Лекарь из Пустоты. Книга 3 (СИ) - Майерс Александр - Страница 15

— Алло, — я взял трубку.

— Юрий, появилось срочное дело. Вы помните наш договор? Нужна ваша помощь в исцелении одного важного человека…

Глава 6

Российская империя, пригород Новосибирска, усадьба рода Серебровых

Отказаться не вариант, да я и не хочу. Наоборот, рад буду заняться целительством. Со всеми этими интригами и бизнес-задачами я очень редко практикуюсь.

— Конечно, полковник. Что случилось? — спросил я.

— Не по телефону. Через сорок минут за вами заедет машина. Чёрный внедорожник без номеров. Будьте готовы.

— Передайте, чтобы подъехали к границам владений со стороны основной трассы, — ответил я и сбросил звонок.

Переодевшись, я предупредил своих, что уезжаю по делам и вернусь не скоро. После чего быстрым шагом отправился к границам наших земель.

Ровно в указанное время рядом со мной остановился угловатый джип без опознавательных знаков. В салоне, кроме водителя, никого не было. Молчаливый мужчина в обычной гражданской одежде не стал даже здороваться, лишь кивнул на пассажирское сиденье.

Мы поехали. Маршрут петлял: сначала добрались до города, потом проехались по промзоне, затем резко свернули на какую-то грунтовую дорогу, ведущую в сторону заброшенных карьеров. Такое ощущение, что водитель пытался избавиться от слежки, хотя её не было.

Видимо, протоколы СБИ указывают применять максимальную осторожность.

Через час мы остановились у ничем не примечательного одноэтажного здания, похожего на старую котельную или насосную станцию. Вокруг — редкий лес и полное безлюдье. Из двери вышел Воронцов в своём неизменном сером костюме.

— Добрый вечер, барон. Поторопимся, времени мало, — он коротко пожал мне в руку и впустил в здание.

Мы прошли по холодному коридору с голыми стенами, миновали две железные двери и оказались в небольшой комнате, больше похожей на лазарет. Стояла койка с белыми простынями, вокруг — стандартное медицинское оборудование для поддержания жизни: мониторы, кислородный аппарат, капельницы. И на койке… лежала девушка.

На вид — лет двадцать пять. Бледная, с тёмными кругами под глазами, с влажными от пота тёмными волосами, прилипшими ко лбу. Даже на искажённом болью лице её черты казались поразительно красивыми.

Но этой красавице грозила скорая гибель. Я видел это и по показаниям приборов, и по тревожному состоянию ауры.

— Кто это? — спросил я, скидывая куртку и закатывая рукава.

— Вам нужно это знать для работы? — вопросом на вопрос ответил Воронцов.

— Для работы — нет. Но я не хочу, чтобы меня использовали вслепую, — ответил я, глядя полковнику в глаза.

Юрий Михайлович слегка свёл брови, а затем кивнул на девушку:

— Она агент Службы в звании капитана. Работала за границей. Подставлена, отравлена неким спецпрепаратом. Доставили сюда экстренным рейсом, потому что другие варианты исчерпаны. У неё есть ещё часа три, не больше. Вы можете что-то сделать? — с тщательно скрываемой надеждой спросил он.

Я подошёл к койке, оценивая состояние. Да, это яд, и какой-то чудовищной силы — он не просто разрушал органы, а, казалось, разъедал саму жизненную силу, оставляя после себя мёртвые сгустки в ауре.

— Не буду обещать. Отравление сверхострое. Поражена центральная нервная система, сердечная деятельность почти на нуле, и это только на первый взгляд, — я покачал головой.

Воронцов скрипнул зубами.

— Сделайте всё возможное. Камеры отключены. Мы будем за дверью. У вас есть два часа. После этого, вне зависимости от результата, мы вас увезём, — он развернулся и вышел, тяжелая дверь закрылась за ним с глухим щелчком замка.

Наступила гробовая тишина, нарушаемая только писком аппаратуры и прерывистым, хриплым дыханием девушки. Я присел на стул рядом и закрыл глаза, настраиваясь. Работать предстояло с Пустотой, а значит, нужна была абсолютная точность.

Я не мог просто «выжечь» яд — он уже проник во все ткани, какие мог, и оказал своё действие на организм. Работать придётся исключительно с аурой. Нужно точечно удалить участки поражения, не задевая здоровые части.

Возможно, пригодятся и мои новые навыки, ещё не до конца освоенные. Аура девушки была повреждена во многих местах. Можно попытаться удалить эти участки и затем «сварить» здоровые.

Как бы цинично это ни звучало, передо мной — идеальный субъект для экспериментов. Либо мой метод поможет, либо она в любом случае умрёт.

Я принялся за дело. Сначала просто изучил «карту» поражения, водил внутренним взором по едва тлеющей ауре. Потом вызвал Пустоту. Тончайшие, холодные скальпели энергии.

Миллиметр за миллиметром уничтожал сгустки мёртвой энергии, которые, как раковая опухоль, пожирали ауру девушки. Потом, на очищенных местах, запускал процесс восстановления, подпитывая её собственную, угасающую жизненную силу с помощью целительских заклинаний.

Таким образом, я комбинировал два своих дара. Впервые делал нечто подобное, но результат меня пока что радовал. Состояние агента не улучшилось, но, по крайней мере, не становилось хуже.

С меня лил пот, в висках стучало, в глазах темнело от перегрузки. Приходилось постоянно импровизировать, менять тактику, ловить ядовитые следы в самых потаённых уголках ауры пациентки.

Через час её дыхание стало чуть ровнее. Через полтора — цвет лица из синевато-белого сменился на просто болезненно-бледный. Мониторы перестали пищать панически, показатели медленно, но неуклонно поползли вверх. Она всё ещё находилась без сознания, но уже не балансировала на краю.

Я сделал последний, завершающий проход, выжигая мельчайшие остатки отравы. На это ушли последние силы. Когда я открыл глаза, мир поплыл. Я схватился за край койки, чтобы не упасть. Девушка тихо застонала и повернула голову. Её веки дрогнули, но не открылись. Зато её дыхание стало глубоким и ровным, как у здорового спящего человека.

Я посмотрел на часы. До истечения двух часов осталось десять минут. Успел.

Я встал, слегка пошатываясь, подошёл к двери и постучал.

Воронцов открыл. Его взгляд мгновенно пересёк комнату, остановился на мониторах, затем на лице девушки. Ничего не изменилось в его каменном выражении, но я увидел, как на долю секунды расслабились мышцы вокруг его глаз.

— Она будет жить? — спросил он.

— Да. Яд уничтожен. Организм восстановится. Нужен покой и обычная детоксикационная терапия. Через пару дней, думаю, придёт в себя полностью.

Он кивнул, вошёл и жестом подозвал двух санитаров в белых халатах, которые появились будто из ниоткуда.

— Спасибо, Юрий, — полковник крепко пожал мне руку.

— Всегда, пожалуйста. Я выполняю свои обязательства, — намекнул я на то, что и моему тёзке следует выполнять свои.

Юрий Михайлович верно понял намёк:

— Можете рассчитывать на нашу помощь в сложных случаях. Только не пытайтесь вмешать службу в свои интриги. Мы поможем только при необходимости.

— Постараюсь создать такую необходимость, — улыбнулся я.

Полковник хмыкнул.

— Не уверен, как это понимать. Будьте осторожны, барон. Ваши враги сильнее и коварнее, чем вы думаете.

— Вы недооцениваете меня и переоцениваете их.

— Возможно. Ещё раз спасибо. Машина ждёт снаружи, вам заплатят, как договаривались, — Воронцов ещё раз пожал мне руку.

Я вышел и сел в тот же внедорожник. По дороге водитель молча протянул мне толстый конверт. Я не стал его вскрывать. По весу и объёму стало ясно, что сумма более чем существенная.

Когда мы уже подъезжали к усадьбе, мой телефон снова завибрировал. Пришло сообщение от Воронцова: «Юрий, будьте осторожнее с играми вокруг того тендера. Вода там мутная, и плавают не только мелкие рыбки. Мы наблюдаем. На всякий случай».

Я усмехнулся, глядя на экран. Конечно, он знал. Ничего удивительного. Просто делал вид, что не вмешивается, пока это его не касалось. А теперь, после того как я спас его агента, дал и прямой намёк: действуй, но не перегибай, и помни, что за тобой следят.