Сердце шторма (СИ) - Фламмер Нат - Страница 143

Было ясно, что Алиса очень не хочет, чтобы кто-то чужой отправлялся в особняк. Волнуется за отца? Или там есть еще что-то из запретного? Или опасается мачехи. Вера вдруг вспомнила португальские Эрмиды, которые начисто выжигали в женщинах естественную природу перед постригом. А ведь Наталья Петровна всегда хотела отправить Алису в скит. Могла ли она причинить падчерице такой вред, чтобы покрыть позором и насильно постричь в монахини? Может, артефакт на самом деле защитный?

Нужно понять, что творится в особняке Шанковых, и разобраться в заклятии. Для второго у Веры имеются возможности. Но как проникнуть в чужой дом, не покидая Академию? Нужен див. Никого из слуг привлекать нельзя: они не станут помогать, но могут выдать и только добавить проблем. Анонимуса знают и без причины не подпустят к Академии, да и не подходит он на роль шпиона-следователя. Кузя… вот кто был бы кстати, но официально он на службе Управления, и хоть приоритетов у анархиста нет, орел на ошейнике связывает его по рукам и ногам. Кузя не имеет права лезть в чужое жилье без приказа — такая выходка сильно подставит Гермеса Аркадьевича…

Нужен кто-то, кому плевать и на Академию, и на госслужбу. И по большому счету на Веру, чтобы не начал слишком защищать и опекать. Но чтобы мог послушаться и выполнить просьбу. Кто-то достаточно умный, хитрый… и маленький…

Вера дошла до чародейского корпуса и сразу направилась к стоящему в общей гостиной телефону.

— Алло, — ответил знакомый голос после первого же гудка.

— Привет, Любава, можешь одолжить Себастьяна на день?

— Сегодня? Хм… в общем-то могу, а что случилось?

— Мне нужна кое-какая помощь в Москве, и решительно некого попросить. Поход по магазинам, недолгий, но с меня интересная прогулка и огро-о-мное облако сладкой ваты.

Любава засмеялась:

— Ты знаешь, чем заманивать дивов. У Себастьяна уже горят глаза. Ладно, закончит с обедом и прилетит. Жди. Ты уже в городе?

— Нет. Но поезд как раз через полчаса отправляется. Так что встретимся на Арбате.

— Хорошо. Тебе что-нибудь нужно от меня? Настойки, мазь, травы?

— Нет, еще все есть, спасибо тебе.

— Да не за что, хорошо, что позвонила, еще бы в гости заглядывала хоть иногда…

— Сказала вечно работающая чародейка…

Они еще немного поболтали о всяких пустяках и распрощались.

У Веры оставалось совсем немного времени, чтобы собраться и вовремя прийти на станцию. Но сначала нужно было сделать еще кое-что.

Колдунья вернулась в комнату и заперла дверь. Достала из шкафа небольшой узкий футляр, открыла и несколько секунд постояла, рассматривая свои сокровища. Чужому взгляду они могли бы показаться странными. Высохшая роза, перевязанная атласной лентой. Маленькая серебряная корона и кинжал.

Вера подошла к зеркалу и осмотрела себя, закатала повыше рукав кофты, взяла кинжал и резанула по левому плечу, сразу усиливая знак затворения крови, и стала отсчитывать секунды. Один, два… десять. И еще один порез. И еще раз.

Потом стерла кровь с руки и лезвия, убрала нож и достала розу. Сняла с нее атласную ленту, снова оглядела себя, убрала с волос старую потертую заколку и принялась плести косы.

Себастьян появился перед столиком, за которым, спрятавшись за книгой, сидела Вера, и сразу уставился на заранее купленную сахарную вату. Порция занимала полстола.

— Угощайся, — разрешила Вера. И Себастьян сел напротив, с интересом глядя на колдунью.

— Госпожа Любава велела помочь вам, что от меня требуется?

— Для начала, съесть угощение, выпить кофе и пройтись со мной до вокзала, помогая с этой тяжелой ношей. — Вера показала на рюкзак. — Так ты «поможешь мне с покупками», чтобы в случае чего ответить, как прошел день.

— А потом?

— А потом… — Вера отложила книгу и достала из кармана розарий, в котором они с Риверой когда-то спрятали довольно сильный амулет блокировки. — Ты очень хорошо развлечешься.

Как и ожидала Вера, Себастьян сверкнул глазами и широко улыбнулся.

— Слушаю с большим интересом, — сказал фамильяр и взялся за сахарную вату.

Семье Авериных удивительно везло на дивов. Каждый из них был уникальным и очень характерным. И всех их было трудно представить в качестве одинаковых безропотных фамильяров, сосредоточенных исключительно на приготовлении очередного ужина. Даже Анонимус был не просто чопорным дворецким, но отчаянным ученым, готовым идти на большие жертвы ради идей своего хозяина. И спокойные годы, проведенные в поместье, пока его хозяином являлся отец Веры, наскучили диву уже давно.

Себастьян же, привыкший служить Метельскому — приближенному советнику императора и интригану, тоже очевидно скучал, ухаживая за домом и садом. Вера видела, как блестят его глаза, когда Кузя рассказывает про очередную заварушку. Слышала, как сам он рассказывает истории из далекого прошлого. И не сомневалась, что маленький хитрый крыс согласится помочь.

— На самом деле все ровно так, как я и сказала Любаве. Тут на окраине Москвы есть один богатый особняк. По нему нужно «прогуляться». Потом прилететь в Академию и рассказать мне об увиденном.

— Вы ищите что-то конкретное, госпожа?

— Не факт. Смотри. — Вера выложила на опустевший стол сложенный лист и резинку для волос, которую стащила из комнаты Алисы. — Эти предметы принадлежат моей подруге, она попала в беду, и думаю, часть причин ее плачевного положения можно найти в доме. Ищи по запаху.

Себастьян склонился над предметами и, не прикасаясь к ним, принюхался.

— Всех?

Вера удивленно подняла брови:

— Кого всех? Там несколько запахов?

— Да. Первый, тот, что на обоих предметах, скорее всего, вашей подруги, а вот на листе запахов несколько: ваш и Алексея Перова — свежие, а еще парочка незнакомых. И один из них точно принадлежит диву. Очень давний, но явственный след. Его мне тоже искать?

— Да, если получится. И в целом осмотри дом настолько, насколько сможешь, я хочу узнать общую обстановку, в этой семье могут быть проблемы. Хозяин и хозяйка обладают колдовской силой, хозяин болен — эпилептик, есть фамильяр. Помимо дочери, на каникулах в особняке обретается племянник-колдун. Это все, что я знаю. Держи. — Вера протянула Себастьяну амулет. — Справишься?

— Обижаете.

— Твоя форма не летающая, амулет скроет силу, но запах…

— Не волнуйтесь. Скорее всего, мне придется пробираться в дом по трубам и стокам. Поверьте, проходя путем крыс, я буду пахнуть как… крыса.

— Купить тебе еще ваты?

— Да.

В Академию Вера вернулась около четырех часов. Над парком уже начинали сгущаться ноябрьские сумерки, а вместе с ними к земле спускался холод будущей зимы, напоминая, что покидать общежитие без пальто, надеясь на обманчивое солнце, уже нельзя. Тоска по Коимбре снова стала болезненной и почти физически ощутимой. Почему? Разве Вера не должна радоваться возвращению в родные стены? Колдунья оглядела парк. Несколько юных чародеек сидели у вечно теплого ручья и о чем-то болтали, знакомые бесята сновали по веткам деревьев, Трехметробус простучал множеством лап по мощенной дорожке. Такая знакомая и любимая Академия… в которой, возможно, происходит что-то неправильное и опасное. Тревога заменила бесполезную тоску, и думать стало легче.

Вера пошла в сторону главного корпуса. В рюкзаке лежала одежда Себастьяна, странный артефакт и несколько плиток шоколада, чтобы задобрить ментора. Лист с заклятием Вера убрала во внутренний карман спортивной кофты. Колдунья несколько раз перечитала его, пока ехала в поезде, но так и не поняла сути. Значит, оставалось только найти подходящее место и ждать Педру.

Кто-то догнал Веру и схватил за левое плечо. Девушка поморщилась и закусила губу. Свежие порезы саднило, и от резкого воздействия они могли начать кровоточить.

— Вера! — Паша развернул колдунью лицом к себе и отпустил ее руку. И улыбнулся. — Привет!