Проклятая принцесса. Развестись и не влюбиться - Ларсон Лана - Страница 11

Но потяжелевший брачный браслет недвусмысленно намекал, что мое замужество и, собственно, сам муж более чем реальны.

Я взглянула на свою руку.

Чуть отодвинула свой обычный браслет и увидела едва заметные золотисто-синие очертания подарка Богини. Руны и вензеля на коже никуда не делись, не стерлись окончательно, но хотя бы не светились.

Мне и так приходится прятать черную прядь, хорошо хоть с браслетом особых хлопот не было.

Я должна была вернуться в свою комнату, как приказал король и Эргон, будь он неладен, но ноги не слушались. Шаг за шагом, совершенно машинально, я свернула на путь, ведущий к библиотеке. Мне срочно требовалось отвлечься и найти информацию о нём или о его стране. К счастью, экскурсии там уже не было.

Внутри царил густой, уютный полумрак, настоянный на запахе старой бумаги, легкого флера чьих-то духов и магии. Я облегченно вздохнула: здесь не было ни короля, ни любопытных кузенов, ни, слава Богине, никаких делегаций. Лишь тихий шелест бумаги, который создавали библиотечные духи, обитавшие у небольшого круглого «стола заказов».

К ним я и направилась.

– Мне нужны книги о родословных и именитых династиях соседних стран, пожалуйста, – прошептала я библиотечным духам-хранителям, которые выглядели как прозрачные, мерцающие мотыльки.

Духи вспыхнули, показывая, что услышали меня, и бесшумно улетели выполнять поручение, а я пошла к столу в дальний, самый тёмный зал. Чтобы в случае если кто-то еще захочет посетить библиотеку, меня не сразу увидели.

Я повесила плащ на напольную вешалку, зажгла светильник и села в глубокое, мягкое кресло, стараясь взять себя в руки и собрать разбегающиеся мысли. Губы всё еще жгло от нахального поцелуя Эргона. Он был такой наглый, такой уверенный в себе и такой… нежный.

Никто и никогда так со мной не обращался.

Я оказалась не готова к подобному развитию событий и просто растерялась. Не знала, что сказать, как отреагировать и как себя вести. Сейчас думала, что нужно было оттолкнуть нахала, залепить пощечину, но… не хотелось. А что действительно хотелось – это продлить тот поцелуй.

Я вдруг вспомнила, как была счастлива в детстве.

Родители – отец, младший брат короля, и мама, которую он любил больше жизни, – старались оградить меня от всех невзгод и мрачных семейных легенд. Они любили меня, не видя во мне «проклятую принцессу», а просто свою дочь. Но потом они погибли, и всё изменилось.

После их гибели и до того, как король Леопольд III окончательно решил «припрятать» меня подальше от глаз, еще были претенденты на мою руку. Даже те, кто не верил в проклятие, считая его старой сказкой.

Чтобы проверить, действительно ли проклятие имеет силу, дядя настоял на заключении помолвки с одним из таких лордов. Когда признаки проклятия проявились в полной мере, лорд тут же разорвал помолвку, а его семья подняла такой шум, что всё королевство узнало о моих «особенностях».

Король, конечно, постарался, чтобы шумиха утихла как можно скорее. Кому-то пригрозил, кого-то уговорил, а кого-то отправил в ссылку, ведь эта информация плохо сказывалась и на его собственной дочери, принцессе Лавене, которую по счастливому стечению обстоятельств проклятье обошло стороной.

Шумиха и правда утихла. В «Королевском вестнике» было дано опровержение этой информации, намекая, что отвергнутый лорд просто решил меня оклеветать, но всё равно после этого от меня начали шарахаться, словно я была заразной.

Сначала это злило, обижало, бесило. Хотелось кричать, что я не виновата! Я не желала родиться в королевской семье и не выбирала свою судьбу. Но со временем стало всё равно. Я привыкла к одиночеству и к той смеси жалости и брезгливости в чужих глазах.

Но сейчас… мне вдруг нравилось, как Эргон себя ведет. Его собственнический взгляд, властность, даже его нахальство. В нем не было ни капли жалости, только желание.

Желание обладать мной.

Это было опасно, безумно, и… притягательно. Он заставлял меня чувствовать себя желанной, а не проклятой. Я злилась на себя за эту слабость. Ведь мне нужно с ним развестись, а не влюбляться!

Но кажется, и с первым, и со вторым пунктом будут большие проблемы.

Через несколько минут духи принесли книги. Огромные, толстые фолианты с резными форзацами аккуратно опустились в центр стола. Я вчиталась в названия: «Великие кланы Севера: Викинги», «Родословия Империи Востока» и «Дома Южных Королевств».

Чтобы отвлечься от горячего воспоминания о поцелуе в саду, я решила сосредоточиться на первой книге: про викингов, как самых близких и, казалось, самых опасных соседей, с которыми у дяди не заладились отношения с первого дня его восшествия на престол.

Сдвинуть без помощи магии их было практически невозможно, поэтому я послала магический импульс, чтобы открыть первую страницу, поморщилась на болевых ощущениях, которые всегда сопровождали меня при применении магии, и склонилась над исписанными древним текстом листами.

Мне, как принцессе Риольда, преподавали множество языков. Я знала диалект восточной и южной Империи, понимала викингов, немного гномов и ещё меньше эльфов. Так что прочесть замысловатые письмена в большинстве случаев не составляло труда.

Но королевская библиотека была уникальна тем, что, активировав одно заклинание, можно было с лёгкостью понимать книги, написанные на любом языке нашего мира. Именно это заклинание я и собиралась использовать.

Я вчитывалась в строки, пытаясь найти что-то общее между моим наглым мужем и суровыми северянами.

– Так, род Иггдрасильсонов, – тихо шептала я себе под нос. – Известен могучими воинами и рыжими бородами. Их магия – управление скалами… Нет, Эргон определённо не из их числа.

Я перевернула несколько страниц, пролистывая всех членов этого славного рода, пока моему взору не открылся следующий.

– Клан Снежных Волков, он же Свальбард. Они славятся белыми волосами, волчьими фамильярами, управлением льдом и способностью видеть в снежной буре.

Я наморщила лоб. Опять не то. Ничего общего, кроме, возможно, синих глаз.

Ещё несколько страниц были перевёрнуты.

– Династия Стерлингов. – прошептала я, жадно вглядываясь в родовую ветвь правителей. – Самый богатый род, что совершенно неудивительно. Их волосы черного цвета, глаза чёрные или синие. Они контролируют руны и ветер.

Чёрные волосы и синие глаза… Близко. Очень близко.

Пролистнула несколько портретов и отметила некоторое сходство с Эргоном, но всё же это было немного не то. Да, мужчины на портретах тоже имели необычные татуировки, были мужественными, суровыми и грозными. Они носили длинные волосы и умело обращались с оружием, но…

У викингов была одна отличительная черта – они всегда заплетали косы. Любые, на любой манер. Мелкие, сложные, простые – разные. А у Эргона и его стражи не было даже намёка на подобные причёски. Более того, лишь у Эргона из них всех были длинные волосы, все остальные мужчины – коротко стрижены.

Значит, снова мимо.

Я тяжело вздохнула. Это было почти бесполезно. Я листала династии: Эйгиров, Хельгов, Ульвов… Никаких совпадений, никакого даже отдалённо похожего на моего случайного мужа.

И тут в голове «щёлкнуло».

Дракон. Дядя Леопольд упоминал, что жених Лавены – принц драконов. Так может… её жених и мой муж – один и тот же человек?

Стало страшно. Очень. Сердце застучало с удвоенной силой, руки вспотели и мелко затряслись. Мне не хотелось, чтобы догадка оказалась правдивой. Да что там – это будет настоящая катастрофа для всего королевства! Но проверить наверняка было необходимо.

Я подняла руку, нетерпеливо взмахнув ею, и прошептала:

– Принесите книгу древних родов драконов.

С тихим шорохом магии книга о викингах отлетела в сторону, а на её место опустилась «Родословная Драконов» – довольно тонкий, но невероятно древний фолиант, обтянутый чёрной кожей некой рептилии.

Тонкий фолиант… Этому было объяснение. И вполне логичное.

Драконы живут долго. Очень долго по меркам людей, викингов, гномов и многих других народов. Они могут соперничать разве что с эльфами. Рождаемость по сравнению с остальными у них низкая, а значит, пролистать фолиант получится быстро.