Инженер. Система против монстров 5 (СИ) - Гремлинов Гриша - Страница 43

Линия эволюции: Перспективная. На высоких уровнях (20+) способны мутировать в более крупные и опасные формы, такие как Вожак Стаи (усиление стайных баффов) или Зверь-Одиночка (резкое повышение индивидуальных характеристик, развитие скрытности). С дальнейшим повышением уровня (25+) развивают способности к регенерации, отращивают костяные наросты и шипы, формируя естественную броню. На высших стадиях эволюции могут развивать кислотную слюну или ядовитый укус.

Уязвимости: Стандартные. Огонь, тяжёлые ранения. На низких уровнях не обладают выраженным сопротивлением к какому-либо типу урона.

— Ого, — присвистнула Искра. — То есть, это всё собаки, просто у одних удачный апгрейд, а другие бракованная партия?

— Что это значит для нас? — спросила Алина, с интересом вчитываясь в описание.

Я тяжело вздохнул.

— Это значит, что с повышением уровня они будут превращаться в разных существ. Мутировавшие Псы так и останутся пушечным мясом низких уровней. А вот Костогрызы… — я посмотрел на Клыка, который уже вылизал миску и теперь с надеждой смотрел на Олесю. — Из этих могут вырасти очень серьёзные противники. Система не только создаёт монстров, а строит целые экосистемы с разными эволюционными путями.

— Чудеса новой биологии! — с саркастическим восторгом подытожила Искра. — Жду не дождусь, когда мы встретим летающих хомяков.

— Я буду на нём кататься! — Олеся снова обняла Клыка.

— Если он превратится в бронированное чудовище двадцать пятого уровня, то мы все будем на нём кататься, — прыснула Искра. — Правда, не представляю даже, как мы прокормим такую тушу.

— Давайте решать проблемы по мере поступления, — остановил её Варягин. — Итак, каков наш дальнейший курс, командир? — спросил он.

Я всё ещё не привык к этому обращению, так что поморщился. Да и вообще… по факту, Варягин вовсе не лишился власти в группе, а вот всю ответственность спихнул на меня. Очень удобно, ловко и хитро.

Достав телефон, я снова открыл карту.

— Мы выбрались из Москвы, но не с той стороны, — сказал я, увеличивая нужный сектор. — Мы в Красногорске. А точка сбора, которую назвал Леонид, в Бутово. Вот, смотрите.

Я повернул экран к паладину и остальным, включив линейку.

— Если по прямой… получается около сорока километров. Но по прямой не выйдет. Нам нужно обогнуть треть периметра Москвы. Это жилые районы, промзоны, леса и реки… чёрт знает, сколько мостов ещё разрушено, а дорог завалено. И везде мутанты.

— Путь неблизкий, — согласился Варягин. — Даже с транспортом… это займёт несколько дней.

— Дней, полных боёв, — вздохнул Фокусник.

— Зато это и возможность, — возразил я, стараясь приободрить команду. — Возможность набить уровни, собрать ресурсы. К тому времени, как мы дойдём до Бутово, мы будем сильнее.

— Это если дойдём, — мрачно заметила Алина. — То нападение… Живодёр и Костогрызы. Это ведь «Метка» их привела?

— Что, опять хочешь от Лёшки избавиться, королева тьмы? — едко уточнила Искра.

— Я никогда не пыталась от него избавиться, — возразила Алина. — И тогда… ещё с Серпорезами… я же не тайком Варягину сообщила о своих подозрениях, а при всех. Алексей ведь и сам мог не знать, что находится в опасности.

— Ну да, ну да, оправдывайся, — злобно улыбнулась рыжая.

— Закончили, — прикрикнул я на них. — Отвечаю на твой вопрос, Алина. Нет. Я не почувствовал ни активации «Метки», ни отклика «Кайроса». Мутанты пришли сами. На шум, на запах.

— Странно, — нахмурился Варягин. — После встречи с Владыкой Падали я был уверен, что теперь за тобой будет охотиться всё, что движется.

— Похоже, восстановление Барьера всё изменило, — высказал я догадку, которая зрела в голове с самого начала. — Зуур-Таллан сказал, что эта защита отрезала наш мир от внешнего влияния. Видимо, Барьер отрезал вообще любые эманации Бесформенного. Сейчас мы полностью изолированы.

— С нами остались только мутанты? — уточнила Искра, вскинув бровь.

— Скорее всего, — кивнул я. — Марионетки, у которых оборвали ниточки. Они всё ещё опасны, голодны и злы. Но за ними больше не стоит разумная, направляющая воля. Это… это даёт нам фору. Время, чтобы стать сильнее и убраться отсюда как можно дальше, пока Бесформенное не нашло новую дыру в заборе.

— Получается… Система восстановила Барьер, чтобы спасти тебя? — тихо спросила Вера, присев на ближайший ящик.

Я пожал плечами. Ответа у меня не было, но я и сам всё больше склонялся к этой мысли. Вся эта цепочка событий: Кровавый Цветок, хтонический голос в голове и «Метка», «Кайрос», приход эмиссаров во главе с Владыкой Падали, восстановление Барьера в самый критический момент… всё это не могло быть простым совпадением.

— Ну а что ты удивляешься? — хмыкнула Искра. — Мозги нашего Лёшеньки ценнейший ресурс во Вселенной. За них, похоже, сражаются сразу две космические сверхдержавы. Одна хочет их сожрать, а другая сохранить для себя.

Эта мысль меня совсем не радовала. Быть пешкой в чужой игре, даже если тебя считают ценной пешкой, удовольствие сомнительное. Но чтобы стать игроком, нужно разобраться в правилах.

— Ладно, хватит философии, — я убрал телефон. — Займёмся делом.

Я достал из инвентаря два квадрокоптера.

— Как только у меня восстановится мана, я займусь ими. Нужно выкинуть штатные литий-полимерные аккумуляторы и поставить мои «Энергетические батареи». Это увеличит время полёта с двадцати минут до… многих часов. А потом я запущу их патрулировать окрестности. Составят компанию Смердюкам. Будут нашими глазами и ушами. А мы… мы ляжем спать. Нормально, по-человечески.

— Здесь? — с сомнением переспросила Искра, обводя взглядом тесную подсобку.

— Именно здесь, — подтвердил я. — Это самое безопасное место, какое у нас было за последние дни. Мы выставим дежурных у входа, но в целом, здесь тихо. Нам всем нужен отдых. Настоящий, глубокий сон. Завтра будет тяжёлый день. И послезавтра тоже. Да и вообще, лёгких дней не предвидится. Нам нужно набраться сил перед долгим походом.

Я поднялся, разминая затёкшие мышцы. Голова после исцеления уже почти не болела, но общая усталость никуда не делась.

— Пойду на улицу, — сказал я, обращаясь скорее в пространство, чем к кому-то конкретно. — Проветрюсь немного. И рацию проверю, вдруг фон утих.

Никто не возражал. Все были заняты своими делами: кто-то доедал чипсы, кто-то интенсивно думал или дремал, прислонившись к стеллажу. Я двинулся к выходу из нашего уютного убежища.

Уже взявшись за ручку двери, на мгновение замер. Мой взгляд случайно зацепился за дверной косяк. Прямо на лакированном дереве был вырезан небольшой, но отчётливый символ. Круг с вписанным внутрь странным символом, что-то вроде магического сигила.

Я провёл по нему пальцем. Косяк тёмный, но бороздки резьбы светлели свежей древесиной. Символ вырезали недавно. Нахмурился, запоминая его очертания. Странно. Очень странно. Но сейчас не до этого.

Вышел в торговый зал. Полки с продуктами, немного разбросанных пачек от сухих завтраков, тусклый свет с улицы, пробивающийся через грязные стёкла. Прошёл мимо касс, вручную раздвинул стеклянные двери и шагнул на улицу.

У входа, прислонившись к брошенной легковушке, стоял Борис. Рядом, на капоте, сидел Медведь, положив на колени свой пневмат. Оба берсерка лениво потягивали тёмное пиво из бутылок.

— Как обстановка? — спросил я, подходя ближе.

Прохладный воздух приятно холодил лицо.

— Тишина, командир, — басовито отозвался Борис. — Как в могиле. Ни звука, ни шороха.

— Даже скучно, — добавил Медведь, доставая из переносного холодильника новую бутылку. — Хоть бы завалящий мутант пробежал. Размяться. Будешь? — он открыл пиво и протянул мне.

— Спасибо, попозже. Отдыхайте, пока есть возможность, но оставайтесь начеку, — посоветовал я и отошёл в сторону.

Из инвентаря появилась рация. Я включил её. Динамик ожил, издав привычное шипение помех.

— Леонид, это группа Варягина. Леонид, приём, — произнёс я в микрофон, настроив частоту.