Мой клыкастый лорд - Романовская Ольга - Страница 15

Меня будто бы поцеловала смерть. Хотя почти так оно и было.

Глава 7

При иных обстоятельствах я сочла бы комнату, в которой меня разместили, уютной. Тканевые обои в цветочек, мебельный гарнитур со светлой обивкой, секретер, ширма с изображением горного пейзажа. Схожие виды, только гравюры, висели на стенах – это тебе не «лучшая комната» помещичьей усадьбы, где меня едва не убили! Даже собственная умывальная имелась, с забавной чугунной ванной. Правда, наполнялась она старым дедовским способом, с той лишь разницей, что воду подогревали на месте. Я в детали не вникала, бытом ведала Присси, судя по всему, хорошо знакомая с данной системой. На мою долю выпало думать. А еще – разбирать вещи, любезно купленные для Абигаль по приказу Лорда. Их доставили сразу после завтрака – весьма кстати, потому как коротать дни в плаще и ночной рубашке не хотелось.

– Сколько тут всего, госпожа!

Глаза Присси влажно блестели. Позабыв о страхе перед вампирами, она с детским восторгом развешивала вещи на крышке сундука.

– Чулки, шелковые чулки! А еще шерстяные, с подвязками!

Еще бы инструкцию приложили, как их носить.

– Панталоны. – Тут щеки Присси залило румянцем. – Хорошо, матушка ваша не видит!

– А что не так? – нахмурилась я и потянулась, чтобы рассмотреть поближе.

Конструкция «прощай стыд и молодость», то есть длинные, чуть ли не до колен, зато с пикантным разрезом на завязочках.

– Так от мужчины же, нельзя. Если прознают, сочтут обесчещенной.

– А сшиты они так, чтобы удобнее было бесчестить? – хмыкнула я, изучая крайне оригинальную конструкцию из двух половинок на тесемочке.

Спросила, а потом вспомнила: именно так раньше и шили. Для повышения рождаемости.

Присси не ответила: ее внимание привлек зеленый сверток.

– Книга! – разочарованно протянула она, развязав бечевку. – И дешевая какая, даже без кожаного корешка.

Заинтересовавшись, отложила в сторону нижнее белье… и обомлела. Присси с презрением рассматривала книгу из нашего времени, на офсетной бумаге, с яркой и немного аляповатой картинкой на обложке. Но больше всего меня удивило имя на обложке – Олеся Овсянникова.

– Дай сюда!

Вырвала книгу из рук служанки и, потеряв интерес к прочим богатствам сундука, уселась в кресле. Руки дрожали, я одновременно с упоением и недоверием шелестела страницами.

Роман новый, я его еще не читала, но то здесь, то там мелькали знакомые названия: Вратия, Эгландия, Унгрия. Судя по аннотации, книга повествовала об истории любви моего жениха… вовсе не ко мне. Я несколько раз проверила, листала – об Абигаль поминали лишь вскользь, как… об умершей. Якобы Руперт долго не мог оправиться от безвременной кончины первой жены, то есть меня, убитой по приказу кровожадного князя вампиров, вступил в некий орден по борьбе с ними, где и познакомился со своей нареченной.

Нахмурилась. Это все, конечно, прекрасно, но роль мертвой, пусть и любимой жены меня не привлекала. С другой стороны, книгу Олеси можно использовать как путеводитель. Скверный, грешащий неточностями, но помогавший разобраться в окружающем мире. Мне важно выучить географию, разобраться с родственными связями, а для остального природой даны глаза и уши.

– Где она? Я хочу ее видеть!

Пока я гадала, кто и зачем подарил мне книгу, за дверьми моей роскошной тюрьмы разгорелись нешуточные страсти. Некая дама рвалась внутрь, а стража ее не пускала.

– Прочь, именем лорда Тимеруса! Я узнаю, кого он прячет.

Двери распахнулись, впустив величественную блондинку в алом декольтированном платье. Несмотря на прохладу, камин не централизованное отопление, казалось, она совсем не мерзла. Обнаженные руки незнакомки были усыпаны бриллиантами, прежде я столько не видела: и в кольцах, и на браслетах. Зато в ушах и на шее пусто, чтобы не переборщить, только к лифу приколота перламутровая брошка в виде черепа. Она казалась вещью из другого мира, слишком дешевой на фоне прочих украшений.

– Человек! – остановившись в дверях, презрительно протянула блондинка.

Верхняя губа приподнялась, обнажив острые клыки.

Присси среагировала мгновенно – заслонила меня собой.

– Я не пью сомнительной крови. Откуда мне знать, чем ты больна? – отреагировала на ее движение вампирша и, подхватив полупрозрачный шифоновый шлейф, уселась на диван, закинув ногу на ногу.

Фиолетовые глаза с интересом изучали меня, оценивали. Ощущала себя рабыней на рынке.

– Милое личико, светлая кожа – как банально! – разочарованно протянула она. – Грудь у служанки получше будет. Да-а, испортился вкус у Лорда, раз он опустился до такого. Или ты искусна в любви? Говорят, самые острые ощущения мужчины получают именно с человеческими девицами. Жаль, постельные игры длятся недолго: вы слишком слабосильны. Вот и ты скоро переедешь отсюда к кормильцам. На моей памяти, а живу я долго, ни один человек или человечка не задерживались в фаворитах, все становились пищей.

Меня передернуло от цинизма ее слов и обрисованной мрачной перспективы.

– Вы ошиблись, – смело встала перед вампиршей. – Я не фаворитка Лорда.

– Естественно, нет! – отмахнулась она. – Для фаворитки ты слишком бесцветна. Он пользует тебя со скуки, пока не обзаведется новой возлюбленной. Говорят, – в глазах ее снова зажегся огонек, – ты родственница Гертруды.

– Возможно, – уклончиво ответила я.

Интересно, если вампирша нападет, стража придет на помощь? А если придет, успеет ли? И кто эта надутая дамочка? Она поминала лорда Тимеруса – это фамилия Элефа. Его сестра? Или и вовсе сестра князя, не та, старшая, которая пропала, а младшая. Если я правильно поняла, у Лорда, Элефа и Азнея одна фамилия на всех, что логично.

– Утверждают, – вампирша провела языком по верхней губе; голос ее сладострастно вибрировал, – ее убили на твоих глазах. Какое удовольствие, как я тебе завидую – наслаждаться видом крови, ее запахом. Это лучше, чем близость с мужчиной!

«Извращенка!» – переглянувшись, одновременно подумали мы с Присси. С другой стороны, что взять с вампирши? Надо бы обзавестись кочергой или иным средством защиты, чтобы блондинка не реализовала свои гастрономические фантазии за мой счет. Она может сколько угодно говорить, что не пьет людей без санитарной книжки, но трепещущие ноздри и блуждающая улыбка выдавали ее с головой.

– Не повтори ошибок своей родственницы, человечка!

Блондинка поднялась, заставив меня попятиться к камину, к спасительной кочерге.

– Она думала перехитрить Элефа.

– Каким образом? – сипло спросила я.

Удачный момент прояснить хоть одну тайну.

– Клялась в верности Лорду и шпионила на Охотников, – лицо блондинки исказила презрительная гримаса. – Утверждала, будто нашла пропавшую госпожу, а сама помогала вратийцам уничтожать нас, выставлять безжалостными убийцами. Но кара всегда настигает виновного, помни об этом, человечка!

– Тебе надлежит обращаться к ней «миледи»! – наполнил комнату гневный голос Элефа. – А то и вовсе «ваше высочество». Что ты здесь делаешь, кто разрешил тебе прийти?

– Вот, – блондинка развернулась к нему с невинной улыбкой, – решила взглянуть на причуду Лорда. Прежде он не делил ложе с человеческими женщинами.

– Он и не делит, – заскрежетал зубами Элеф.

Ба, да он в ярости, вон как щерится! И не на меня, слава богу!

– Тогда зачем было ее красть, помещать сюда? – растерянно спросила вампирша.

– Не твоего ума дело. Ты рискуешь, Камилла, – серые глаза Элефа стали темнее тучи. – Я крайне недоволен, еще немного, и ты лишишься моей милости. Кем ты себя возомнила, моей женой?

Камилла пристыженно опустила глаза, присела в реверансе:

– Милорд…

– Прочь! – взмахом руки выпроводил ее Элеф, не удостоив взглядом.

Злорадно усмехнулась. Так тебе и надо! Сама любовница, фаворитка, а ведешь себя как наследница престола. Вот возьмет Элеф и отберет бриллианты! Или она их на себе, как восточная женщина, носит? Мол, в любой момент могут выгнать в чем была, а тут миллионы всегда под рукой.