Игрок, забравшийся на вершину. Гепталогия (СИ) - Михалек Дмитрий Владимирович - Страница 211

Уилл много чего знал о своей силе воли. На что он способен, когда ставит себе цель. Не раз сталкивающийся с преградами, юноша как мог, преодолевал их. Где успешно, а где нет, но он никогда не боялся бросать вызов своим пределам и возможностям.

Иногда препятствия кажутся непреодолимой стеной. Такой высокой, неприступной и самое главное… падение с неё, может стать очень и очень болезненным. Рискнуть покорить её и до последнего взбираться на самый верх, значит иметь колоссальную силу воли. Но…

Что делать, если эта энергия кончается?…

Парень не раз сталкивался с подобными преградами, но сжав зубы, постоянно пер вперед, словно бойцовский пес, вцепившийся в своего врага и не отпускающий даже после смерти. Вот только здесь физическое воплощение смерти от истощения неожиданно стало дышать ему прямо в затылок и это было страшнее чем умереть от удара меча или выпитой крови. Такая смерть очень мучительна и очень медленная.

Сухие потрескавшиеся губы, горло, что уже не могло говорить и лопнувшая кожа на лице. Одетый в свое снаряжение, и не способный использовать свое кольцо‑инвентарь, он постоянно шел прямо и искал выход из безвыходной ситуации. Кругом на несколько километров – ни души; пустынные барханы, словно насыпи братских могил виднелись по сторонам, и даже легкого порыва ветра можно было ждать часами.

Что делать, если эта энергия кончается?…

…

ВОРон бродил около пяти дней, пока не упал на песок, оставшись без сил. Он был готов до беспамятства ходить здесь, терпеть жестокие муки, если бы только видел цель, ради которой это испытание стоило пройти. Испорченный склеп трех поступков был до безобразия прост, в своей изобретательности. Вместо суровых битв, сложнейших загадок и прочих хитроумных подходов, он просто помещал игрока в ситуацию, где тот со временем сдавался, лишаясь воли к борьбе.

Сухое тело в, как ни странно, неповрежденном снаряжение, лежало под лучами вымышленного, но не ставшего от этого слабее, солнца, и не могло пошевелить даже пальцем.

Сопротивляться? Чему?

Идти дальше? Но куда?

Бороться? Но за что?…

Единственное, что мог позволить себе юноша, это лежать до конца, мучаясь от боли в животе и подыхая от раскаленного воздуха обжигающего своим прикосновением. Даже ночью, здесь не прекращалась адская жара. Если ответ и есть, то Уилл просто не знал, как его найти. Сила воли угасала, но помимо неё в каждом человеке живет еще одна призрачная сила, надежда. Его ум, сноровка и хитрость стали бесполезным грузом в данной ситуации, поэтому он просто открыл объятия для этой маленькой надежды, предполагая, что ответ придет сам.

И в тот момент, когда в разуме Уилла огонь силы воли погас, склеп сделал свой следующий ход…

– Папа! Смотри! я нашел кого‑то. Кажется, он уже мертв.

– Отойди от него, Саркен. Это может быть западней.

– Но папа?

– Отойди. Такие люди опаснее всего, сколько раз тебе об этом говорить?

– Но если он еще жив, то мы можем ему помочь.

– Прости, но нашей еды и воды хватит лишь на двоих. Мы не можем спасать каждого, иначе сами умрем. За четыре дня мы должны успеть добраться до Хол‑Ванира, иначе Пепельная буря, не оставит нас в живых. Дай руку, мы уходим.

– Но…

Люди, чьи голоса начали отдаляться, так и не заметили, как при словах еда и вода, глаза разбойника вспыхнули алым блеском. Последние силы, что прятались в каких‑то потаенных местах его тела, подняли его и ВОРон молниеносно схватил взрослого мужчину за горло. Его тело источало смертельную угрозу, когда с его губ сорвался сухой шепот.

– О..т..д..а..й..в..о..д..у..

– Кхр… Я не могу! Если ты заберешь её, то я и мой сын, мы умрем!

– О..т..д..а..й…

– Ты убьешь нас, ты это понимаешь!?

– Дядя, отпусти па… – Резкий тычок в сторону ребенка и тело того, кулем упало на песок.

– Нет! Саркен! Что ты сделал с ним, чудовище!?

– В..о..д..у… ж..и..в..о.. – Его рука схватила висящий на спине путника бурдюк, и пальцы левой руки начали откручивать крышку.

Как только он собрался испить этой манящей влаги, перед ним тут же появилось системное сообщение.

Вы должны выбрать, как поступить?  

1) Забрать всю воду и еду, оставив NPC умирать;  

2) Отпустить NPC, но умереть самому.  

Примечание: Пока вы не сделаете выбор, вы никак не сможете повлиять на окружающий вас мир.  

Не читая толком сообщение, ВОРон пытался до конца открыть емкость с водой, но крышка бурдюка, будто намертво приросла, не позволял ему насытиться влагой.

«Что за дерьмо! Открывайся! Открывайся, твою мать!»

Смертельная жажда пытала его сознание, не отпуская из своих костлявых объятий. Все что он видел перед собой, это лишь недоступную воду и от бессилия ему хотелось кричать, но из горла вместо слов, вылетали лишь песчинки. Только несколько минут спустя обезумев от того, что ничего не выходит, юноша смог сконцентрироваться на сообщение, и как только Уилл понял, что от него требуют, его рука до сих пор держащая мужчину, будто наливаясь силой начала медленно того душить.

Он делал это по большей части на рефлексах, но не отрицал, что и вправду хотел убить мужчину. После прочтения системного сообщения, вывод можно было сделать только один. Умирать ему никак было нельзя, иначе это провал испытания и разбойник упустит даже мизерный шанс на то, чтобы попытаться пройти все склепы. Что в свою очередь означает одно, он лишится высокой ступени и возможно мощной опоры при попытке забраться на вершину этого мира.

Глаза случайной жертвы, медленно затухали, и её попытки бороться выглядели слишком слабыми. ВОРона, наблюдавшего за утекающей жизнью незнакомца, которую он отнимал, лишь ради того, чтобы стать сильнее, внезапно бросило в дрожь. Потому что глубоко внутри, Уилл неожиданно для себя осознал, что сейчас основной причиной являлась возможность не получение силы, а шанс утолить эту высасывающую его оболочку, жажду. Его правая рука тут же дернулась назад, и он неверяще посмотрел на неё.

Юноша и вправду хотел это сделать. Игра почти сломала его внутренний мир принципов, ради которых он и пошел бороться с террористами. Желание защитить свою маленькую сестру, стало точкой опоры для его службы во имя жизни. Именно поэтому даже в игре он пытался договориться с местными, если была такая возможность. Прекрасно понимая, что они всего лишь программа, тем не менее ВОРон часто ловил себя на мысли, что относится к ним как к живым. Как бы то ни было, убивать врага или убивать путников за глоток воды, совершенно разные вещи.

Сжав руку, юноша глянул на пытающегося прийти в себя мужчину, а потом, бросив взгляд на ребенка, он еще раз вспомнил о смысле слова поступок. Поступок – это сознательное завершенное действие. Один из вариантов предложенных системой мог стать именно его поступком, если бы он сознательно сделал выбор в пользу одного из двух. Теперь ВОРон понял, что ему нужно сделать. Испорченный склеп, довел его разум и волю до исступления, гоняя по пескам, а после создал ложные ограничения.

Уилл схватил ребенка и, взглянув на отца, раскрывшего от страха глаза, понял, как ему следует поступить.

– Веди меня в город, и с ним все будет в порядке. – Сиплый и слабый голос, стал для мужчины сигналом и не желая провоцировать того, у кого в заложниках был его ребенок, он лишь кивнул и направился по знакомому ему маршруту.

…

Полтора дня он плелся за своим гидом по пустыне, он уже давно не держал мальчика, и тот шел рядом, будто забыв о том, что произошло. Мужчина, которого звали Синход, видя, что угрожавший ему странник, совсем не опасен, не стал пытаться прогнать его, а лишь молча, удивлялся тому, как этот парень мог двигаться в таком‑то состоянии. Дело же было в том, что около десяти часов назад по местному времени, так по крайней мере думал сам ВОРон, он получил сообщение.