Эволюция целителя (СИ) - Харченко Сергей - Страница 14

— Значит, попробуем прямо сейчас, — хихикнула Артишок, махнув мне в сторону белого пакета на полке шкафа. — Кстати, вон твоя вещь. Забери сразу, а то опять забудешь.

Зинаида почесала на кухню, начиная греметь тарелками, а я подошёл к шкафу. Вытащил из пакета небольшую тёмную шкатулку, которая оказалась почти невесомой, и вернулся в кресло.

Затем попытался открыть, но крышка не поддавалась. Я взглянул на окошко, с рисунком в виде отпечатков пальца. Недолго думая, я приложил большой палец и внутри шкатулки тихо щёлкнул замок.

Я приготовился, выдохнул и откинул крышку.

Глава 6

Я увидел в шкатулке кусок пластика. Вроде банковской карты, но не совсем. Покрутил этот предмет в руках и заметил магнитную ленту.

— А вот и тот самый фрукт. Смотри, какая красота, — радостно сообщила Зина, поставив на стол блюдо. Я бросил взгляд на обычный с виду ананас, нарезанный ломтями. Вот только мякоть была красного оттенка.

Зинаида явно что-то вспомнила и удалилась на кухню, а я переключился на изучение странного предмета. Заметил логотип Сбера, а с другой стороны полустёртый восьмизначный номер.

— Так это ж ключ от банковской ячейки! — воскликнула Зина, поставив на стол тарелку с нарезанной ветчиной. — И что там лежит? Признавайся.

— А чёрт его знает, — пожал я плечами. — Я ж не помню ничего.

— Тю, это разве проблема. Щас найдём твой филиал. Надо позвонить в контактный центр. Они подскажут, — заблестела глазами Зина. — Можем и прямо сейчас узнать.

Она шустро схватила смартфон со стола, нашла номер и поставила на громкую связь.

Оператор уныло попросила продиктовать номер ключа. И я, кое-как различив цифры на пластике, выдал ей информацию.

— Подождите минуту, мне нужно узнать статус вашей ячейки, — пробормотал оператор.

На фоне заиграла скучная музыка.

— А прикинь, там сотни тыщ рублей, — прошептала Зина, разливая вино по бокалам. — Ну ты прикинь, а!

— Кто о чём, а Зина всё про деньги, — улыбнулся я.

— Что ещё может в ячейках банковских храниться? — удивилась она.

— Да всё, что угодно, Зин. Документы, например, — предположил я, и Зинаида ещё сильнее заохала.

— Прикинь, открываешь, а там документы на дом или автомобиль гоночный, — восхищённо уставилась она на меня. — Ты ж детдомовский. А может, у тебя родители в прошлом князья были.

— Да нет, бери выше, имперские советники, — пошутил я.

— Ого! Ты уверен? — Зина приняла мои слова за чистую монету.

— Нет, разумеется. Я пошутил так, — хмыкнул я, пробуя хвалёный красный ананас. Ничего особенного, обычный. Хотя нет, более приторный. В общем, я так и не понял восторга Зины.

— Шутник, тоже мне. Но что-то ведь тебе оставили. Ты говорил, что это тебе после детдома передали. Да, вроде так ты тогда сказал, — произнесла Зинаида, а затем замерла. — Стоп. А чего ты сразу не забрал?

— Подтверждён ваш статус ячейки на имя Логинова Алексея, — раздался в это время из трубки монотонный голос оператора. — Филиал Сбера номер пятьдесят семь, адрес — улица Новокузнецкая…

— Когда можно забрать содержимое? — спросил я, запоминая адрес.

— К сожалению, вы не можете воспользоваться ячейкой до уплаты долга за хранение, — сообщил оператор.

— Как можно будет оплатить?

— Оплачивается оффлайн с девяти до девятнадцати часов, — ответил оператор.

— Озвучьте сумму, пожалуйста, — попросил я, прикинув, что в кармане больше двух тысяч, и я вполне могу рассчитаться.

Понятно, что раньше таких денег не водилось, поэтому и не мог погасить долг.

— Пять тысяч сто двенадцать рублей составляет общая сумма задолженности, — пробормотал оператор.

— Благодарю, до свидания, — сбросил звонок.

Что-то до хрена накопилось. Очень много. И, понятное дело, я сейчас не смогу найти такую сумму. Даже если Зина прибавит свои две тысячи, будет меньше этого грёбаного долга.

— Да они там совсем очумели, уроды! — возмутилась Зинаида, затем тяжело вздохнула. — Сочувствую. Может, кредит в банке взять? Откроешь ячейку, а там миллион рублей, и погасишь сразу.

— Я не уверен, что там деньги, — покачал я головой. — Ладно, разберусь с этим потом, — я убрал ключ в шкатулку, оставил на небольшом столике рядом, — Давай лучше попробуем твоё вино.

— Ага, — привычным движением Зина разлила вино по бокалам, подняла один. — Выпьем за чудесное спасение!

— Да, за него, — присоединился я к ней, поднимая свой бокал. Мы чокнулись, в воздухе зазвенел хрусталь. — Чтоб больше машины тебя не сбивали, и за твоё здоровье.

Я сделал небольшой глоток вполне достойного вина и заметил, что Зина выдула весь бокал, наполнив его вновь. Видно, сказывается стресс после аварии. А может, уже отошла от моего наркоза, и раны побаливают, вот и решила погасить болевые ощущения таким образом.

— А по мне неплохой бизнес, — хихикнула Зина и заметила осуждающую реакцию на моём лице. — Ладно, плохая шутка. Согласна.

Артишок защебетала, что на самом деле она ужасно разозлилась, когда я отказался идти в гости, причём так, что не понимала куда идёт и выскочила на дорогу.

Зина подробно принялась описывать свои ощущения. Память Алексея внезапно подкинула порцию воспоминаний.

Я вспомнил, как Родионов, директор приюта — седой старик и мировой, душевный мужик — провожал меня во взрослую жизнь и выдал эту шкатулку. Ссказал, что ему оставили неизвестные, чтобы он передал её мне когда я буду покидать приют.

— Давай выпьем за то, что пронесло! — хохотнула Зинаида, сбивая меня с мысли.

Мы вновь чокнулись. Я сделал ещё один небольшой глоток вина, Зинаида осушила бокал и вновь наполнила его.

— Подругам расскажу — офигеют, — прыснула она со смеху, затем пощупала швы на боку. — Не думала, что ты такой крутой лекарь.

— Ничего особенного, — улыбнулся я.

Зина наклонилась ко мне, выпучив глаза.

— Расскажи, — выдохнула она мне в лицо винными пара́ми. — Ну Лёшик! Как дар проявляется? Ты швы прям накладывал, или оно само?

— Оно само, — решил я отмазаться. Не хочу ей раскрывать секреты. Да и вообще никто не должен знать этого.

— А если подробней? — не унималась Зина.

— Ничего я особенного не расскажу, сам не понял, — вздохнул я.

— Просто прикоснулся, вспышка и залечил? Как в кино? — охнула она.

— Типа того, — сухо ответил я.

— Ну ты крут, конечно, — засмеялась Зинаида. — Помнишь, как мы встретились в начале первого курса? Ты тогда признался мне, что не маг и расстраивался сильно.

— Смутно помню, — кивнул я.

— На нас смотрели те, кто на болоте… — улыбнулась Зина, взглянув куда-то вдаль.

— На болоте? — переспросил я.

— Ну Целительский факультет. Мы его болотом называли, — ответила Зина, отхлебнув половину содержимого своего бокала. — Там одни надменные синекровки учатся.

Понятно. Синекровки — аристократы, значит. Голубая кровь.

— А у нас отдельное здание было, в квасилке… — продолжала Зина, подкурив тонкую сигаретку и отходя к приоткрытому окну. — Ты чего, и это не помнишь?

— Я ж говорю — очень смутно, — вздохнул я. — Что за квасилка?

— Квасилка, наш фельдшерский факультет. Так вот. Мы только познакомились, выходим из квасилки. И тут ты столкнулся у лавочек с этим, как его… — пощёлкала пальцами Зина. — Во, с Колей Верещагиным. Вот это ублюдок, такую гниль ещё поискать!

— И что было? — заинтересованно спросил я.

— Он такой — «Свали, плесень»! — злобно запыхтела Зинаида, которой вино явно ударило в голову. Видно, на старые дрожжи наложилось, вот и захмелела быстро. Она потушила в пепельнице окурок, выдувая струйку дыма в окно.

— Плесень?

— Ну да, плесень, — кивнула Зина. — Ну, ты ваще. Нас так называли все эти синекровки с болота.

— А я что? — глотнул я ещё немного вина и закусил ветчиной.

— А ты — «От синекровки слышу», — захохотала Зина. — Тогда он так разозлился, помню. А потом в кампусе драка была. Надрали зад этим толстосумам!