Владимир, Сын Волка 4 (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 5

Всё-таки, Горбачёв был многократно более предсказуем…

А Жириновский с самого начала придерживается амплуа «безумного президента», что чувствуют все участники международных отношений. Никто не знает, что он выкинет в следующий раз, потому что он никому не раскрывает своих истинных целей, а также не даёт никому понять, что он знает, а чего не знает.

Например, на прошлой неделе, в ходе встречи с иностранными журналистами, он проанонсировал усиление Вооружённых Сил СССР новой ракетой — «Ока-УН», разработкой Сергея Павловича Непобедимого.

«Вот такие люди нам особенно нужны — скрупулёзные профессионалы и гении», — вспомнил Жириновский главного конструктора Конструкторского бюро машиностроения.

Благодаря тому, что Горбачёв обиделся на американцев за то, что они поддержали Иран в войне против Ирака и использовали иранский Белуджистан в качестве опорной базы для душманов, Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности так и не был подписан.

Жириновский ничего подобного согласовывать и подписывать не собирается, потому что это критически подорвёт его «безумное» амплуа, а американцы больше ничего и не предлагают, так как прекрасно знают это.

«Любопытный факт: несмотря на то, что „Ока“ не попадала под так и не состоявшийся запрет ракет средней и меньшей дальности», — задумался Жириновский, — «на встрече с нашим дебилом в Рейкьявике американцы настаивали, чтобы „Ока“ была ликвидирована, но теперь это уже неважно».

И к концу этого года должны состояться финальные испытания нового детища КБМ — ракеты «Ока-УН», дальность которой превышает 650 километров, а круговое вероятное отклонение сокращено с 30 до 5–7 метров. Последнее достигается за счёт интеграции наведения по ГЛОНАСС.

Это высокоточное оружие, которое будет производиться массово — Жириновский поставил цель: к 1994 году на вооружении у Советской армии должно быть не менее 200 комплексов, чтобы создать на западе и юге расширенную «запретную зону».

Жириновский, получив на руки результаты испытаний новой модификации ракеты, поручил Генштабу проработать новую концепцию, которая пришла ему на ум в связи с этим: они должны осмыслить понятие «зона запрета доступа».

Что-то такое было в воспоминаниях Директора, но тот мало интересовался ракетными технологиями, поэтому подробностей из его тускнеющих воспоминаний о будущем, которое уже не наступит, выудить не удалось.

Из-за этого Владимир доработал эту концепцию в рамках своего понимания: согласно ей, противник не сможет безопасно перемещаться или дислоцироваться в зоне действия нового высокоточного оружия. То есть, если противник размещает какие-либо силы в зоне досягаемости «Оки-УН», то ему стоит сразу же начать готовиться к неприемлемым потерям.

КВО 5–7 метров при массе боевой части в 715 килограмм — это высокоточное оружие, от которого не спрятаться ни в танке, ни в железобетонном бункере…

А для того, чтобы такая точность обеспечивалась бесперебойно, на Байконуре очень часто стартуют ракеты «Протон-К», поднимая на орбиту спутники «Ураган», которые формируют зону покрытия ГЛОНАСС. Благодаря тому, что «Ока-УН» способна принимать спутниковый сигнал, она корректируется на конечном отрезке пути и поражает цель с заявленной точностью.

Но Непобедимый не останавливается и сейчас активно разрабатывает новую ракету, получившую название «Таруса», в честь левого притока Оки.

«Предлагал же им хорошее название — Вобля, в честь правого притока Оки, но не послушались…» — подумал Жириновский с лёгким расстройством. — «От альтернативы, сволочи, тоже отказались…»

Второе предложенное им название — Убля, в честь левого притока реки Оскол. Непобедимый назвал эти предложения мальчишеским хулиганством и пригрозил, что напишет жалобу в Верховный Совет СССР, если Жириновский продолжит педалировать эти названия, пришедшиеся по душе военным…

«Теперь у меня есть новая возможность для политического шантажа — передача новых оперативно-тактических ракетных комплексов ГДР», — пришла в голову Жириновского мысль. — «Надо, чтобы эти суки сильно не расслаблялись — Красная угроза никуда не делась. Пусть больше денег вкладывают в оборонку!»

Неизвестно, что думают в ЦРУ, но известно, что думают в Белом доме: сейчас не время для обострения международной напряжённости — проблемы с экономикой назрели и созрели. Буш пытается сократить дефицит бюджета, созданный непомерными тратами Рейгана, причём у него даже что-то получается.

Дефицит государственного бюджета США сейчас составляет 296 миллиардов долларов, но Буш смог замедлить его рост — он выполняет сейчас практически те же задачи, что и Жириновский, но для США.

Буш избрался с обещанием, что не будет повышать налоги, чего боялись высшие слои общества, но почти сразу же нарушил своё обещание и поднял налоги для богатых, чтобы стабилизировать дефицит бюджета.

Он повысил налоги для высших слоёв с 28% до 31%, а также ввёл акцизы на бензин, алкоголь и табачные изделия и назначил новые сборы. Это резкое повышение цен на всё, что нужно каждому рядовому американцу, не понравилось никому, но мнение рядовых американцев менее важно, чем мнение нерядовых — богатые теряют от повышения налогов многократно больше, если считать в абсолютных числах.

Очень сомнительно, что Буш сумеет выиграть на выборах 1992 года, потому что богатые очень недовольны — он подорвал доверие финансовых элит и вызвал раздражение рядовых граждан.

Но хуже всего то, что дефицит бюджета до 3% от ВВП он не сократил, безработица выросла до 7,34%, а рецессия обещает пойти на спад уже при следующем президенте.

У СССР же, в это время, дела с экономикой всё ещё устойчиво печальны, потому что реформы ещё далеки от завершения, ведь промышленные учреждения до сих пор подключаются к единой информационной системе ГКО, что идёт медленно и болезненно.

«Снизу» оказывается сопротивление, потому что подключение к ЕИС ГКО — это, по нынешним меркам, практически микроконтроль, который пусть и эффективный, так как отчёты прибывают в вычислительные центры в течение 30–60 минут, но советские предприятия так работать не привыкли.

Целенаправленное понижение хозяйственной самостоятельности не нравится никому, но ни Жириновского, ни ГКО, ни остальной Совмин такие подробности не волнуют, потому что уже есть первые результаты.

Пилотные проекты, проведённые на ряде заводов Москвы и Подмосковья, показали существенный прирост производительности, исключительно за счёт цифровизации, а затем начался перевод на новую систему ближайших к Москве областей, после чего ЕИС начала распространяться, как сибирская язва в стаде коров.

Заводские руководства в некоторых городах устраивали митинги и забастовки, чтобы остановить цифровизацию, потому что она повышает прозрачность процессов и после её внедрения станет нельзя сотрудничать с цеховиками и подставными кооперативами.

Митинги и забастовки, естественно, безжалостно подавляются силами милиции и внутренних войск, а по телевизору и радио интенсивно разжёвывается официальная версия, которая раскрывает суть этих явлений — желание директоров скрыть хищения и коррупцию.

В Советском Союзе Жириновскому принято верить, поэтому население относится к происходящему с пониманием — несознательные рабочие, конечно, иногда присоединяются к забастовкам и незаконным митингам, но организованного рабочего сопротивления реформе нет, и всё это имеет спорадический, быстро затухающий характер.

Но «Голос Америки» называет это «борьбой Жириновского против рабочего класса» и призывает свергнуть незаконно избранного диктатора, сидящего в Кремле, на троне из штыков, и попивающего рабоче-крестьянскую кровь…

Это однозначно можно трактовать, как стойкую неприязнь Запада к персоне Жириновского.

«Но наши нефть и газ, подонки, покупают!» — подумал он. — «Какие же двуличные мерзавцы — ненавижу!»

«Голос Америки» как прекратили глушить при Горбачёве, так и не глушат до сих пор. Благодаря изощрённой стратегии контрпропаганды, с трактовкой транслируемых текстов, эффект от западной пропаганды получается обратный.