Ложная девятка 10 (СИ) - Риддер Аристарх - Страница 17

'Утром я побывал в отеле, где жила сборная СССР, встретился с ребятами и тренерами. Поговорил с футболистами откровенно и по душам. Настроение было боевое, все мечтали только о победе, о ничьей не было сказано ни слова. Вот так смело и нужно здесь настраиваться на любую игру!

Отдельно хочу сказать о Дмитрии Харине. Какой вратарь растёт! Я наблюдаю за ним в «Торпедо», видел его в финалах Кубка чемпионов. Но сегодня, здесь, на чемпионате Европы, Дмитрий превзошёл сам себя. Пропустить гол от Линекера в самом начале — это серьёзное испытание для любого вратаря, тем более такого молодого. Но как он держался! Как играл весь матч! Его уверенность передавалась всей команде. Это большой талант, и я уверен: когда придёт время, Харин достойно примет эстафету от Дасаева. Советский вратарский цех в надёжных руках.

В полуфиналы чемпионата континента вышли действительно на сегодняшний день сильнейшие. Наш следующий соперник, сборная Италии — молодая, техничная и дерзкая команда. Безусловно, она сильна. Но если сборная СССР будет действовать, как в матче с англичанами, смело и целеустремлённо, будет разумно рисковать, верить в победу, то придёт и долгожданный успех'.

Таким оказался на чемпионате Европы третий шаг нашей сборной, шаг уверенный, который вывел её в полуфинал.

В футболе мы не раз видели как наказывается самоуспокоенность даже одного игрока и в прошлом с нашей командой подобное не раз случалось. Но на этот раз советская команда не только не позволила себе расслабиться, даже ведя в счёте с разницей в два мяча, но и постоянно стремилась развить успех. Главное достигнуто: сборная СССР в полуфинале. И Харин доказал, что достоин места в воротах национальной команды.

Виктор ПОНЕДЕЛЬНИК

Глава 9

Послевкусие после матча с англичанами было приятным. И что самое главное — несмотря на весь тот огонь, который команды выплеснули на поле, мы чувствовали, что запас прочности у сборной очень большой. При необходимости мы могли ещё добавить, и это внушало оптимизм.

Италия, наш следующий соперник, находится в хорошей форме. Но и мы тоже. И если говорить начистоту, опасений не было.

Нас можно было сравнить с человеком, которому предстоит сделать тяжёлую, но вполне посильную работу. Причем работу, которую он до этого делал уже много раз и которая, что очень важно, доставляет ему удовольствие. Именно последнее представляется главным.

Сложно представить ситуацию, когда любимое дело приедается, но такое действительно бывает. Пресыщенность успехами, победами — несмотря на внешнюю глупость этого — существует в нашем деле. И то, что у нас настрой совсем другой, это большое счастье.

Единственное опасение вызывало состояние Рината.

Нет, Дима тоже очень хороший вратарь. В будущем Харин станет преемником Дасаева на постоянной основе. Он подхватит знамя советского вратарского цеха и на долгое время должен стать первым номером.

Но сейчас всем, и мне в том числе, хотелось, чтобы Ринат как минимум избежал серьёзных травм, а как максимум — вернулся в основной состав. В том числе и потому, что опыт Дасаева на таком уровне игры был повыше. А полуфинал, и тем более грядущий финал, если мы пройдём итальянцев — это матчи, которые требуют максимальной концентрации и лучших игроков в составе.

Поэтому пусть будет Дасаев. Но окончательное решение по тому, кто займёт место в воротах 22 июня, должно было быть принято чуть позже. Скорее всего, за сутки до матча станет понятно, сможет ли Ринат принять участие в полуфинале с итальянцами.

Наша база находилась недалеко от Неккар-штадиума, где мы должны были играть с итальянцами. И в качестве поля для тренировки мы как раз использовали эту арену.

Что касается самих тренировок, то здесь всё было направлено на поддержание формы. Сейчас уже не требовалось изобретать велосипед, искать какие-то новые игровые сочетания, налаживать связи. Нужно было просто сохранить ту форму, которая была у нас на групповом этапе, и бережно донести её до стартового свистка матча с итальянцами.

Больше ничего не нужно. Команда у нас сыгранная. Мы провели вместе уже очень много матчей. И как сборная Советского Союза будет обыгрывать итальянцев, понимали примерно все.

Традиционное активное использование флангов, ротация игроков в центре поля — то есть смена позиций, запутывание защитников, инициатива в нужные моменты. Сплав комбинационной игры и сольных проходов. Всё как всегда, ничего нового.

Если говорить по персоналиям, то было очевидно, что Малофеев с Ивановым не собираются переворачивать состав с ног на голову. Стартовые одиннадцать угадывались задолго до начала матча с итальянцами.

Я ловил себя на мысли, что атмосфера рабочая, собранная, но при этом парадоксально расслабленная. В хорошем смысле.

Мы не были зажаты, как в той же Франции или Мексике. Там груз ответственности давил на нас. А здесь вроде бы нам нужно защищать титул, а на самом деле это сделать всегда труднее, чем взять его в первый раз. Ну ладно, во второй — всё-таки в 60-м году сборная Советского Союза была триумфатором Кубка Европы. Но для этого состава сборной, для этого тренера, для этого костяка победа в Париже была первой викторией.

Но сейчас сборная была куда спокойнее, чем четыре года назад.

В том числе и поэтому наши футбольные и спортивные чиновники удовлетворили давний запрос ЮНИСЕФ на моё участие в благотворительном мероприятии, которое эта организация должна была провести всё в том же Штутгарте 20 июня.

Утром двадцатого июня меня забрал представитель ЮНИСЕФ. Симпатичная немка лет сорока, которая на удивление хорошо говорила по-русски.

— Господин Сергеев, очень рады, что вы нашли время, — сказала она, когда мы ехали в центр Штутгарта. — Дети очень ждут встречи с вами.

— Я тоже рад, — ответил я честно. — Детей люблю. У самого сын растёт.

Она улыбнулась.

— Знаю. Читала о вас. Вы очень молоды для такого успешного футболиста и для отца семейства.

— Двадцать лет, — подтвердил я. — Но знаете, в футболе возраст не главное. Главное — что ты умеешь делать с мячом.

Мероприятие проходило на небольшом стадионе в пригороде Штутгарта. Трибуны были заполнены почти до отказа — почти три тысячи человек. В основном дети, но были и взрослые — журналисты, чиновники.

В принципе это понятно. Всё проходило под эгидой «Легенды футбола — детям». Само собой, что этих самых детей тут было хоть отбавляй.

На поле меня ждала юношеская команда земли Баден-Вюртемберг. Четырнадцати-пятнадцатилетние пацаны в ярко-красных футболках. Когда я вышел к ним, они сначала замерли, а потом один из них не выдержал и закричал по-немецки:

— Это Сергеев! Это лучший футболист в мире!

Остальные подхватили. Я рассмеялся и помахал им.

— Привет, ребята! — сказал я по-английски. — Как дела?

Они загалдели все разом, тоже переходя на английский. Представитель ЮНИСЕФ дублировала на немецкий для трибун и тех, кто английский знал похуже.

— Как вы этого добились? — спросил один из пацанов. — Как стали лучшим футболистом в мире?

Я задумался на секунду.

— Знаете, главное — верить в себя, — сказал я.

Переводчица передавала мои слова на немецкий.

— И отдаваться любимому делу со всей страстью. Не важно, футбол это или что-то другое. Если ты любишь не себя в деле, а дело в тебе — всё получится.

Пацаны слушали внимательно.

— И ещё очень важно уметь слушать других, — продолжил я. — Родителей, учителей, старших товарищей, тренеров. Но при этом иметь собственное мнение. Своё понимание. Слушать — да, но решения принимать самому.

Один из подростков, самый высокий, видимо капитан, шагнул вперёд и протянул руку.

— Маркус, — представился он. — Я капитан команды. Но сегодня капитаном будете вы, мистер Сергеев.

Я пожал ему руку.

— Можно просто Слава, — ответил я.

Маркус просто засветился. Остальные ребята тоже.