Мой клинок, твоя спина (ЛП) - Моронова К. М. - Страница 26

Здесь, внизу, — настоящий лабиринт. Этот уровень не был указан на чертежах, так что я благодарна, что Эрик знает, куда идет, но это также вызывает новые вопросы. Новые сомнения. Я прикусываю нижнюю губу.

Я сосредотачиваюсь на том, чтобы просто продолжать двигаться изо всех сил. Слава богу, здесь, внизу, нас почти не достает дым, пока мы ищем выход.

Мы быстро поднимаемся по лестнице и, к счастью, больше не сталкиваемся с охранниками. Я с облегчением выдыхаю. Последнее, чего мне сейчас хочется, — это продолжать кровопролитие. Каждое сухожилие в моем теле вопит об отдыхе и медицинской помощи. Чудо, что мои ноги еще не подкосились.

— Ты в порядке? — тихо спрашивает Мори, пока мы задерживаемся, а Эрик осматривает территорию на предмет вооруженных охранников.

Гейдж передает Эрику детали через гарнитуру, но я их не слушаю, бормоча:

— В порядке. — Я пытаюсь держаться уверенно, но мои конечности продолжают дрожать сами по себе.

Его взгляд скользит по моему лицу.

— Я обработаю твои раны, как только вернемся в наш лагерь.

Я усмехаюсь при мысли о том, как он меня перевязывает.

— А кто тогда будет заниматься тобой?

Он даже глазом не моргнул.

— Ты, конечно. Ты уже делала это много раз. — Его выражение лица смягчается.

Правда?

Мой взгляд опускается на его плечо; что-то дергает за ниточки в глубине памяти, подсказывая, что именно там я зашивала его плоть. Забавно. Я даже не могу представить, каково это — видеть его в уязвимом состоянии, ухаживать за его идеальным телом.

— И ты делал то же самое для меня? — спрашиваю я, проверяя, раскроется ли он.

Он кивает и улыбается. В его взгляде живет ностальгия.

— Кто же еще?

Эти слова отзываются во мне вибрацией каждый раз, когда я слышу их от него. «Кто же еще?» Я знаю, он говорил их мне много раз в прошлом. Я открываю рот, чтобы сказать об этом, когда голос Гейджа взрывается в гарнитуре, полный срочности:

— Немедленно уходите! Они выходят из машин и окружают форт. Вам нужно выйти с тыла сей... — Его сигнал обрывается, когда град пуль начинает хлестать по скальной поверхности, где должны были располагаться Гейдж и Томас.

Мы на мгновение смотрим друг на друга, а затем Эрик хватает Мику и поправляет ей шлем. Единственное, что я сейчас слышу, — это кровь, яростно стучащая в ушах.

— Не отставайте от меня, держитесь кучно и не останавливайтесь, что бы ни было. Если упадете — вас оставят. Мы не можем позволить себе провалить это. Эта флешка значит больше, чем все мы.

— Так точно, — хором говорим мы с Мори, обмениваясь напряженными взглядами.

Мика нервно сглатывает. Ее руки ужасно дрожат, и она смотрит на нас троих так, будто мы сошли с ума, раз выглядим такими спокойными. Придется рассказать ей, когда вернемся на базу, как на самом деле неспокоен я внутри.

— Мы будем прямо за вами, лейтенант, — осторожно говорит Мори. Эрик твердо хлопает его по плечу, затем смотрит на меня. На его лицо прорывается неподдельное выражение, выдающее беспокойство. Я не уверена, связано ли оно с нашим шансом выбраться отсюда живыми или с моими травмами, но его взгляд на мгновение скользит к шраму у меня на виске.

— Держись рядом с Мори. Не отбивайся, — приказывает он. Я несколько раз киваю, не зная, что ответить. Он усмехается и готовится выйти из здания.

Лейтенант распахивает дверь и бросается прямо к густой полосе валунов, окаймляющих форт. Томас и Гейдж где-то там наверху. Это наш единственный шанс получить хоть какое-то укрытие от подкрепления. Быть здесь, на открытом пространстве, — дерьмовая ситуация. Особенно когда вокруг в основном пустыня, и почти нет деревьев.

Прохладный утренний воздух кажется райским на моей коже. Только сейчас я поняла, как там внутри было душно и жарко. Мои ноги работают в устойчивом ритме, Мори держится прямо у моего бока.

На улице еще довольно темно, но сомневаюсь, что это нам сейчас поможет. У подкрепления, скорее всего, есть приборы ночного видения, и они экипированы лучше, чем те люди, которых мы застали врасплох.

Мы уже почти на полпути к скалам, когда слышу жужжание дрона над головой. Умоляю, ради всего святого, пусть это дрон Томаса. У меня нет ни секунды, чтобы посмотреть, и я не смотрю.

Рука Мори сжимается у меня на талии, заставляя бежать быстрее. Я чувствую, как он подталкивает меня вперед, чтобы не отставать от остальных.

Черт, я замедляюсь, и мое тело не слушается. Я на пределе.

Паника врывается в мои вены. Мори не хочет оставлять меня здесь одну. Мика и Эрик уже в двадцати футах впереди.

— Беги! Не беспокойся обо мне, — говорю я, тяжело дыша.

Глаза Мори сужаются, и он смеется.

— Ты правда меня не знаешь, да? Продолжай бежать. Не оглядывайся. Обещаю, я буду всего в нескольких шагах позади, — кричит он, замедляясь и отставая.

Шок проходит полной волной по всему моему телу. Голова инстинктивно поворачивается, чтобы посмотреть на него — как я могла иначе? В какой вселенной я смогла бы отвести от него глаза?

Мори поднимает свой MK-17 и начинает стрелять по людям, которые выбегают из-за углов здания и несутся на него. Они отвечают огнем. Он совершенно беззащитен здесь, на открытом пространстве.

Я резко отворачиваюсь и продолжаю бежать, как он приказал, но когда я вижу, как Эрик и Мика добираются до скал и начинают подъем, до меня доходит: я не могу позволить, чтобы моим последним воспоминанием о моем мудаке-напарнике, который улыбался мне всего пару раз, было это.

В нем есть что-то, что я так ценю, что аж больно.

Как раскаленный уголь, тлеющий в глубине души и прорывающийся наружу, чтобы пробудить меня от заблуждений, я понимаю: я должна вернуться. Я не могу идти дальше без него.

Мысли отвлекают меня, и я спотыкаюсь о камень размером с кулак. Я быстро вскакиваю на ноги, пошатываясь и с ненавистью глядя на свои ноги, которые снова пытаются меня подвести. Умоляю. Только не сейчас.

В гарнитуре снова появляется голос, сквозь густые помехи едва разборчивый, но я слышу бормотание Томаса.

— Пауэр, это ты? Повтори!

На этот раз он слышнее.

— Убери оттуда этого долбоеба! Дро...дрон сбрасывает раке... — Это все, что я успеваю услышать, прежде чем сигнал обрывается.

Но я уже бежала обратно к Мори с той секунды, как он сказал вытащить его из зоны поражения. Мои легкие горят и бунтуют от изнеможения. Я бегу к нему быстрее, чем когда-либо считала возможным. До такой степени, что чувствую, будто могу потерять контроль над телом в любую секунду.

Пули свистят рядом, когда противники теперь стреляют по нам обоим. Я поднимаю винтовку и укладываю одного прямо между глаз, отшвыривая его тело назад, на одного из его товарищей.

Мори резко оборачивается ко мне. В его глазах вспышка ужаса.

— Какого черта ты делаешь, Эмери?! — кричит он, пригибаясь, когда град дыма и грохочущих ракет проносится над нашими головами. Полосы огня в небе соединяются с землей позади него, пока он несется ко мне, отчаянно протягивая руки.

БУМ.

Глава 16

Кэмерон

Почему она всегда делает противоположное тому, что я ей говорю?

Глаза будто сохнут, когда я тянусь к ней. Чёрт. Она всё ещё слишком далеко. Её розовые косы хлещут по воздуху, пока она протягивает ко мне руки.

Зачем она возвращается за таким, как я?

Земля содрогается, рёв взрывов оглушителен — в ушах звон. Её лицо — последнее, что я вижу, прежде чем стена дыма поглощает нас обоих. Ударная волна швыряет меня на землю, глаза инстинктивно зажмуриваются от града земли и обломков.

Только бы это не конец.

Только бы не видеть её в последний раз.

Я судорожно кашляю, хватая ртом воздух и подтягивая своё разбитое тело в её сторону. Пыльно, ничего не видно, но я слышу её прерывистое дыхание — прямо под гул в моих собственных ушах. Боль не чувствуется, но молчание моих лёгких говорит, что они горят огнём.