Удивительные истории о школе - Цыпкин Александр Геннадиевич - Страница 2

Но в тот вечер Ваня так и не купил себе новую мышку. Они долго гуляли с Ликой по городу. Магазин Castle Rock. Дворы-колодцы. Узкие переулки. Вечно гудящий Невский проспект. Закат.

На мосту Александра Невского Лика снова вскочила на скейт, но уже не гнала, а ухватилась за плечо Вани и просто ехала рядом. Порыв холодного ветра с Невы сбросил с нее капюшон, взметнул тонкие косички, хлестнул по лицу.

– Хочешь, шапку дам? – спросил Ваня.

– Тебе нужнее, лысый череп, – хихикнула Лика. – Кстати, у меня еще одно дело есть. Сейчас, погоди.

Недалеко от метро «Новочеркасская» она нырнула в подвал с надписью «Скупка-Ремонт». Ваня огляделся вокруг. Широкий проспект, фонари, высокие дома.

Мимо прошла компания скинхедов в коротких черных куртках и мощных ботинках. Придирчиво осмотрели Ваню, но ничего не сказали. Возле автобусной остановки один из скинхедов увидел валяющуюся на земле стеклянную бутылку. Занес ногу. И одним ударом расколошматил ее на множество осколков. Тягуче сплюнул. Вразвалочку двинулся дальше.

Лика появилась из подвала с каким-то новым телефоном в руках. Точнее, со старым – с обшарпанным корпусом и расколотым экраном.

– Зачем он тебе?

– Да так, – Лика снова неопределенно покрутила рукой. – Короче, я тут живу через пару кварталов. Так что спасибо, что проводил, Дрозд. Ты прикольный, хоть и козел.

– Ты тоже прикольная. Хоть и сопля.

Не зная, что еще сказать, Ваня пожал плечами. Развернулся. Направился было к метро, но вдруг заметил подходивший к остановке автобус. Как раз до Васильевского острова доедет.

Заскочил внутрь, в уютное тепло прогретого салона. Плюхнулся на обитое дерматином сиденье, с наслаждением вытянув гудящие ноги. Сквозь грязное стекло бросил взгляд на узкую улочку, куда направилась Лика.

Нет, слишком темно. Ничего не видно. Хотя… Вроде бы что-то мелькнуло. Несколько фигур, одетых в короткие черные куртки. Или просто показалось?

Автобус разогнался, готовясь въехать на мост Александра Невского. Ваня вскочил. Подбежал к кабине водителя. Заколотил по прозрачному плексигласу.

– Стойте! Выпустите, пожалуйста!

Водитель хмуро зыркнул. Выругался витиевато. Притормозил возле остановки перед самым мостом, открыл переднюю дверь.

Асфальт. Тротуар. Шум проспекта. Сбившееся дыхание. Добежать до поворота. Вот узкая улочка.

– Че на башке накрутила? Под негритянку косишь? – послышался в темноте хриплый голос.

– Пусти, скотина!

Три скинхеда обступили Лику, выставившую перед собой скейт. Зажали в небольшом углублении между домами. Тот, который разбил бутылку, сплюнул.

– Ну что, братья. Надо перевоспитать сучку.

И резко ударил головой, целясь лбом в переносицу Лики. Непонятно как, но та увернулась, присела, и скинхед впечатался в кирпичную стену.

В этот момент сзади налетел Ваня. У одного из нападающих он увидел торчащий над курткой капюшон толстовки и не придумал ничего лучше, чем вцепиться в него и дернуть изо всех сил.

Скинхед от неожиданности потерял равновесие, захрипел, повалился на спину, придавив Ваню. Рывком попытался вывернуться. Наугад двинул локтем. И еще раз. В голове у Вани словно петарда взорвалась. Шапка отлетела в сторону. Рот быстро начал наполняться соленым. На глаза навернулись слезы.

Ваня забился, придавленный тяжелым телом. Мощный ботинок врезался в асфальт совсем рядом с его головой.

– Погоди, Сява!

– Че?

– Он из наших, что ли? Вон, башка бритая.

– Да пох! Гасим!

Ваня зажмурился. И неожиданно услышал целую серию быстрых хлестких ударов. Рядом рухнуло тело в черной куртке. Второй попытался отскочить, но споткнулся об ограждение газона. Подлетела Лика. Размахнулась, со всей силы вломила ребром скейта по загривку скинхеду, удерживающему Ваню.

Хватка ослабла. Ваня отполз в сторону. Вскочил на ноги. Сплюнул кровь. Сердце лупило по ребрам.

– Бежим! – Лика дернула его в сторону. – Не тупи!

И опять он бежал, не помня себя. Дыхания не хватало. Ноги подгибались.

Перекресток. Еще один. Узкий переулок. Пятиэтажный дом. Массивная железная дверь. Пиликанье электронного замка. Широкая лестница. Тихая, дорого обставленная квартира.

– Крепко прилетело? Покажи губу, – перед Ваней возникло лицо Лики. Тонкие косички забраны в хвост. Безразмерная домашняя футболка. Когда она успела переодеться? – Очнись, Дрозд! Внутри покажи, снаружи я и так вижу. Ага, зубы на месте, это уже хорошо.

Ваня медленно приходил в себя.

– Что это было?

– Биомусор. Наверное, с Веселого поселка занесло. Не грузись. Сейчас я ватку с перекисью дам, ты прижми.

– Подожди. Это ты их уработала?

– Вспомнила пару приемов. В детстве занималась. Но если бы не твой налет…

– Но как? – Ваня дернулся, и его замутило.

– Да никак! Башка кружится? Лежи тихо.

– А где твои родители?

Лика ответила не сразу. Прикусила губу, о чем-то напряженно размышляя. Наконец, произнесла:

– Папа в командировке до понедельника. Когда очухаешься, вызовем тебе такси.

– Эмм… У меня с деньгами не особо.

– Забей.

Лика бросила взгляд на часы. Прошлась по комнате. Снова покосилась на Ваню, вытянувшегося на тахте. Произнесла:

– Слушай, Дрозд… Давай-ка ты на кухню перебирайся. Там как раз кушетка есть. Я слышала, что нужно воды побольше пить, если по башке прилетело.

– Не-не, мне и тут хорошо, – слабо улыбнулся Ваня, прикрывая глаза.

Лика фыркнула. А затем решительно плюхнулась в кресло перед компьютером. И принялась делать нечто странное.

Отсоединила сетевой кабель. Достала из толстовки битый телефон и коробочку с новой сим-картой. Порывшись в ящике, выбрала подходящий провод. Подключила.

«Новое устройство. Модем. Настройка подключения…» – последовательно мелькнули на экране сообщения.

– У тебя разве нет Инета? – тихим голосом спросил Ваня.

– У меня все есть, – Лика раздраженно дернула плечом. – Не мешай.

Но Ваня уже не мог лежать. Поднявшись на ноги, он разглядывал необычные окна, которые Лика вывела на экран. Черный терминал с быстро мелькающим потоком символов. Небольшой чат с непривычного вида сообщениями – без смайликов, с русскими и английскими словами вперемешку. Загрузчик файлов, усиленно качающий какие-то архивы.

– Никогда такого не видел, – прошептал Ваня. – Что это?

Лика опять покосилась на него. Вздохнула.

– Ладно. Ты только особо не треплись. Точнее, вообще никому не треплись. Ясно?

– О чем?

– В полночь по МСК начался набег на один нехороший сайт. А я никак не могу пропустить такое событие. Вот тут, – тонким пальчиком Лика ткнула в черное окно с мелькающими символами, – видна реакция сервака на то, как мы его ломаем.

– Кто «мы»?

– Население руборды[3]. Не все, конечно. Частично.

– И как ты к ним попала?

Лика на секунду обернулась, хихикнула:

– Думаешь, за красивые глазки?

Ваня уже собрался язвительно пошутить. И вдруг понял, что у Муравской и вправду очень красивые глаза. Темно-карие, слегка припухшие и чуточку раскосые. Доверчивые и шальные одновременно.

Сглотнув, Ваня спросил слегка охрипшим голосом:

– Так вы хакеры, что ли? И ты тоже?

– Не, я только смотрю. Я так еще не умею.

– Но… – Ваня нервно огляделся. – Но, если узнают, тебя же по головке не погладят, да?

– Значит, нельзя, чтобы узнали. Левый телефон, левая симка. А тут качаются адреса прокси, которыми мы прикрываемся. Видишь красные надписи? На серваке отказы начались.

– Как это?

– Главное – обнаружить точку разрыва. И всей толпой туда долбить.

– По слабому звену?

– Нет, оно не слабое. Но его делают слабым. Забивают память, перегружают процессоры, ну и так далее.

Тихо шумел вентилятор. На экране мелькали непонятные надписи. А Лика рассказывала про схемы атак и защит, которые она успела изучить. Про то, что в правильно составленном алгоритме практически невозможно найти точку разрыва. Это и есть искусство программирования.