Сердце шторма (СИ) - Фламмер Нат - Страница 87

— Что ж, если это так важно, как ментор вы просто обязаны мне все объяснить, — Вера с усмешкой откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди.

— Резонно, — согласился Педру, в руке его появилась красивая темно-алая роза на длинном стебле. Чуть ниже едва начавшего распускаться бутона, формируя изящными изгибами еще один цветок, лишь отдаленно похожий на бантик, была навязана красивая переливающаяся лента.

Ментор протянул розу Вере и, когда она, выждав пару мгновений, все же подалась вперед и вытянула руки, чтобы принять подарок, поймал ее ладони, опустился на колени и поцеловал кончики пальцев.

В гробовой тишине Вере показалось, что она слышит треск собственной силы, сгустившейся под потолком, не говоря уже о колотящемся в груди сердце. А Педру, вложив розу в одну ее ладонь, вторую прижал к своей щеке.

— Храм мой, тело твое белое… — промурлыкал он, прикасаясь губами к ее коже:

— Вольно трактуя строчку писания,

Господи, что я с собою делаю,

В явном соблазне непонимания?..

Дрожь прошла по всему телу, Вера подавила желание запустить пальцы в его волосы, опуститься на пол и упасть в объятия бештаферы. Осторожно высвободила ладонь и тяжело вздохнула, когда Педру проводил ускользающие пальцы печально-удивленным взглядом.

— Вы правы, ментор, колоссальная разница… — с трудом проговорила она, признавая свое поражение. — Спасибо за науку и… не делайте так больше никогда, если все еще не хотите видеть меня в своем саду.

— Боюсь, вам там совершенно не место, сеньора, — улыбнулся Педру и поднялся с колен, медленно меняясь в лице. — Всегда рад развеять заблуждения. — Он склонил голову в вежливом менторском поклоне.

Ментор выглядел совершенно спокойным и серьезным, но Вера четко ощущала его внутреннее торжество от этой маленькой победы. Словно подтверждая эту мысль, Педру слегка приподнял уголки губ.

— Почему мы раньше не летали? — Вера посмотрела за окно, говорить было трудно, но тему хотелось сменить побыстрее.

Педру выдвинул стул, развернул его боком к столу и сел, легко откинувшись на спинку.

— Потому что это очень сильное и эмоциональное взаимодействие, вы же сами видели. Даже после обучения у Диогу вам было не просто держать и контролировать все потоки. Для наблюдения пока хватает стандартных тренировок, и в подобном, хм… сближении нет необходимости.

— Вы так уже год говорите. Но связь ведь все равно усиливается.

— Да, но медленно. И это позволяет ее изучать. Еще раз… Вы куда-то торопитесь?

— Не я позвала вас в небо.

— Мне стало любопытно.

— И что скажете?

— Что удивлен. Не ожидал от вас подобного изящества во взаимодействии.

— Но ведь было хорошо.

— Очень.

Они немного посидели в тишине. Вера сложила руки на столе и опустила на них голову.

— А что за заклятие вы пытались сделать?

— Всему свое время, — ментор накрыл записи рукой и отодвинул в сторону.

Вера хотела возмутиться, но ее опередил хриплый голос за окном:

— Вер-ра! Вер-ра!

— Кажется, ваша подруга потеряла вас, — заметил Педру.

— Скорее всего. Можно ручку?

Педру указал на стол, разрешая взять необходимое. Вера быстро набросала записку и пошла к окну.

— Вы вернулись раньше срока из-за нее? Я ждал вас не раньше чем через неделю. Вместе с сеньором Перовым.

— Так мы и прилетели вместе. Я проводила Алешу до студенческого дома, а сама пошла в республику. Не хотела заставлять Риверу ждать…

— Прошу прощения, что сорвал планы, — Педру невинно улыбнулся. — Надеюсь, сеньора Ривера не обидится на меня за это.

«Вряд ли она может обидеться на вас еще сильнее», — подумала Вера, но вслух произнесла:

— Ривера затеяла несколько опытов, я согласилась помочь. — Вера сунула листок ворону, и тот пулей взлетел, скрываясь среди крыш.

— Она делает успехи, раньше побороть страх не получалось, — Педру оказался за спиной Веры и посмотрел вслед ворону. — Животные боятся бештафер настолько, что инстинкт самосохранения перебивает все приказы.

Вера удивленно посмотрела на Педру.

— Она же искренне уверена, что никто не в курсе ее экспериментов.

Педру пожал плечами:

— Я не против этой уверенности. — Он прошел вглубь комнаты и снова опустился на стул, в этот раз сев как положено и придвинув к себе записи.

— Можно вопрос?

— Личный? — ментор едва заметно усмехнулся.

— Почти. Что вы сделали с Риверой, что она вас так ненавидит? И зачем? Неужели вы действительно до сих пор уверены, что люди делятся на сорта качества в зависимости от происхождения?

После разговора с Риверой Вера стала внимательнее наблюдать за поведением ментора в присутствии подруги и действительно заметила некоторые странности. Более холодный взгляд, отстраненная и почти жестокая ухмылка. Мельком, незаметно. Ментор словно показывал пренебрежительное отношение, но исключительно таким образом, чтобы замечала его только раздраженная и обиженная девушка.

— А вы как думаете? Верите, что я могу так относиться к студентам?

— Верила бы, не спрашивала бы. Так что вы сделали?

— Как это часто бывает с людьми, — снисходительно вздохнул Педру, — я ей помог.

Вера удивленно подняла брови и подошла ближе к столу. Педру опустил подбородок на сплетенные пальцы и посмотрел на нее.

— Каролина Ривера очень необычный экземпляр. Она колдунья, но, как вы верно заметили, без происхождения. Она из простой семьи, в которой как минимум в предыдущих четырех поколениях не было ни колдунов, ни чародеев. Я бы проверил дальше, но в деревнях люди редко следят за своей родословной веками. В Наварре я бываю не часто. О виноградниках заботятся проверенные и профессиональные люди. Чаще всего чародеи. И работают в том числе и на полях. У нас довольно сильный сельскохозяйственный факультет, вы знали? Ведь содержание плантаций — это не только сбор урожая и полив деревьев. Это большая работа селекционеров и специалистов по выведению сортов и улучшению свойств. В общем, чародеи там не редкость, в отличие от колдунов. Однажды, когда я был в Наварре, заметил, что за чародеями таскается девочка-колдунья, я принял ее за дочь одного из своих специалистов, но оказалось, что она из деревенских, которые работают по найму. Никто в семье даже не подозревал, что у нее есть сила. Я намекнул родителям, что стоило бы заняться обучением, и даже позаботился о материалах. Ну что вы так на меня смотрите? Вы же не думали, что являетесь единственным ребенком, на которого я обратил внимание за пределами Академии?

— Вы обратили внимание? А кто пытался исчезнуть каждый раз, когда я вас видела?

— А кто орал «Киса!» на всю округу?

— Никогда не забудете?

— Как и вы.

— Но если вы инициировали обучение, почему завалили на экзамене?

— Я не валил. Это же государственная комиссия Испании, что я мог сделать? Дона Криштиану и меня пригласили присутствовать на открытии нового факультета, и мы оказались почетными гостями на вступительных испытаниях. Касательно Риверы я просто высказал свое мнение во время светской беседы с главным ментором Саламанки. Девочку начали учить поздно. Показатели силы оказались невысокими. А навыков для государственного гранта не хватило. Конечно, ее не взяли, но из всех комментариев она услышала и запомнила именно мои слова. Возможно, потому что уже видела меня в Наваре и узнала. И, соответственно, обвинила в провале меня. Однако, как вы, наверное, заметили, у Риверы очень нестандартное мышление. Она больше понимает в чародействе, чем в работе с дивами. Дрессирует птиц и, полагаю, не только. Последнее время крысы стали вести себя подозрительно, и это я еще не водил ее к местному зверинцу. При этом очень четко и умело смешивает разные техники и смело проверяет возможности своей силы. Такой подход — следствие окружения, в котором она росла, и, конечно, ее собственной фантазии и пробивного характера. Мне не хотелось терять подобный кадр, и через несколько недель после провального экзамена в дом семьи Ривера постучал некто сеньор Милагре. Профессор из чародейского НИИ Лиссабона. И предложил целевое обучение в Академии Коимбры, после которого Каролина Ривера станет научным сотрудником в одном из исследовательских центров этого института. Конечно, сдать вступительные экзамены в Коимбру тоже не так просто, поэтому Ривера потратила еще целый год на подготовку. Она старше вас, но учитесь вы вместе именно потому, что она потеряла время после провала с грантом.