Измена. Нам не по пути (СИ) - Караева Алсу - Страница 19

– А ты не боишься? – спрашиваю я тихо. – Такая ответственность... ребенок, который не твой биологически...

– Полина, – Валера наклоняется ближе, говорит очень серьезно, – когда я держал Варю первый раз на руках, что-то перевернулось внутри. Как будто я всю жизнь ждал именно ее. Именно вас. Для меня она уже родная дочь.

Слезы подступают к глазам. Не от грусти, а от переполняющего сердце тепла.

– Значит, мы действительно будем семьей?

– Если ты готова. Когда ты будешь готова.

Варенька в этот момент открывает глазки, смотрит прямо на Валеру. И улыбается. Первая в жизни улыбка – может, просто газики, но мне хочется верить, что она узнает того, кто станет ее папой.

– Смотри, она тебя узнает, – шепчу я.

– Конечно, узнает, – Валера осторожно берет дочку на руки. – Мы же друзья уже. Правда, малышка?

Варя спокойно лежит у него на руках, не плачет, не беспокоится. Валера качает ее, что-то тихо напевает. Картина такая естественная, правильная, что я понимаю – сомневаться больше не в чем.

– Ну что, поехали домой? – спрашивает он. – Машина внизу ждет. Детское кресло установил, все как положено.

Детское кресло. Он заранее купил детское кресло. Подумал о безопасности Вари, как настоящий отец.

Собираю последние вещи, надеваю выписное платье. Валера помогает одеть Варю в теплый комбинезончик – делает это так ловко, словно всю жизнь переодевал младенцев.

– Не холодно будет? – волнуюсь я. – На улице ветрено.

– Машина прогретая, дом теплый. Все будет хорошо.

Медсестра приносит последние документы, поздравляет с выпиской. Валера берет мою сумку, свою куртку накидывает на плечи.

– Готова? – спрашивает он.

Киваю. Готова к новой жизни. К семье, которая получилась не так, как планировала, но именно такой, какая нужна.

Выходим из палаты. По коридору идти странно – после трех дней лежания ноги ватные. Валера поддерживает меня под локоть, в другой руке несет Варю.

– Не торопись, – говорит он заботливо. – Привыкай постепенно.

В лифте встречаем других молодых родителей – мужа с женой и новорожденным. Они счастливо переглядываются, муж что-то шепчет жене на ухо. Обычная семья. А мы... а мы тоже семья. Просто с особой историей.

– Нервничаешь? – спрашивает Валера, заметив, как я сжимаю его руку.

– Немного. Первый раз домой с ребенком...

– Все будет хорошо. Мы справимся. Вместе.

Двери лифта открываются. Выходим в холл роддома. Здесь толпа – родственники ждут выписки, кто-то фотографируется, дети разглядывают новорожденных через стекло.

Валера ведет нас к выходу, прокладывая дорогу через толпу. У меня появляется странное ощущение – как будто мы уплываем от берега в открытое море. Оставляем позади безопасность больницы, докторов, медсестер. Теперь я полностью отвечаю за маленького человека в розовом конверте.

– Не бойся, – тихо говорит Валера, словно читает мои мысли. – У тебя все получится. А я рядом.

Подходим к выходу. За стеклянными дверями видна машина – белая, чистая, с детским креслом на заднем сиденье. Наш дом на колесах, который отвезет нас в новую жизнь.

Валера открывает дверь, и теплый майский воздух обволакивает лицо. Пахнет весной, молодой листвой, надеждой.

– Ну что, Варенька, – говорю я дочке, – поехали знакомиться с нашим домом?

Делаю первый шаг на улицу. Валера рядом, крепко держит мою руку. Варя спокойно спит у него на руках.

Мы идем к машине – трое. Небольшая, но настоящая семья. И впервые за многие месяцы я не боюсь будущего. Потому что иду к нему не одна.

Глава 19

Выходим из роддома на солнечный майский день. Варя спокойно спит у Валеры на руках, я иду рядом, придерживаясь за его локоть. После трех дней в больнице даже короткая прогулка кажется серьезным испытанием.

– Машина вон там, – показывает Валера, припаркованную у тротуара. – Осторожно, ступенька.

Помогает мне спуститься с крыльца роддома. Я смотрю на дочку – такая крошечная в розовом конверте, такая беззащитная. Трудно поверить, что этот маленький человечек теперь моя полная ответственность.

– Полина?

Оборачиваюсь на знакомый голос и замираю. У входа в роддом стоит Галина Степановна – мать Максима. Высокая, строгая женщина в дорогом пальто и с неизменной укладкой. Смотрит на нас с каким-то странным выражением лица.

– Галина Степановна, – говорю я сдержанно. – Добрый день.

– И тебе добрый, – отвечает она, подходя ближе. Взгляд скользит по мне, по Валере, останавливается на ребенке. – Родила, значит.

В ее тоне что-то неприятное, колкое. Валера чуть напрягается рядом со мной, крепче прижимает Варю к груди.

– Да, – отвечаю я коротко.

– Быстро ты, однако, – продолжает свекровь с ехидной улыбкой. – Развелась в феврале, а в мае уже ребенок. Математику в школе учила?

Кровь приливает к лицу. Она намекает на то, что я изменяла Максиму. Что Варя – ребенок от другого мужчины.

– Галина Степановна...

– А этот кто? – она кивает на Валеру. – Новый муж? Или просто сожитель?

Валера делает шаг вперед, загораживая меня:

– Мы не знакомы, – говорит он ровным голосом. – Валера.

– А, понятно. Утешитель, значит. – Галина Степановна смотрит на него с презрением. – Быстро же ты, Полиночка, нового мужика нашла. Развод еще не просох, а уже с младенцем из роддома выходишь.

– Хватит, – не выдерживаю я. – Вы не имеете права...

– Не имею? – она смеется неприятно. – А ты имела право мой дом разрушить? Сына от семьи отбить своими капризами?

– Я разрушила дом? – не верю своим ушам. – Галина Степановна, это ваш сын изменял. Это он завел любовницу.

– Довела ты его до этого! – вспыхивает она. – Холодная, расчетливая. Только о работе и думала, мужа не замечала. А теперь еще и с первым встречным спуталась!

Валера кладет руку мне на плечо, успокаивающе сжимает:

– Полина, не стоит. Идем.

Но я не могу остановиться:

– А вы знаете, что ваш драгоценный сын собирался развестись, не предупредив меня? Что планировал новую семью, пока я работала на нашу старую?

– Знаю! – Галина Степановна торжествует. – И правильно делал! Наконец-то нашел настоящую женщину, которая его ценит. Ярослава – золото, а не как ты. Молодая, красивая, любящая.

Слова бьют как пощечины. Свекровь всегда меня недолюбливала, считала недостойной своего сына. А теперь, когда у нее есть повод, вываливает все, что накопилось за четыре года.

– Они уже поженились, между прочим, – продолжает она ядовито. – В прошлом месяце. Тихо, скромно, только самые близкие. Максимка счастлив как никогда. Говорит, наконец понял, что такое настоящая любовь.

Сердце сжимается. Максим женился на Ярославе. Значит, он действительно любит ее, раз решился на официальный брак так быстро.

– А ты, – Галина Степановна смотрит на меня с отвращением, – даже развестись толком не успела, а уже нового подцепила. И ребенка родила.

– Довольно, – рычит Валера. – Еще одно слово – и я забуду, что разговариваю с пожилой женщиной.

– Ой, как страшно! – издевается свекровь. – Защитник нашелся. А ты знаешь, милый, на кого подписался? На холодную стерву, которая мужа работой замучила, а потом еще и изменила ему!

– Я не изменяла! – кричу я. – Никогда! Ваш сын сам ушел к другой!

– Конечно, не изменяла, – она показывает на Варю. – А это что? Непорочное зачатие?

Понимаю, что объяснять бесполезно. Галина Степановна не хочет слушать правду. Ей нужно обвинить меня во всех смертных грехах, чтобы оправдать поведение сына.

– Валера, поехали, – говорю я устало. – Незачем здесь стоять.

Он кивает, ведет меня к машине. Галина Степановна идет следом, не может остановиться:

– Вот увидишь, как он от тебя сбежит! Как поймет, что связался с разведенкой! Мужики таких не любят, детишек растить не хотят!

Валера резко оборачивается:

– Послушайте, женщина. Не знаю, что у вас с невесткой не сложилось, но ребенок здесь ни при чем.