Директриса поневоле. Спасти академию (СИ) - Вайс Адриана - Страница 4

Лица у них каменные, непроницаемые. Они останавливаются по обе стороны от меня, и я внезапно чувствую себя ценным экспонатом, который нужно доставить в музей под усиленной охраной.

— Сопроводите госпожу Тьери в Академию Чернокнижья, — приказывает Исадор. — Проследите, чтобы она добралась до места в целости и сохранности.

Один из стражников, со шрамом на щеке, вежливо, но твердо берет меня под локоть. Я уже собираюсь идти, как за спиной снова раздается бархатный голос Дракенхейма.

— Удачи, ректор, — в его словах столько яда, что им можно было бы отравить небольшую армию. — Постарайся, чтобы твоя академия не развалилась раньше, чем ты сама.

Я замираю. Делаю глубокий вдох, медленно поворачиваюсь и одариваю его своей самой милой, самой обезоруживающей улыбкой.

— Не беспокойся, я справлюсь, — говорю я тихо, но так, чтобы слышали все. — А тебе я бы посоветовала позаботиться о своей короне. А то, говорят, они имеют неприятное свойство падать с чересчур задравших нос голов в самое неподходящее время.

Вижу, как снова вспыхивают его медовые глаза — видимо, до меня никто не отвечал ему в подобном ключе.

Разворачиваюсь и с гордо поднятой головой, под конвоем стражников, покидаю кабинет. За спиной с глухим стуком закрывается тяжелая дубовая дверь, отрезая меня от этих двоих.

Я иду по длинному, гулкому коридору, и в голове царит полнейший сумбур. Еще вчера я собирала вещи, чтобы поехать в другой регион, чтобы начать работу завучем, а сегодня меня под конвоем везут в магическую академию! Да еще и на должность директора! Вернее, ректора.

Кто бы только мог подумать…

Меня усаживают в карету, которая выглядит так, будто сошла со страниц исторического романа. Я откидываюсь на жесткое сиденье и бездумно смотрю в окно.

Мимо проплывают шпили каких-то башен, каменные стены, а потом – холмы, леса, поля… Усталость, накопившаяся за этот безумный день, наваливается свинцовой тяжестью. Голова сама собой клонится к прохладному стеклу, и я проваливаюсь в тревожную, вязкую дремоту.

— Приехали!

Меня грубо вырывает из забытья голос одного из стражников.

Карета стоит. Я, пошатываясь, выхожу наружу, щурясь от яркого полуденного света. Поднимаю голову, чтобы осмотреться, и… чувствую, как сердце пропускает удар, а потом еще один.

— Что это? — шепчу я, и голос мой дрожит от возмущения и шока. — Куда вы меня привезли?!

Глава 3

Один из стражников, тот, что со шрамом, хмыкает, а второй презрительно фыркает. И этот смешок бьет по мне сильнее, чем открытая насмешка. Они даже не издеваются, они просто веселятся, глядя на мой шок.

— Куда приказано, госпожа ректор, — равнодушно бросает тот, что со шрамом. — Академия Чернокнижья. Ваша новая резиденция. Добро пожаловать.

Я перевожу взгляд на это… недоразумение.

Первая моя мысль, что меня привезли прямиком к замку с привидениями. Однако сейчас, присмотревшись, я вижу картину еще печальнее. Передо мной остатки былой роскоши, медленно и неотвратимо поглощенные запустением.

Когда-то, наверное, это было величественное здание. Об этом говорят высокие, стрельчатые окна, пусть и с выбитыми стеклами, и изящные, хоть и покосившиеся, башенки. Каменная кладка, потемневшая от времени и покрытая зелеными пятнами лишайника, все еще хранит следы искусной резьбы.

А за ржавыми воротами угадывается заросший бурьяном сад с потрескавшейся чашей фонтана в центре, которая наполняется водой, видимо, только в самые дождливые дни.

Я не знаю, как должны выглядеть магические академии в этом странном мире, но я точно знаю одно: так быть не должно. Ни одно учебное заведение не должно так выглядеть. Это не просто неуважение к ученикам и преподавателям. Это преступление.

— А что с ней случилось? — спрашиваю я, не отрывая взгляда от этого памятника запустению. — Почему она в таком состоянии?

— Наше дело – доставить, — пожимает плечами второй стражник, уже забираясь обратно в карету. — Ваше дело – разбираться. Удачи, госпожа ректор. Она вам понадобится.

Они уезжают. Скрип колес, лошадиное фырканье, а потом – тишина.

Гнетущая, звенящая тишина, нарушаемая лишь завыванием ветра в пустых окнах.

Я остаюсь одна. Одна перед лицом этой… катастрофы.

«Так, Анна Дмитриевна, без паники,» — командую я себе, делая глубокий вдох. — «Ты справлялась и не с таким. Вспомни класс коррекции с трудными подростками. Вот где был настоящий замок с привидениями, только привидения были живые и очень даже материальные».

Нужно действовать. Прямо сейчас.

Для начала – найти кабинет ректора. Потом – собрать преподавателей, если они еще не разбежались отсюда в ужасе. И выяснить, что здесь произошло.

Стараясь не обращать внимания на появившийся внутри холодок, иду к массивным деревянным дверям академии, над которыми тускнеет вывеска «Академия Чернокнижья». От вывески отвалились несколько букв, так что выглядит это примерно как «Адемия Черножья».

Отлично, ещё и грамматика под стать этому месту. Что могу сказать, вылитая Адемия, точнее слова, которое характеризовало бы это место, не придумать.

Двери поддаются с протяжным, жалобным скрипом, будто столетний старик, которого разбудили посреди ночи. Внутри – огромный, гулкий вестибюль. Вдоль стен тянутся потускневшие, покрытые пылью гобелены. Под высоким потолком парят тусклые, мерцающие шарики света – видимо, местное освещение. Пол выложен потрескавшимися каменными плитами, а в нос бьет тяжелый запах сырости, пыли и чего-то еще… кажется, мышей.

Так, и куда дальше?

Как по заказу, по коридору проходит несколько студентов: кто-то непринужденно хохочет, кто-то лениво размахивает сумкой с книгами, кто-то держит в руках мелкий светящийся шарик вроде тех, что парят вдоль стен (может, он его оттуда и стянул?). Меня они либо не замечают, либо стаательно игнорируют.

— Эй, — окликаю я группу, — Простите, не подскажете где найти кабинет ректора?

Никто не останавливается. Один парень даже отмахивается от меня, как от назойливой мошки, а девчонки переглядываются и смеются, указывая на меня пальцем, говоря что-то вроде что у них нет таких.

Меня накрывает смятение. Здесь что нет вообще никакого руководства? Студенты сами по себе? Или же конкретно эти те еще двоечники, раз не знаю кто в академии главный?

Следом за смятением на меня наваливается легкая паника, но я всеми силами далю ее на корню. Еще не время. Уверена, я справлюсь.

Пройдя по коридору дальше, впереди замечаю парня в громадных очках, с аккуратно уложенными волосами. Он читает книгу на ходу, на ремешке болтается торбочка, переполненная свитками, а из нагрудного кармана выглядывает что-то похожее на линейку.

— Юноша, — подхожу к нему почти вплотную, потому что он настолько поглощён чтением, что ничего не замечает, — Не могли бы вы помочь?

Он вздрагивает от неожиданности так, что едва не роняет свою драгоценную книгу. Поднимает на меня испуганные глаза, увеличенные линзами очков.

— Я… я вас слушаю, — бормочет он, прижимая фолиант к груди.

Я мельком замечаю название: «Трактат о трансгрессии стихийных барьеров». «Божечки, что за название… сплошной набор букв!» — проносится у меня в голове.

— Прошу прощения, что напугала, — я стараюсь улыбнуться как можно дружелюбнее. Я хотела узнать, где находится кабинет ректора?

Он хмурится, с подозрением оглядывая меня с ног до головы. Затем тяжело вздыхает, словно на его хрупкие плечи взвалили все тяготы этого мира.

— Ясно… Вы, наверное, очередной инспектор, который снова не найдет никаких нарушений и напишет в столицу восторженный отчет о том, какая у нас прекрасная академия? — в его голосе звучит такая смесь презрения и застарелой усталости, что мне становится не по себе. А потом он машет рукой, словно теряя всякий интерес. — Впрочем, уже не важно. Идите по этому коридору до конца, потом направо, по главной лестнице на третий этаж. Там по коридору прямо и налево.