Пришелец и красавица (СИ) - Смит Харпер - Страница 15

— Эй, Лу, — окликнула я, подходя. — Не хочешь развеяться?

Он поднял на меня глаза, и голосом полным тоски и разочарования от жизни спросил:

— Как?

— Отведешь меня на тот пляж, откуда видно остров. Тот, что Оливии показывал. Хочу посмотреть поближе.

Наверное, спросить, а не приказывать. Но этот пацан выглядел мямлей, таким надо четко говорить, что от них нужно иначе будут мяться бесконечно.

Лумис поморщился.

— Зачем? Там же ничего интересного.

— Мне интересно, — парировала я. — Или ты теперь отказываешься от любой женской компании, кроме своей к’тари, которая, увы, не твоя?

Он вздохнул, тяжело поднялся.

— Ладно. Пошли.

Мы уже выходили за частокол, когда к нам пристроилась тень. Большая, угрюмая и очень знакомая. Арак.

— Куда собрались?

— На прогулку, — не оборачиваясь, бросила я. — Хочешь составить компанию?

Он не ответил, просто пошел следом, сохраняя дистанцию в несколько шагов. В воздухе повисло напряжение. Лумис, чувствуя его, нервно покусывал губу. А мне наоборот вдруг стало весело. Хоть какое-то развлечение в череде однообразных будней.

Дорога заняла около часа, и большую часть этого времени мы шли в тишине, нарушаемой лишь звуками джунглей. Наконец, деревья расступились, открыв живописный пляж с видом на остров-плавник. Место и правда было впечатляющим. Оливия нисколько не преувеличила.

Я скинула обувь и подошла ближе к воде, позволив волнам лизнуть мои ступни. Арак положил руку на плечо Лумиса.

— Удобно устроился, — прорычал он тихо, но так, чтобы я слышала. — Не вышло с одной землянкой, тут же на другую глаз положил? Соврал насчет зова к’тари к Оливии, да? Просто самку захотел, а теперь, раз не получилось, к моей Лиме клеишься?

«Моей Лиме». От этих слов у меня внутри что-то екнуло — от злости и от чего-то еще, более сложного.

— Ничего подобного, она сама… — Лу попытался вырваться из хватки, но Арак держал крепко.

— Оливия тоже сама к тебе пришла?

— А чего ты ее своей называешь, она тебя отшила ведь!

— Хватит! — Я вставала между ними. — Во-первых, я ничья. Во-вторых, мы с Лу просто друзья, как и с тобой. Драк нам еще не хватало! Успокойтесь оба.

Они оба смотрели на меня — Лумис с облегчением и остатками грусти, Арак — с яростью и обидой. Его челюсть работала.

— Друзья, — с презрением выдохнул он. — Понятно.

Чтобы разрядить обстановку (а заодно и поиздеваться над ними чуть-чуть, честное слово, они сами напрашивались), я решилась на отчаянный шаг. Не глядя на них, я стала стаскивать с себя платье.

— Что ты делаешь? — почти хором воскликнули оба.

— Купаться собираюсь, — невозмутимо ответила я, скидывая последнюю деталь одежды и оставаясь в одном лишь коротком нижнем белье. — Жарко. А вы, друзья мои, будете стоять тут и следить, чтобы на меня никто не напал из воды.

Я бросилась в воду, чувствуя на своей спине два пристальных, пылающих взгляда. Вода была прохладной и освежающей. Я поплыла, наслаждаясь свободой и чувством легкой, беззлобной провокации. Мне нравилось, что они там, на берегу, совершенно не знают, как себя вести.

Они не сводили с меня взгляда. Я не решилась испытывать судьбу и заплывать слишком далеко. Океанские крокодилы были довольно злобными и быстрыми тварями. Хотя после того нападения на Торна, они появлялись у поселения лишь дважды. Охотники успешно их отгоняли и возможно твари поняли, что покормиться у нас им не удасться. Однако здесь пляж был безлюдным и ничто не мешало им подплыть ко мне с глубины.

Я вышла из воды, отжимая тяжелые волосы и улыбнулась Араку. Он стоял, скрестив руки на груди, и его лицо было непроницаемой маской, но по напряженным мышцам плеч я видела, какая буря бушует внутри.

Кожа покрылась мурашками от прохлады и… от их внимания. Я не спеша стала натягивать платье на влажное тело.

— Ну что, развлеклись? — спросила я, подходя к ним.

Лумис пробормотал что-то невнятное, уставившись в песок. Арак же сделал шаг ко мне. Его глаза сузились.

— Лима, — сказал он тихо, хрипло. — Сколько еще? Сколько еще ты будешь меня так дразнить? Играть в эти… дружеские прогулки? Показывать себя, зная, что я не могу… что мне нельзя…

В его голосе была такая неприкрытая боль, что моя бравада на мгновение испарилась. Я открыла рот, чтобы ответить ему колкостью, защищаясь, как всегда…

И в этот момент из кустов донесся шорох.

Все трое замерли, как вкопанные. Лумис инстинктивно схватился за нож у пояса. Арак сжал в руке копью и заслонил меня своим телом.

Мое сердце гулко стукнуло раз, другой. Дружба и ревность отошли на второй план. В джунглях, особенно на неисследованном берегу, шорох в кустах редко сулил что-то хорошее.

Арак медленно, как хищник, выдвинулся вперед, пригнувшись. Его хвост был вытянут и неподвижен, все внимание сосредоточено на зарослях.

— Лумис, останься с Лимой, — бросил он через плечо, не отрывая взгляда от кустов.

Лумис кивнул и подошел ко мне, встал так, чтобы прикрыть меня спиной. Я сжала в руке нож.

Арак исчез в зеленой стене лиан и папоротников. Мое сердце сжалось от страха за него. Какая же я дура, что потащила его так далеко от поселения. Подвергла их обоих опасности.

Каждая секунда тянулась невыносимо долго. Я прислушивалась, затаив дыхание, ожидая крика, рыка, звука борьбы…

— Идите сюда! — донесся наконец его голос. Не тревожный, а скорее… озадаченный.

Лумис и я переглянулись и осторожно двинулись вперед, раздвигая ветви. Арак стоял на колене посреди небольшой полянки. Перед ним, на земле, лежал незнакомый мужчина с фиолетовой кожей, покрытой волдырями и ссадинами, будто его долго тащили по камням и веткам.

Одежда — какие-то обрывки темной, грубой ткани — висела на нем лохмотьями. Он был худой до истощения, губы потрескались. Глаза были закрыты, но губы шевелились, издавая бессвязные, хриплые звуки.

— …помогите… женщины…одни… — вырвалось из его пересохшего горла.

Арак он наклонился, аккуратно, но уверенно подхватил незнакомца на плечи, как мешок. Мужчина слабо застонал, но не сопротивлялся — у него просто не было сил.

— Его нужно доставить Ри’аксу. Сейчас.

— Лумис, веди. Быстро, но осторожно. Я за тобой. Лима, между нами. Никаких отставаний.

Я смотрела на спину незнакомца. Эти волдыри смущали больше царапин и широкого пореза на бедре. Они были похожи на последствие болезни. Что если он заразен?

История Торна и Оливии подходит к концу, а у Лимы, Арака и Лумиса все впереди… Не забудьте подписаться, чтобы не пропустить новинку. Троица отправится исследовать соседний остров и свои отношения….

Глава 21. Оливия

Работа с шушшами оказалась неожиданно медитативной. У них была густая, мягкая, слегка вьющаяся шерсть нежно-голубого оттенка, и они, кажется, обожали, когда их чесали грубой гребенкой из кости. Я сидела в тени навеса, устроив одну из самок поудобнее, и осторожно вычесывала из нее клочья старой шерсти. Тоня лежала на расстеленной рядом шкуре что-то весело лопоча.

Рядом на корточках сидела Мона, самая тихая и умелая из нас. На Земле она была дизайнером одежды, и теперь ее руки, привыкшие к тонким тканям и нитям, ловко сортировали клочья вычесанной шерсти.

— Этот подойдет для тонкой пряжи, — сказала она, показывая мне пушистый комок. — А этот можно будет использовать для более грубых вещей, например, для набивки. Главное — наладить процесс промывки и прядения.

— Ты знаешь как смастерить то, на чем можно прясть? — спросила я, осторожно проводя гребнем по шее шушши. Животное блаженно зажмурилось.

— Дарахо обещал помочь сделать простейшую прялку и веретено. По описаниям, — улыбнулась Мона. — У них тут есть аналог льна, из него делают прочные нити. Если смешать с шерстью, можно получить прекрасную пряжу. Представляешь, теплые свитера для детей на сезон дождей? Или мягкие пледы?