Лекарь из Пустоты. Дилогия (СИ) - Майерс Александр - Страница 62

Посмотрел на Демида Сергеевича.

– Капитан, есть проблема.

– Слушаю, молодой господин, – ответил тот, не отвлекаясь от дороги.

– Наш эликсир снова начали поливать грязью в интернете. Будьте готовы к провокациям. Усильте охрану плантаций и усадьбы.

– Будет сделано. А вы? Может, надо было всё‑таки пару ребят взять с собой в столицу?

– За себя я и сам могу постоять, – ответил я.

В Новосибирске мы подъехали к комплексу портала – массивному зданию из серого камня, похожему на старинную крепость, напичканную магическими усилителями.

Портал включали дважды в сутки, утром и вечером. Слишком много энергии он требовал, чтобы оставаться постоянно активным. Сейчас как раз приближалась вечерняя активация.

Возле служебного входа, в стороне от основного потока людей, стоял мужчина. В тёмном пальто, руки в карманах. Он смотрел прямо на наш автомобиль, а как только мы припарковались, чеканным шагом двинулся навстречу.

– Кажется, вас ждут, – заметил Демид Сергеевич.

– Так и есть. Не переживайте, капитан. Это тот самый господин майор, который звонил мне по дороге… Оставайтесь в машине, – попросил я, открывая дверь.

– Слушаюсь, – буркнул Демид Сергеевич.

Я вышел из автомобиля и направился к незнакомцу. На вид ему было лет сорок. Жёсткое, непроницаемое лицо, казённая короткая стрижка и оружие на поясе. С одной стороны пистолет, с другой – короткий меч, наверняка зачарованный.

– Здравствуйте, барон Серебров. Майор Геннадий Леонидович Игнатов. Рад знакомству.

– Взаимно, майор, – я протянул руку.

В Службе безопасности империи, как я знал, служили лишь дворяне. Как правило, те, у кого не было титула. Так что пожать ему руку было разумным проявлением вежливости.

– Чем обязан, Геннадий Леонидович? – спросил я.

– Пройдёмте за мной. Поговорим без лишних глаз, – майор кивнул на служебный вход.

Он повёл меня не внутрь самого здания портала, а в сторону небольшого административного флигеля. Мы поднялись на второй этаж и зашли в кабинет начальника. Его самого не было на месте, как и секретарши, которая наверняка должна была сидеть в приёмной. Похоже, агент заранее попросил освободить помещение для нашего с ним приватного разговора.

Игнатов сел за стол, предложил сесть мне и сразу перешёл к делу:

– Поздравляю с победой в суде. И с успехами в бизнесе. Ваш «Бодрец»… интересное начинание для скромного провинциального рода.

– Спасибо, – сухо ответил я.

– Не за что. Именно ваша активность, вкупе с уникальными обстоятельствами недавнего прошлого, и привлекла наше внимание, – сказал Геннадий Леонидович, внимательно глядя мне в глаза.

Вот оно. Началось. Я не стал ничего говорить, просто смотрел в ответ. Игнатов сложил руки на столе и продолжил:

– Видите ли, Юрий Дмитриевич. Империя всегда заинтересована в сильных и… необычных дарованиях. Особенно в сфере целительства. Нам известно, что вы были на грани смерти, и после этого ваш дар стал сильнее.

– С чего вы взяли?

– Мы знаем, что у себя в усадьбе вы исцеляете простолюдинов. Причём такие недуги, какие не должны быть в силах исцелить. Если верить вашему досье из Имперской Академии, уровень вашего дара крайне низкий. Но теперь это не так, – объяснил майор, давая понять, что знает очень многое и скрывать информацию нет смысла.

Он сделал паузу, изучая мою реакцию. Но я оставался невозмутим.

– В Санкт‑Петербурге, на базе Клиники имени Анастасии Великой, существует специальное исследовательское отделение. Там работают лучшие умы страны. Мы предлагаем вам должность младшего научного сотрудника, для начала. Оклад в пятнадцать раз превысит ваш текущий совокупный доход. Также вам будут предоставлены служебная квартира в столице, статус, доступ к закрытым архивам и методикам. Вы и весь ваш род получите гарантии безопасности от нашей Службы.

– И что взамен? – спросил я.

– Ваше согласие на участие в исследованиях, – ответил Игнатов.

– В качестве подопытного?

– В качестве объекта исследования.

– Это одно и то же, – улыбнулся я.

– Ни один эксперимент не будет проведён против вашей воли, – приподнял ладонь майор.

Всё понятно. Они хотят меня изучить. Вскрыть, как часы, и посмотреть, что тикает внутри.

Они не знают о Пустоте. В противном случае Игнатов не говорил бы со мной и не предлагал различные блага. Причём его предложение звучало весьма соблазнительно, должен признать.

Но лишиться свободы и стать подопытной крысой, даже в золотой клетке? Бросить семью, которую я только начал вытаскивать из ямы? Нет.

– Это очень лестное предложение, господин майор, – начал я, тщательно подбирая слова. – И я понимаю интерес империи к моему случаю. Однако вынужден отказаться.

Игнатов не проявил никаких эмоций, лишь чуть сощурился.

– Почему?

– У меня есть обязательства и собственные цели. Род, дело, которое едва встало на ноги. Я не могу всё бросить. Кроме того, я никогда не мечтал о карьере исследователя. Моё место там, где я могу приносить реальную, ощутимую пользу, а не быть… объектом, – объяснил я.

– Вы принесёте большую пользу, если согласитесь. А любые проблемы вашего рода мы поможем уладить. Поверьте, мы сделаем так, что больше никто не посмеет попытаться вас очернить или тем более подставить, как в случае с инспекцией. Это шанс, барон. Один из тех, что выпадают раз в жизни, – произнёс Геннадий Леонидович, не отрывая своего взгляда от моего.

– Понимаю. И всё же отказываюсь. Мой дар, если он и окреп после болезни – сугубо прикладной. Я хочу лечить людей и сомневаюсь, что смогу быть полезен в столь фундаментальных исследованиях.

– Сомнения развеют наши специалисты. Они лучшие.

– Моё решение окончательно. Благодарю за оказанное доверие, – ответил я и собрался встать.

Но майор жестом попросил меня остановиться. Его взгляд похолодел, и в нём появилась угроза.

– Кажется, вы не совсем меня поняли, Юрий Дмитриевич…

Российская империя, город Новосибирск, административный флигель комплекса портала

Майор Игнатов смотрел на молодого барона напротив. Интересный юноша. Необычный. С ним оказалось сложнее, чем думалось.

Задание было стандартным: завербовать. Человек, переживший клиническую смерть и демонстрирующий внезапный всплеск жизненной энергии и деловой хватки, представлял интерес для определённых отделов Службы. Обещания богатства, перспектив и защиты обычно хватало. Особенно таким, как Серебровы – бедный, забитый род, висящий на волоске от полного разорения.

Игнатов озвучил условия. Отличные условия. Квартира в столице, оклад, о котором здесь можно только мечтать, доступ к знаниям. Он ожидал увидеть в глазах юноши жадный блеск, был готов к тому, что он посомневается для вида. Но увидел… ничего. Во взгляде барона будто стояла стена. Барон вежливо, но твёрдо отказался.

«Упрямый», – констатировал про себя Игнатов.

Но завербовать Сереброва необходимо. На что тогда сделать упор? На амбиции? На чувство долга перед родом? Или долга перед империей?

Или перейти к классической тактике угроз и оставить юного барона без выбора?

Серебров уже собрался уходить, когда Геннадий Леонидович жестом попросил его задержаться. Помедлив секунду, он спросил:

– Вы понимаете, что, отказываясь, привлекаете к себе ещё более пристальное внимание? Империя не каждый день делает подобные предложения. Отказ может быть расценён… как недостаток лояльности к родине. Случается, что дворяне, которых подозревают в подобном, вдруг сталкиваются с трудностями. Проверками, судебными исками и прочими проблемами.

– Обойдёмся без угроз, господин майор, – холодно ответил Серебров.

Игнатов наблюдал за маской собеседника, ища в ней трещину: страх, неуверенность, гнев. Но Юрий Дмитриевич не дрогнул. Лишь его взгляд, и без того уверенный, стал ещё твёрже.

– Я найду, как заработать деньги и возвысить свой род. С проверками тоже разберусь. Не впервой, – добавил он.