Не так уж ненавидишь (СИ) - Матвеева Инна - Страница 3

Только и киваю. Спорить с ним смысла нет. Да и сил тоже…

Всё равно ведь это ни на что не повлияет. Судя по всему, Илья Алексеевич тоже в курсе, что мы не ладим с Котовым, но сразу обозначил, что это ни на что не влияет.

— Мы ведь не в одном кабинете с ним будем? — не сдерживаюсь от вопроса.

Уже даже наплевать, что куратор обо мне подумает.

— Не знаю, — усмехается. — Это решать вашему непосредственному на эти две недели начальнику.

Киваю и благодарю, принимая все нужные бумаги. Ладно… Впереди выходные. Успею переварить.

По крайней мере, постараюсь.

В компанию я прихожу с самого утра. За выходные у меня и вправду получилось отвлечься: сходила со знакомым парнем на свидание, побаловала себя и новыми покупками. Насладилась ночным летним воздухом во дворе…

В общем, почти забыла о существовании Котова. Сейчас, конечно, вспоминаю — но ура, его на месте нет. Я, конечно, не успокаиваю себя тем, что и не припрётся — при всей своей наглости мудак всё-таки учится неплохо и на пары ходит. Не будет себе практику портить.

Но хотя бы несколько минут свободы от него у меня есть. Обсуждаю свои обязанности и знакомлюсь с нашим начальником — Константином Кирилловичем. Средних лет мужчина, недавно в бизнесе, горит делом. В целом довольно приятный в общении — вот и кабинет мне отдельный выделить согласился. Правда, возможности работать исключительно онлайн мне не дал, хотя я и пыталась об этом договориться.

Ну что ж… Зато сразу определил, какие у меня задачи. И если я выполню их раньше двух недель, то и отпустит меня раньше.

А эта идея всё-таки воодушевляет, поэтому я сразу начинаю сосредоточенно корпеть над рекламным макетом. Преимущества и условия компании изучаю при этом скорее попутно.

— Неплохая идея, — слышу знакомый негромкий голос прямо над собой.

Вздрагиваю всем телом, не понимая, почему не чувствовала появление Котова раньше. Сейчас ведь буквально каждой клеточкой ощущаю, насколько он близко… Дыхание разом сбивается.

— Только я бы переиграл немного иначе, — как ни в чём не бывало добавляет этот мудак.

Словно ничего такого не происходит. И не происходило год назад. Котов обращается ко мне так, будто для нас вполне естественно разговаривать!

— Так забирай её себе и переигрывай, как вздумается, — тут же огрызаюсь, не оглядываясь. — Всё равно я теперь не буду работать именно над ней. Больше не тянет.

Да, именно потому, что Котов её увидел и даже вроде как одобрил. И не думаю это скрывать — а он явно улавливает, выпрямляясь и ухмыляясь.

Ну а я не шевелюсь, ожидая, когда наконец свалит. А то такое ощущение, что до сих пор чуть ли не впритирку ко мне. Ощущение его близости всё ещё заполняет мне всё нутро, отравляет буквально.

— Знаешь, что я сейчас собираюсь предложить нашему главному? — неожиданно интересуется Котов, всё ещё издевательски стоящий у меня на спине.

Сглатываю. Насмешливый какой-то вопрос… Аж вспоминается, как этот мудак спрашивал у меня на пикнике, можно ли поцеловать Арину.

Лучше бы спросил, не против ли я, прежде чем ко мне соваться! Вспыхиваю, вспомнив, как смотрел тогда, как целовал…

Как назло, после него мне в тот вечер так никто и не попался. И сама не решилась ни к кому полезть — мне просто тошно вдруг стало от одной идеи поцелуев как таковых.

Всё этот Котов…

На его вопрос я, конечно, упорно не отвечаю. Вместо этого демонстративно закрываю окно с намётками по проекту, не сохраняя их. Открываю информацию по компании, вдумчиво изучаю.

Ну как вдумчиво… На деле у меня мало что в голову из прочитанного идёт, потому что она предательски сосредоточена на Котове, всё ещё стоящем у меня за спиной, пусть и не так близко, как имел наглость наклониться недавно.

— Так вот, — видимо, до него доходит, что ответа от меня ждать не стоит. Жаль, правда, что на этом мудак не уходит. — Я собираюсь предложить боссу начать вести соцсети. Сейчас основная реклама там. Думаю, он согласится.

Морщусь, не понимая, зачем Котов излагает свои «гениальные» идеи мне. Да, это и без него очевидно для компании вот прям наверняка — сами начнут, когда посчитают нужным. Наша роль не в этом. Ведение соцсетей — слишком масштабная работа. И хотя да, сейчас с помощью коротких роликов можно раскрутиться без вкладывания в рекламу денег; я не думаю, что мебельная компания имеет на это перспективы.

— А ещё думаю, — вкрадчиво продолжает Котов, — что эту идею в одиночку не реализовать. Тут нужен мозговой штурм, ну и да, пилить креативный контент каждый день одному тоже тяжело. Организовать съёмку, придумать идею… Придётся вместе. Предложу это начальнику. Мы с тобой как раз молодые, шарим в соцсетях, он стопудово загорится.

Застываю, но всего на секунды. Каждое его слово обухом по голове, и на этот раз молчать просто невозможно!

Всё внутри так бушует, что аж с места поднимаюсь, развернувшись к Котову и смеряя его как можно более уничтожающим взглядом.

— Только попробуй! Это отвратительная идея, — надеюсь, мой голос звучит максимально холодным предостережением. — Мы с тобой не сработаемся. Никогда. Хочешь запороть практику? — вот чёрт, холодное предостережение если и было, то только в начале. С каждым новым словом у меня скорее бессильная ярость выплёскивается.

Потому что этот мудак только посмеивается, явно наслаждаясь моей беспомощностью. Ведь мы оба знаем, что его идею, скорее всего, одобрят. Хоть я и буду напирать на то, что «товарка» продвигается лучше другими способами.

— В тебе столько огня, — насмешливо бросает Котов. — Сработаемся точно. Направлю его в нужное русло.

У меня дыхание разом сбивается: мне кажется, или этот мудак снова намеренно неоднозначно со мной себя ведёт? Эта фразочка про огонь ведь взглядом мне на губы сопровождалась. Мимолётным, но обжигающим.

— Ты сейчас же выйдешь за дверь, — медленно и чётко проговариваю, хотя внутри чуть ли не колотит. — И больше даже думать не посмеешь о том, чтобы ко мне обратиться. Дурацкие игры со мной не прокатят. Ты мне не просто ненавистен, ты мне омерзителен. И если до тебя не доходит по-хорошему, придётся попросить друзей донести до тебя это иначе.

Да, это угроза. Я и собиралась придать словам именно такое значение, но теперь, когда они сказаны, немного не по себе. В глазах Котова затаённый пожар какой-то бушующий, мгновенно напоминающий мне, что мы тут наедине.

Впервые больше чем за год мы остаёмся один на один. Да, офис полон людей — но ведь не мой кабинет. Дверь тут закрыта… Хм, кстати, внезапное открытие — я-то оставляла открытой.

Демонстрировать Котову вражду, когда мы наедине, как-то даже… Опасно? Тем более, с его непредсказуемыми выходками. Он и сейчас довольно долго молчит, при этом сверля меня взглядом.

— Видел я твоих друзей, — неожиданно припоминает. — Правда думаешь, что потянут?

У меня аж сердце пропускает удар от этого первого за долгое время прямого упоминания о том, что было год назад. Ведь именно тогда Котов видел моих друзей… Почти всех причём.

— Если твои друзья-уголовники не влезут, то вообще без проблем, — вопреки здравому смыслу не только язвлю в ответ, но и припоминаю, что в результате судебных разборок дружок Котова таки отправился в тюрьму. — А если влезут, то сядут, как ты уже мог убедиться.

Глаза мудака угрожающе темнеют. Он вдруг резко шагает ко мне, на что машинально отступаю. Ощущение, что влипла, разгоняется по крови, но я упорно держусь.

Даже пятясь к столу, умудряюсь не отводить взгляда от Котова. Внутренне дрожу, а смотрю с вызовом. Кажется, инстинкт самосохранения машет мне ручкой, ведь я отчётливо ощущаю, насколько опасно сейчас насмехаться над мудаком.

— С твоими дружками я справлюсь сам одной левой, — ядовито чеканит Котов, напирая так, что я уже упираюсь попой в стол. Непроизвольно сажусь на него… А мудак тут же ставит ладони по обе стороны от меня. — С тобой, впрочем, тоже… Но иначе, — снижает голос, снова мазнув взглядом мне на губы.