Сомнительные (СИ) - Белая Лика - Страница 7

Она сделала паузу, давая ему переварить.

— Вы ведь не хотите, чтобы он просто подчинился? Вы хотите, чтобы он перестал быть проблемой. Это — способ. Не сломать его, а ассимилировать. Сделать частью системы, дав ему иллюзию полной свободы.

Слово «иллюзия» повисло в воздухе самым главным аргументом.

Аркадий Петрович медленно поднялся из-за стола и подошёл к окну, встал спиной к Алисе. Он смотрел на свой город. Минуту. Две.

— Вы говорите как циник, — произнес он наконец, не оборачиваясь.

— Я говорю на языке результата, — тихо ответила Алиса.

Он повернулся. Его лицо снова было непроницаемой маской, но решение уже созрело.

— Хорошо. У вас есть три месяца. Бюджет — минимальный. Никакой публичной огласки. Никаких скандалов. Если он хоть чихнет в сторону прессы без моего одобрения — проект закрыт. Вы уволены. И ваше агентство больше не работает ни с кем из моего круга. Ясно?

Это был ультиматум. Но это было и «да».

— Вполне, — Алиса поднялась, собрав папку. Ее сердце колотилось, но руки не дрожали.

— И, Алиса Сергеевна, — он остановил ее у двери. — Не обольщайтесь. Я не верю в его «талант» и в вашу гуманистическую психологию. Я просто покупаю гипотезу. Дешево. На вас я тоже не ставлю. Но у меня есть три месяца, и я могу позволить себе одноразовый эксперимент. Не опозорьтесь.

Когда дверь лифта закрылась за ней, Алиса прислонилась к стене, позволяя себе на секунду расслабиться. Она сделала это. Она продала ему идею, в которую сама еще до конца не верила.

Но, выходя на улицу, она ловила на себе восхищенно-испуганные взгляды сотрудников, и ледяное спокойствие вновь вернулось к ней. Она прошла сквозь кабинет Воронцова и вышла живой. С контрактом.

Первый раунд был выигран. Но теперь основная работа была впереди. И главная битва ждала ее не в кабинетах, а в душной студии на задворках ЗИЛа, с парнем, который ненавидел ее мир всей душой. И которому она только что купила билет в него.

Глава 10. Первый пункт сделки

Спустя два дня после встречи с отцом Ивана Алиса снова сидела в студии «Звукорой». На этот раз между ней и Иваном стоял не барьер из взаимного недоверия, а низенький столик. Сейчас на нем лежал лист бумаги с двумя колонками: «Обязанности Продюсера» и «Обязанности Артиста».

— Итак, пункт первый, — Алиса говорила ровным, лишенным эмоций тоном, каким обычно оглашают договор о неразглашении. — Мы создаем вам профессиональное портфолио. Не аккаунт на SoundCloud, а страницу на профильной платформе для независимых исполнителей. Без упоминания фамилии Воронцов. Только IVAN V.

Иван, развалившись на диване, скептически наблюдал за ней.

— И чем это отличается от того, что уже есть? Тем, что вы его сделаете? — он выдержал паузу. — За баснословные деньги моего отца.

— Нет, — Алиса не подняла глаз на него, делая пометку в планшете. — Тем, что его увидят те, кто должен видеть. Не ваши тридцать семь фоловеров, среди которых половина — фейки, а настоящие A&R-менеджеры, владельцы лейблов и организаторы фестивалей. Это не стоит денег. Это стоит связей. Моих.

Он промолчал, и в его молчании она уловила легкое, едва заметное удивление. Он ждал, что она придет с чековой книжкой, а она пришла с контактами в телефоне.

— Пункт второй, — продолжила она. — Мы меняем поле боя. Вы привыкли бунтовать там, где вас ждут — на светских раутах, в телеэфирах. Скучно. Мы идем туда, где вас не ждут, но где ваш бунт будет иметь художественную ценность.

— И куда это? — в его голосе прозвучало неподдельное любопытство.

— Закрытый квартирник в бывшем цеху завода «Арма». Только по приглашениям. Только для своих. Там будут люди, которые не прочтут о вас завтра в желтой прессе. Но чье мнение будет для вас важнее статей. Вы готовите короткий, тридцатиминутный сет. Ваши лучшие, самые сырые и честные треки.

Она, наконец, оторвала взгляд от планшета и посмотрела на него. Он больше не смотрел в потолок с фальшивой скукой. Он слушал. Внимательно.

— Вы предлагаете мне играть для каких-то хипстеров в подвале? — спросил он, но уже без прежней язвительности. С скорее аналитическим интересом.

— Я предлагаю вам создать ажиотаж там, где его невозможно купить за папины деньги. Чтобы о вас заговорили не потому, что вы «тот самый Воронцов», а потому, что вы — IVAN V, который зажег толпу в цеху «Армы». Это создает легенду. А легенды, в отличие от скандалов, продаются дороже и живут дольше.

Иван поднялся с дивана и прошелся до синтезатора, бросив на него рассеянный взгляд.

— А папаша? — спросил он, повернувшись к ней. — Он согласен на то, чтобы его наследник выступал в подвалах?

— Ваш отец согласен на все, что не выходит за рамки нашего контракта и не влечет репутационных рисков, — четко ответила Алиса. — А квартирник для двадцати человек в неформальной обстановке — это не риск. Это стратегическая инвестиция в ваш будущий образ «бунтаря из высшего общества». Это то, что он в итоге и хочет продать.

Иван вдруг резко рассмеялся. Коротко, беззвучно, больше похоже на выдох.

— Черт возьми, Рейн. Вы гениальны в своем цинизме. Вы берете мой бунт, пакуете его в крафтовую упаковку и готовы продать как эксклюзивный товар. И всем от этого хорошо. Мне — потому что меня «услышат». Отцу — потому что я наконец-то делаю что-то «приличное». Вам — потому что вы выполняете свою работу.

— Именно так, — Алиса кивнула, не моргнув глазом. — Это и есть суть нашей сделки. Мы обманываем всех, получая при этом то, что хотим. Вы — платформу. Я — успешный кейс.

Он подошел к ней вплотную, остановившись по другую сторону порожка. Он изучал ее лицо, ища хоть малейшую трещину в этом ледяном фасаде.

— А чего вы хотите на самом деле, Алиса Сергеевна? — спросил он тихо, почти интимно. — Кроме «успешного кейса»?

На секунду ей показалось, что стены студии сдвинулись, став теснее. Этот вопрос был не по сценарию. Он был слишком личным, слишком прямым.

— Я хочу доказать, что могу решить самую сложную задачу на рынке, — ее голос прозвучал чуть более резко, чем она планировала. — Моя задача – это вы. Не усложняйте ее философскими вопросами.

Уголки его губ дрогнули в подобии улыбки. Он отступил, и напряжение спало.

— Хорошо. Я в игре. Готовлю сет. Но только при одном условии.

— Каком?

— Вы будете там. На квартирнике. С самого начала и до самого конца. Я хочу видеть лицо моего «продюсера», когда я буду играть. Интересно, удастся ли мне наконец хоть чем-то вас удивить.

Это был вызов. Не агрессивный, а скорее заинтересованный.

Алиса медленно кивнула.

— Я буду там. Чтобы оценить эффективность вложений.

— Конечно. Чтобы оценить эффективность, — он повторил за ней, и в его глазах заплясали чертики. — Как же иначе.

Когда она вышла на улицу, ее мобильный завибрировал. Сообщение от Кати: «Босс, все нити ведут к одному. Тот самый инвестор, который слил нам инфу по прошлому проекту, снова выходит на связь. Говорит, у него есть «горячее» предложение. Игнорируем?»

Алиса смотрела на экран, а перед глазами у нее стояло лицо Ивана с его последним вопросом. «А что вы хотите на самом деле?»

Она стерла сообщение и отправила короткий ответ: «Игнорируем. Сейчас все ресурсы — на проект «V».

Первый шаг был сделан. Игра началась. И Алиса с удивлением ловила себя на мысли, что впервые за долгое время ей было не просто интересно. Ей было любопытно. И это было самой опасной эмоцией из всех возможных.

Глава 11. Заноза

Следующая встреча состоялась через неделю, и на этот раз в студии царила иная атмосфера — пахло свежемолотым кофе и концентрацией. Иван, стоя спиной к двери, что-то яростно правил на пульте, а Лена, увидев Алису, лишь кивнула на стул, не прерывая разговора.

— Нет, Ваня, вот этот переход — говно собачье, прости мой французский, — ее голос, хриплый от бессонной ночи, не оставлял пространства для возражений. — Ты пытаешься сделать красиво, а надо — больно. Слышишь? Как трещит асфальт. Давай снова, с третьего такта, и не жалей монитор.