Черноземье. Сатум (СИ) - Белов Иннокентий - Страница 56

«Чтоб за полгода создать что-то умеющее воевать из обычных мирных крестьян — гонять их должны были в хвост и гриву! Страшные и унизительные наказания должен был каждый на своей простонародной шкуре прочувствовать! — понимаю я. — Чтобы бежать на копья гвардейцев вообще без страха, когда за тобой настолько страшные люди следят!»

Где-то на самом верху хозяева-дворяне, под ними личные преданные псы-воины, дальше уже следуют особо доверенные слуги. Зато все остальные крестьянские парни боялись даже громко вздохнуть, и лишнего по сторонам посмотреть. Не говоря уже о том, чтобы как-то реально провиниться перед своим начальством.

«Наказывали за подобные провинности очень жестоко!» — наглядно вижу я до сих пор по испуганным лицам парней.

Которые до сих пор не понимают, как все случилось, почему уже они сами охраняют связанных авторитетов. На которых просто боялись даже глаза раньше поднять.

«Опустили молодежь в реальный ад, теперь пусть не обижаются, что сами туда же отправятся».

Идут ведь молодые парни просто погибать на нашу сторону, всем крестьянам подобная судьба хорошо понятна. Должны завалить своими телами наши земли, прикрывая и отвлекая внимание от дворян и опытных наемников. Штурмовать Астор или сражаться с обученной Гвардией в чистом поле — для них просто без шансов.

Но все так здесь устроено, что в Астрии и Сатуме, никакие возражения от простого быдла хозяевами жизни ни в коем разе не принимаются. Только ведь деваться астрийской молодежи совсем некуда от жестоких и мстительных хозяев. В чужой и настолько страшной стране, как Сатум, никуда не убежишь и не спрячешься.

Но тут из воздуха появляется над головами отряда настоящий такой героический Капитан из Астора.

Сначала всего за несколько минут из непонятного оружия приканчивает почти все имеющееся начальство. Да еще командует хватать и вязать всех выживших верных псов режима, обещая за выполнение своих приказов вскоре полную свободу и сколько хочешь благодатной асторской земли.

«У них-то перед степями земля точно не такая плодородная имелась, как в самом Черноземье. И ничего, растили хорошие урожаи, еще и Астор кормили немного», — вспоминаю я.

Как тут не ошалеть от подобной перемены и новых жизненных перспектив, но руки уже сами вытаскивают истопников и редких выживших служивых на свет божий. Благо вокруг только десятки своих знакомых лиц, а почти все прежние церберы уже разлеглись на грязных камнях и признаков жизни больше не подают.

Теперь вот сами последние приближенные воины дворян стоят связанные над страшной пропастью и вот-вот отправятся в последний полет.

Я хорошо понимаю, что близкие к дворянам слуги или их давно проверенные службой воины могут и должны знать хотя бы приблизительные планы своих хозяев. В отличии от совсем простых воинов из презренных крестьян, которые ничего не знают даже про то, где сегодня ночевать и что есть на ужин будут.

Никто им подобные знания не доносит и вообще особого внимания не обращает, пока они быстро и правильно выполняют приказания.

Я чисто формально повторяю служивому вопрос, но в тот же момент, когда чертов воин пытается плюнуть мне в лицо, удар маной уносит его в пропасть. Вместе с уже вылетевшей слюной из гнилого рта.

Падает он без единого звука, вскоре соединяется в общей братской могиле со своими хозяевами, как, наверно, и сам собирался поступить в скором времени.

Второй воин даже не стал дожидаться вопроса и последующей казни, воодушевленный поступком старого товарища, попробовал столкнуть вниз своего соседа и прыгнул сам. Соседа, пожилого прислугу-истопника, я поймал магической рукой за плечо и оттащил от края пропасти, после чего он тут же согласился рассказать все, что только знает.

Посмотрел ведь уже в падении на пропасть внизу, попрощался с жизнью, но тут вдруг невидимая рука схватила за плечо и вернула к дальнейшему существованию.

Судя по пораженным лицам остальной прислуги, они уже тоже с ним попрощались. Но живительная сила магии спасла приговоренного к смерти старого приятеля.

— Да, и вот так тоже могу! Моя сила может спасать и лечить от всех болезней! Так что сами думайте, готовы вы умереть за своих дохлых хозяев или хотите еще пожить! — громко оповещаю всех, здесь присутствующих. — За хорошую службу новому хозяину даже с новым здоровьем!

После сурового показа серьезности моих намерений остальные слуги тоже заговорили, раз уже кто-то один из них сдался. А все непримиримые воины закономерно оказались навсегда далеко внизу, откуда не возвращаются.

Вскоре я наводящими вопросами узнаю примерную хронологию событий прошлого лета.

Когда дворяне из тех, кто поумнее и не так фанатично хочет погибнуть именно на своей земле, задумались о возможности спасения своих близких и какой-то части нажитого богатства.

Начинаю разговор не с секретных сейчас тем, чтобы постепенно разговорить свидетелей дворянской жизни.

Спасти и сохранить все подобное можно только в самом Сатуме, если каким-то образом пройти перевалы. Ведь там правят их братья по примерно такому же сурово кастовому обществу, они всегда поддержат и помогут благородным беглецам.

Про отступление в тот же Астор никто даже не думает, насколько урожденным дворянам не подходит наша равноправная жизнь.

Отправленная заранее на перевалы разведка доложила, что при определенных условиях подобный переход потянут даже женщины и дети. Если подготовить тропу, хорошо продумать спуск с самого опасного перевала и разместить в пути несколько укрытий от ночного холода.

Понятно, что замки, дома, рудники, дворцы и землю с собой никак не заберешь. Так же дорогую и изысканную мебель вместе с дворянскими жеребцами через перевалы не пронесешь и не проведешь. Остается только оружие, золото с серебром, украшения, фамильные реликвии и часть теплой меховой одежды с собой забрать.

Но общий разум прижатого к стенке дворянства провозгласил, что идти только со своими самыми приближенными слугами и воинами нет особого смысла. Обязательно требуются несколько сотен бесплатных носильщиков, которые расчистят тропу, понесут вещи и еще много-много дров на своих плечах.

— Господа решили забрать несколько сотен самых крепких и ловких крестьянских парней из Астрии с собой. Пока было какое-то время на подготовку подобного перехода, а крепости на границе со степью еще держались, пусть уже из последних сил. Так они забирают своих людей с собой, те несут на себе дворянское добро через перевалы. Еще все время расчищают дорогу на перевалах перед пожилыми и малыми членами благородных фамилий. Зато потом в Сатуме оказывается большая часть всего движимого добра, еще свои личные крестьяне остаются при них. Которых можно или заставить пахать на прежних господ, или даже заставить воевать за них же. Потому что местные дворяне в любом случае поддержат беглецов, морально и даже материально, — примерно так я понимаю сбивчивый рассказ одного из пожилых слуг.

Остальные тоже вошли в роль, постоянно подсказывают ему.

Хорошо, что я получаю информацию, но пора успокоить прислугу и еще присмотреть за подъемом грузов в виде одежды, еды, дров, оружия и набранных крестьянами трофеев.

— Так, давайте отойдем от пропасти! — командую я всем пленникам. — Разговор у нас впереди долгий предстоит, поэтому вернемся в лагерь. Где вы будете мне все рассказывать, а я лично контролировать переход через перевал.

Так что я дальше руковожу всем, что вижу, выдаю указания и объясняю новым командирам взводов, что их ждет теперь впереди.

И заодно слушаю рассказы выживших пока слуг, но самое главное уже понимаю.

«Дворяне увели с собой примерно шесть с небольшим сотен своих послушных крестьян. Самых крепких, ловких и молодых. Которые уже были заранее присмотрены для баронских дружин и службы в стражниках. Несколько парней успели сбежать, возможно, даже выжили во время нашествия, отсидевшись в лесах. Перейдя перевалы, дворяне начали активно общаться с уже хорошо подготовленными к их появлению местными благородными. Ожидая с нетерпением, как орда разобьет армию Астора и уйдет, оставив после себя одни только пепелища и развалины. Но свои верные люди, заранее отправленные в Астор, довольно быстро донесли им весть о том, как Черноземье весьма легко договорилось с ордой. Во что они никак не могли поверить, но тут уже мое личное обаяние так подействовало на Беев Орды. Еще мы договорились построить дорогу через перевалы, пусть даже в подобную идею сами астрийские дворяне не слишком поверили. Но зато смогли очень грамотно донести до местного дворянства опасность нашего договора с ордой», — постепенно узнаю я о том, что строительство дороги уже довольно давно интересует сатумских дворян.