Посткарантин (СИ) - Косолапова Злата - Страница 38

Вебер не появлялся, его собаки тоже. В голову уже начали лезть нехорошие мысли, когда рядом послышался шорох, и наёмник выпрыгнул из‑за насыпи. Он упал на землю рядом со мной, за ним, поскуливая, в низину прыгнул Рекс. Декстера я не видела и не знала, жив ли он ещё.

Я посмотрела на Вебера. Маски на нём не было, только очки.

– Плохи наши дела, – прохрипел наёмник. Напряжение сделало его лицо суровым, как никогда. – Но у меня есть план. Ты по‑прежнему сиди здесь и не высовывайся.

Вебер перехватил винтовку и снова выбрался на дорогу. Я успела заметить, как он снимает гранату с пояса. Уже через секунду наёмник метнулся обратно. Оскалившись, он подхватил меня за шкирку и с силой отбросил себе за спину.

Раздался оглушающий взрыв.

– Рекс! – только и успела воскликнуть я, падая куда‑то.

Собака кинулась за мной в тот момент, когда я уже кувырком скатывалась вниз по склону оврага. Мой полёт долго не продлился. Уже через мгновение я упала, сильно ударившись левым боком о ребристый кусок бетона. Падение вышибло из меня понимание происходящего, дыхание сбилось, в глазах потемнело. Какая ужасная боль!

Я хрипло застонала, в голове зашумело, и из глаз потекли слезы. Удар был слишком сильным. Я почувствовала, что начинаю истекать кровью. Мне нужна была помощь. Однако я даже толком не могла и слова вымолвить, не говоря о большем. Сдавленно хрипя, я пыталась вдохнуть побольше воздуха.

Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем Вебер оказался рядом. Выстрелы, череда оглушающих взрывов, рычание и визг уже затихли, когда наёмник подошел к краю оврага за забором и прокатился по камням вниз до меня.

– Эти гады не такие тупые, как могло бы показаться, – сообщил Вебер. – Двух из них накрыло взрывами и разнесло на молекулы. Одного я пристрелил, одного задел, Декстер с ним закончил. Самый изобретательный укрылся в кирпичном доме в конце улицы. Надо попробовать его достать оттуда… Птенец? Ты меня слышишь?

Мне было так плохо, что я даже не могла ответить ему. Вебер обернулся, лицо его побледнело, а глаза в ужасе расширились. Наёмник метнулся ко мне, но я уже едва ли что‑либо понимала. Мой бок и спину будто бы покрыл лёд, половина тела онемела, одновременно с этим мои раны объяло сухое жжение. Мне хотелось пить, страшная жажда давила горло, а перед глазами всё плыло куда‑то в сторону. Осознание происходящего доходило до меня слишком медленно.

Ругаясь сквозь зубы, Вебер подложил мне под голову свой рюкзак, затем быстро снял с меня маску и очки. Стянув с меня куртку, наёмник расстегнул мою толстовку. Под которой, к моему огромному счастью, я носила майку. Уже через секунду Вебер достал из своей карманной аптечки мазь и какие‑то лекарства. Я в ужасе дёрнулась и замычала, когда увидела шприц, заполненный какой‑то сывороткой.

– Тише ты, – хмурясь, прошептал Вебер, кладя руку мне на лоб. – Это всего лишь обезболивающее.

Наёмник сделал мне инъекцию, введя иглу на сгибе локтя. Сразу после этого он осторожно перевернул меня на бок и немного приподнял майку, чтобы обработать рану. Я была в таком ужасном состоянии, что мне было плевать, в одежде я лежу или без неё. Через две минуты я почувствовала, как мои глаза закрываются.

Приоткрыв глаза, я пыталась сфокусировать взгляд на легких перьях облаков, размеренно плывущих по небу. Где‑то трещал огонь, в лесу позади хорошо слышался шорох ветра. Пахло дымом и смолой. Я повернула голову. Рекс лежал рядом со мной, пригревшись у меня под боком. Декстер догрызал куриную кость, растянувшись у меня в ногах.

Я осторожно дотронулась до пропитанной кровью майки. Рана уже почти не болела. К тому же Вебер сделал перевязку и, судя по всему, перед перевязкой использовал Р‑тюбик.

Как только я зашевелилась и протянула руку, то тут же получила в неё бутылку воды. Приподнявшись, я сделала пару глотков, затем потерла глаза и взглянула на наёмника. Он сидел на земле рядом со мной и курил.

– Ну? Ты как, птенец?

Вебер кинул на меня быстрый взгляд.

– Значительно лучше, – прохрипела я и потрепала по холке радостного Рекса, из стороны в сторону водящего хвостом по сухой земле. – Спасибо.

Я поёжилась под резким порывом ветра и смутно осознала, что сижу в одной лишь майке. Припоминая происходящее, я быстренько натягивала на себя толстовку и заливалась краской. Заметив это, Вебер усмехнулся и покачал головой.

– Уймись, – бросил он, не глядя на меня и всё ещё улыбаясь. – Чего я там не видел?

Я застыла с курткой в руках.

– Что? – ошеломленно переспросила я. – О чём это ты? А что ты видел?

Наёмник закатил глаза.

– У тебя рана на боку, дурында, – сказал он, поднимаясь и хлопая себя по боку. – Всего лишь на боку.

Я покраснела и, стараясь не думать о ерунде, надела‑таки куртку. Вебер к тому времени уже выбрался из низины. Спустя несколько минут я выбралась вслед за ним.

– Что будем делать? – спросила я, поправляя очки.

– За последние полчаса оставшийся в живых ястровый больше здесь не появлялся. – Вебер ловко перехватил винтовку. – Думаю, что я его ранил. Пойду, доберусь до кирпичного здания и проверю, что там, а ты, птенец, лучше будь здесь и не высовывайся. Рекс, за мной.

Вебер ушёл. Я провожала его беспокойным взглядом, намереваясь спрятаться где‑нибудь и подождать его. Усевшись возле забора рядом с Декстером, я покрепче сжала пистолет в руке и напряженно огляделась. Не помню, сколько прошло времени, однако наёмник всё не появлялся. Я переживала за Вебера. К тому же оставаться сидеть совсем одной посреди неизвестности становилось всё менее приятной перспективой, и я решила, что схожу на разведку. Выбравшись на дорогу, я быстро огляделась: никого, только раскиданные на дороге покрышки, куски автомобилей и останки тел ястровых.

Рёв ястрового и металлический скрежет послышались из здания, куда ушёл Вебер. Это произошло в тот момент, когда я прошла примерно половину улицы. Окликнув Декстера, я на всех парах рванула к коттеджу. Пробежав по первому этажу, забросанному обломками мебели, одеждой и гильзами, я запрыгнула на лестницу и понеслась наверх. Вбежав на третий этаж, я замерла на месте как вкопанная. Вебер был здесь. Слава Богу, живой и даже вроде здоровый.

Что‑то хрустнуло под подошвой моего ботинка. Стекло. Я перевела взгляд на Вебера. Наёмник стоял возле кровати, на которой, к моему огромному удивлению, лежал умирающий старик. Мёртвый ястровый валялся под обломками шкафа у самого края полуразрушенного этажа. Невероятно… Живой человек здесь, в логове ястровых?..

– Они сегодня утром притащили его сюда, – угрюмо сообщил Вебер. – Ему удалось сбежать, спрятаться здесь и протянуть до вечера…

Старик был одет в поношенную рваную одежду: прохудившуюся длинную кофту, старое пальто и штаны, перевязанные верёвкой. Хватая ртом воздух, он махнул Веберу, чтобы тот наклонился к нему.

Наёмник опустился на одно колено, затем склонил голову к старику и прислушался. Я наблюдала эту картину со стороны, не в силах сделать и шага. На нас вдруг опустилась вязкая тишина, даже ветра слышно не было.

Отвлекаясь, я пробежала взглядом по этажу здания: увидела старый матрас с самодельной подушкой и с тонким свёрнутым одеялом, два столика, заставленные посудой, ящики, сложенные у старого шкафа…

У края разрушенной стены, откуда открывался вид на Ямугу, трассу Е105 и бескрайний лес, сидел Рекс, принюхиваясь и словно бы чего‑то ожидая. Я направилась к псу. Дойдя до края, растерянно замерла, глядя на мир вокруг. Моя душа скорбела о несчастном умирающем.

Уже через минуту Вебер поднялся на ноги. Подобрав с изодранного кресла старое одеяло, он накрыл им испустившего дух старика, затем подошёл ко мне и молча встал рядом.

– Думаю, что нам нужно осмотреться и остаться ночевать в одном из домов, – не поворачиваясь ко мне, тихо сказал наёмник.

Я прикрыла глаза, наблюдая, как багряное солнце разливает по Ямуге свет, розовый и мягкий, словно сироп. Порыжел бетон, потеплели бледные камни, заалели окна старых домов.