Сага об Антилохе. Возвышение «Гнилой шестерки»! - Focsker - Страница 6

Чёртовски большой город, народу на площади даже вечером не протолкнуться. Тут даже с шестым чутьём, если зазеваться, можно получить удар в спину или по горлу. Короче, здесь мне ссыкотно. После леса, где всё, что движется – враг, стало очень некомфортно. Даже зайдя в гильдию – самое защищённое место для авантюриста – внутренне я чувствовал, как сильно одичал в компании Тайгрис и Эрлины.

Первым делом, после входа, эльфийка направилась к доске с заданиями, тигрица – со мной и лутом к стойке регистратора. Встречавший мужик был высок, плечист, в белой рубахе и чёрной желетке со старыми, не отстиравшимися, пятнами крови, а также с героическим лицом и, к удивлению, выбритым. Никакой бороды на загорелой роже, виски тоже подстрижены по-современному, сверху – чёрные волосы ёжиком. Блин, если я когда-нибудь стану пятидесятилетним воином, очень хочу выглядеть так же брутально и круто, как он. Тайгрис бросила трофеи на стол, и в её взгляде чувствовалось не восхищение мужчиной, а… отвращение к нему.

– Занимайтесь, капитан, а я пока закажу еды и выпивки, – тронув меня хвостом по плечу, ушла в другую сторону зала тигрица.

Интересно у них тут всё. Работа и квесты выдаются слева, справа стенд с листовками заданий, барная стойка с выходом на кухню, скрытую где-то глубоко в недрах этого огромного трёхэтажного здания. Вокруг всё в меру чисто – пол не загажен грязью, деревянных столов и скамеек хватает, так же, как и светильников, раскиданных вдоль стен и подвешенных к высокому потолку.

– Впервые у нас? – спрашивает администратор, развязывая один из плащей.

– Ага, – буркнул я с лёгкой неловкостью. – Меня зовут Антилох, начинающий авантюрист, вот табличка. – Вытаскиваю из-под куртки деревянную пластину.

– Да-да… – Мужик поднёс клинок к лампе, наклонил его по горизонтали и посмотрел на углубление, идущее от рукоятки до острия. Дядька цокнул языком. – Хорошая сталь и улов хороший. Даже слишком для начинающего авантюриста Антилоха. – Мужик медленно, оценивая оружие, сколы на нём, рваную одежду и броню, записывал всё карявым почерком на бумаге, перекладывая имущество из одной стопки, в другую. Бубня себе под нос, администратор, становится всё мрачнее и мрачнее. Он чем-то озадачен.

– О, точно, чуть не забыл! – вытащил ордер.

– А-а-а-а… – прочитав, наконец-то с облегчением выдохнул мужик. – Так с этого и надо было начинать. Вот же, Антилох, не знаю, какому лорду ты служишь, но такие бумаги должны предъявляться перед сдачей трофеев. – Тряс листком у моего лица дядька. – Это документ, доказательство, что вы не мародёры или убийцы, ограбившие путников или авантюристов, а порядочные. Тут и о тебе, и о твоих спутницах детально, с магической печатью. – Щурясь и вглядываясь, дядька прячет бумагу, протягивает мне правую руку с всего тремя пальцами и говорит:

– Я Снорк Уф, главный администратор гильдии авантюристов и приключенцев герцогства Мотор. Рад нашему знакомству, Антилох.

Чёрт, тут же вспомнил ту бабу из трактира, у которой на двух руках всего было четыре пальца. Мда, для этого мира десять пальцев на руках – и в правду роскошь. Жму мужику руку.

– Даже не хочу знать, какие у тебя терки с гильдией убийц, но тут, в городе Манамтар, их деятельность под запретом. Внутри таверны чувствуйте себя как дома – пока есть деньги. За пределами, в самом городе, советую вести себя осторожно и сдержанно. Бордели и игорные дома восточных улиц обходите стороной. Хочешь отдохнуть – отдыхай тут или, на худой конец, можешь посетить театр у западной лечебницы. Там дают хорошие кукольные представления.

– Спасибо, администратор Снорк, постараюсь запомнить, – ответил я. Мужик принялся объяснять, что по чём, к чему и как будет выдаваться награда. Во время нашего разговора подошла Эрлина, сунула сорванный с доски квест на Гризли, потом напомнила мне о жетонах погибших. Чёрт, я и вправду забыл о них. Отдал ГМ, извинился за рассеянность и был одарён славами благодарности. Мало кому в этом мире есть дело до незнакомых людей. Тут нет камер, нет нормальной полиции, связи и зачастую погибшие авантюристы остаются пропавшими без вести, внушая их родным и гильдии несбыточные надежды на новую встречу. С жетоном я отдал и украшения, думал, их отдадут родным, но администратор сложил серьгу в кучу с общим лутом, сетуя, что родные не заявляли о семейных ценностях и реликвиях, значит, это тоже наш законный трофей. Жестко, но как есть.

Тем временем последний из четырёх связанных плащей и сумка были вывернуты на стол, голова и внутренности Гризли оценены. Оставалось дождаться только общего счёта за проделанную работу, как за спиной я начал слышать звучный, громкий голос Тайгрис:

– И тогда, не жалея себя и своей жизни, наш храбрый капитан, бравый Антилох, воскликнул: «Я заебашу его сам!»

Вот бля… С чего бы вдруг Тайгрис стала вести себя как Эрлина? А, да… С того, что после дел с Мишкой, после того, как она восхитилась моей храбростью в переговорах с маг-зверем, эльфийка назвала её простушкой и дурой. Мол, она совсем не умеет скрывать эмоции, ведёт себя как ребёнок и может обрушить репутацию всего отряда (какую репутацию, хуй знает, и когда мы успели её заполучить – история тоже умалчивает). Эльфийка нашла свободные уши, гордо учила тигрицу тому, чего сама не могла. По логике Эрлины, чтобы овладеть навыком «Сдерживания чувств», нужно научиться хорошо врать и делать это с «чувством, толком, расстановкой». Короче, эльфийка натолкнула доверчивую простушку на какую-то подлость, а теперь, когда Тайгрис распиналась, сама сидела в уголке, попивала пивасик с курочкой и ехидно скалится.

Пышногривая тигрица с её выдающимися физическими данными и охуительным телом распиналась перед тройкой мужиков и девкой в балахоне, наверное ведьмой. Момента, как они сошлись, я не застал, а вот то, как баба и пара мужиков, раззинув рот, слушали – отчетливо видел.

– Молодой, тонкий как тростинка, он без страха кинулся на Бешеного Гризли, получившего имя Людоед, – Тайгрис указывает рукой в сторону сидевшей отдельно от всех Эрлины. – Эльфийские стрелы не могли найти брешь в толстой шкуре, они отскакивали, как горох от скалы, а мой топор становился всё тупее и тупее, едва успевая отражать атаки могучих лап и игл, которыми тварь защищала свою спину. Казалось, надежды нет, мы все погибли! Но Антилох воскликнул: «Держитесь!» и храбро кинулся под Гризли. Зверь ударом лапы снес дерево, с которого стреляла Ванадис, сбил меня с ног, я думала, капитан Антилох погиб! Людоед разорвёт его, как и других!

Женщина, слушавшая Тайгрис, от волнения зубами застучала по нестроганым ноготкам, а один из мужиков, вытаращив глаза, обеими руками схватился за волосы.

– Но нет, мышью серой и невзрачной, он крутанулся меж смертельно опасных лап и когтей, достал того, о ком мы даже не подозревали. В руках его оказался медвежонок Мануну.

Официантка, минутой ранее замершая у стола, уронила поднос, руками прикрыв рот.

– Что с Мануну?! – звук ударившейся о землю посуды привлек ещё больше внимания к распалившейся от чужих взглядов Тайгрис. Та, глядя на эльфийку, будто говоря: «Смотри, у меня получается?», выдерживает театральную паузу.

– Наш капитан – храбрый идиот, спас его, – скривив лицо с отвращением говорит Эрлина, перетягивая внимание на себя.

– Как ты можешь так говорить о своём капитане?! – вскрикнул мальчишка из-за соседнего стола. Видимо, их компания тоже слушала, но постеснялась подойти.

– Он ведь рисковал собой ради Мануну! – поддержал его кто-то рядом.

– Все любят Мануну! – крикнула девушка из их компании.

– Верно, – поставив кружку на стол и отыгрывая роль антагонистки, выдала с отвращением эльфийка, – все любят Мануну, а для меня дорог именно мой капитан. – Заключила она, и до всех собравшихся дошло. Люди смолкли. – Хоть кто-нибудь из вас продал бы своего капитана в обмен на спасение маг-зверя? Вы бы рискнули своей жизнью, как это сделал он?!

Люди молчали, а Эрлина, приподнявшаяся из-за стола в своей грубой, зловещей тираде, села обратно.