и обернулась, добавляя: — Иначе она воспримет твой шаг как попытку прекратить отношения. А у тебя ведь какие-то планы на неё…

— Ты права, — я задумался. — Время ещё есть.

— В таком случае загляни в наш номер через полчаса. Я выдумаю предлог, чтобы уйти и дать тебе возможность объясниться с девушкой.

Княжна улыбнулась и скрылась за дверью. А я направился к себе. С удовлетворением заметил, что Отто выполнил свою часть работы. Камин уже горел, перед диваном на столике возвышалась большая стеклянная ваза с огромным букетом красных роз. Точнее, там стояли четыре букета, искусно собранные в один. Осталось только поставить шампанское в ведёрко со льдом и приготовить бокалы. Ну и не забыть самое главное…

— Как съездили, Андрей Георгиевич? — поинтересовался Эд, донельзя сосредоточенный и важный. Я заметил, что он и костюм другой надел, в котором всегда «выходил в люди». С чего бы?

— На удивление, продуктивно, — я критическим взглядом окинул место предстоящего действия. — Даже особо настаивать на своих условиях не пришлось… А можно подсветить только небольшой участок возле камина?

— Конечно, — ответил Куан, тоже переодевшись в элегантный чёрный костюм, в котором всегда сопровождал меня на официальных приёмах. Он нажал на пульт дистанционного управления (надо же, а я и не знал, что апартаменты оборудованы подобной системой), верхний свет погас, через мгновение на потолке мягко зажглись точечные светильники.

— Достаточно, — оценил я эффект. — Пульт положи на столик, чтобы на виду был. Ладно, я переодеваться. У нас немного времени осталось.

— Принцесса Астрид приехала час назад и находится в своих апартаментах, — доложил Куан, очень меня обрадовав. Хотя я отправлял ей сообщение с напоминанием, мало ли что могло произойти. Папа, например, не отпустил…

— Хорошо, — я кивнул и скрылся в спальне. Вообще-то девушки были предупреждены о предстоящем сборе в моих апартаментах, но счёл нужным продублировать. Позвонил и Астрид, и Лиде с Ниной. Все обещали прийти вовремя, донельзя заинтригованные, что же такого я придумал. Что придумал… Наверняка, догадались.

Что-то меня потряхивает. Четыре футляра с кольцами, каждый из которых обтянут бархатом разного цвета, выставлены на тумбочку и открыты. Голубой — для Астрид. Цвета аквамарина — для Нины. Красный, конечно же, для «огненной» Лиды. В белом находится кольцо для Арины. Все они имеют одинаковую форму, как символ единения, но каждое из них имеет своё внутреннее наполнение: элементали той Стихии, которую пестуют девушки. Я частенько в темноте любовался ими (элементалями, конечно же!). Зрелище завораживает, глаз не оторвать.