Невеста для принца (ЛП) - МакЭвой Дж. ДЖ. - Страница 52

— Да, — улыбнулась я. — У меня всё прекрасно.

Глава 23

Одетт

Бип.

Бип.

Бип.

Этот звук… Я вскочила с кровати, громко выкрикнув.

— Пожарная сигнализа…

Остановившись на середине кровати, я замерла в полной растерянности, глядя, как Гейл ухмыляется, держа в одной руке телефон с пищащим будильником, а в другой — кекс.

— Ты!

— С днём рождения! — рассмеялся он.

Схватив подушку, я запустила ею прямо в его голову.

— Это совсем не смешно!

— Правда? Потому что мне смешно, очень сильно, — и он действительно смеялся, даже уклоняясь от летящей подушки.

— До невозможности раздражающий, — пробормотала я, снова плюхнувшись на кровать и укутываясь в одеяло — в конце концов, на мне почти ничего не было.

Я с трудом могла вспомнить вчерашний вечер. Ладно, это была ложь. Я помнила всё, но думать об этом совершенно не хотелось. А чем больше не хочется думать о чём-то, тем сильнее эти мысли лезут в голову.

Мы ездили к моей маме на День благодарения, а потом притворялись, что смотрим фильм, хотя на самом деле делали то, что всё чаще становилось для нас привычным — обнимались до тех пор, пока один из нас не засыпал. Смутно помню, как пыталась зайти дальше, но он мягко меня остановил. Это сбивало с толку, потому что я прекрасно помнила, как он нёс меня обратно в кровать, как его поцелуи и прикосновения разжигали во мне огонь. А потом — разочарование, когда он вдруг остановился и сказал, что пора спать. Я не понимала, о чём думал он... или я сама, если уж на то пошло.

— С днём рождения, — повторил он, садясь рядом. — Я немного поздно вспомнил про твой день, поэтому не знал, что тебе подарить. Надеюсь, ты не будешь судить строго.

Я подумала, что речь идёт о кексе. Однако он потянулся к тумбочке, положил кекс и достал лист бумаги, показывая мне.

Когда я увидела рисунок, я застыла. Он изобразил меня, поднимающуюся по лестнице в платье Золушки, с причёской, как в тот самый день, когда мы встретились. И вместо моего удивления на лице была лёгкая улыбка.

— Я не самый лучший художник, знаю. У меня есть ещё кое-какие планы на сегодня, так что если тебе не понравится…

— Я в восторге, — перебила я, осторожно забирая рисунок у него из рук. — Хотя, кажется, в твоём изображении я выгляжу куда красивее, чем в тот день… как же я тогда кричала.

— О чём ты говоришь? Мне даже не удалось уловить и половины того, насколько ты была прекрасна, — прошептал он, и, глядя в его глаза, я на мгновение потеряла дар речи.

Боже, это странное, пузырящееся чувство внутри.

— Спасибо, — пробормотала я, быстро отворачиваясь и хватая кекс. — И за это спасибо.

— Подожди, — сказал он, доставая из кармана зажигалку и зажигая свечу на кексе. — Теперь загадай желание.

Я хихикнула и задула свечу, но она снова загорелась. Уставившись на него, я поняла, что он только шире улыбается.

— Волшебная свеча?

— Я предпочитаю называть её свечой тысячей желаний, — смеялся он.

Я задула снова, и она снова загорелась. И ещё раз. И ещё. Каждый раз его смех звучал громче. Мне казалось, что этот подарок доставлял радость скорее ему, чем мне, но я не останавливалась — мне нравился его смех. Наконец, после, казалось, сотого раза, свеча погасла и больше не загоралась.

— Браво.

— Ты невозможный, — покачала я головой, но не могла сдержать улыбку.

— О, это только начало, — сказал он, поцеловав меня в щёку. — Собирайся, мы уходим.

— Уходим? Куда? И Искандар разрешил нам выйти?

Он рассмеялся и кивнул.

— Это особенный день, и я хотя бы раз должен сделать что-нибудь по-королевски.

— Это что значит?

— Увидишь. Я жду тебя внизу, — ответил он, вставая.

Я тут же тоже вскочила, всё ещё держа в руках кекс.

— Но... как мне собраться?

— Как?

— Ну, что мне надеть? Куда мы идём? — я не могла сдержать волнения, следуя за ним в коридор.

— Что-нибудь удобное и тёплое.

Это не было ответом. Я выглянула вниз, надеясь, что Искандар или Вольфганг дадут мне подсказку, но их не было. Очевидно, он отправил их куда-то.

— Иди давай, — сказал он, указывая на мою дверь с улыбкой. — Всё равно не догадаешься.

— Намекни хотя бы.

— Одетт.

— Ладно, — я шагнула через порог, бросив на него последний взгляд.

Он просто стоял и смотрел, довольный собой. Покачав головой, я закрыла дверь и прислонилась к ней.

С самого утра. Почему моё сердце билось так быстро?

— Возьми себя в руки, Одетт, — пробормотала я, отталкиваясь от стены и направляясь к шкафу.

Но тут я заметила, как на прикроватной тумбе завибрировал мой телефон.

На экране высветилось сообщение от мамы.

Мама: «С днём рождения, моя дорогая и самая особенная упрямая принцесса. Люблю тебя, мама».

Одетт: «Я тоже тебя люблю».

Мама: «Хорошо. Постарайся сегодня повеселиться и пришли мне фотографии!»

Значит, Гейл всё ей рассказал? И насколько же близки эти двое? Я отправила сообщение с просьбой дать хоть какой-то намёк, но ответа так и не дождалась.

Я терпеть не могла сюрпризы!

Вот почему на сборы у меня ушло три смены наряда, две попытки уложить волосы и даже один сломанный ноготь. И всё ради того, чтобы в итоге остановиться на джинсах, пушистом свитере и конском хвосте. Даже тогда я всё ещё сомневалась, но заставлять его ждать дольше, было уже неудобно.

Когда я вышла из комнаты, Гейл ждал меня у лестницы. К счастью, он тоже был в джинсах и свитере.

— А я уже начал думать, что пора высылать спасательную бригаду, — усмехнулся он.

— Очень сложно собираться, когда не знаешь, куда идёшь, — ответила я в свою защиту, зная, сколько раз он, вероятно, слышал мои ругательства за дверью.

— И всё же ты справилась идеально, — заметил он, протягивая мне руку. — Хотя я уже начал придумывать речь на случай, если ты выйдешь в коктейльном платье.

Кстати, это действительно был мой первый вариант.

— Значит, коктейльное платье не подошло бы? — уточнила я, но он только улыбнулся и повёл меня вниз по лестнице.

— Ты совсем не умеешь принимать сюрпризы, да?

— Терпеть их не могу. Они заставляют меня нервничать, — призналась я, подпрыгнув перед ним, словно маленький кролик.

Он остановился, аккуратно взял моё лицо в ладони и сказал.

— Придётся немного потерпеть.

Я скривилась, он сделал то же самое, пока мы не оказались в холле. На улице светило солнце, и у входа нас ждал Вольфганг, выглядевший так, словно это его день рождения.

— Доброе утро, Вольфганг.

— С днём рождения, мисс. Надеюсь, вы…

— Кхм, — прервал его Гейл, строго взглянув.

— Я ничего не собирался говорить, — поспешно ответил тот.

— Конечно, не собирался, — пробормотал Гейл, уводя меня к машине.

Я с трудом сдерживала смех. Он прилагал столько усилий, и это было одновременно забавно и трогательно. Неважно, что он задумал, сегодняшний день уже был одним из самых запоминающихся в моей жизни.

— А где Искандар? — спросила я, пристёгивая ремень безопасности.

Он бросил на меня взгляд, полный молчаливого упрёка, словно говорил: «Дай мне тебя удивить».

— Я просто спросила, — быстро добавила я.

— Угу, — коротко ответил он.

Закатив глаза, я отвернулась к окну, пытаясь угадать по ориентирам, куда мы направляемся. Но чем дальше мы отъезжали от города, тем очевиднее становилось, что нас ждёт нечто совершенно необычное.

Спустя почти час асфальтированная дорога сменилась грунтовой, и мы остановились возле места с названием «Лес Колибри». Но это оказалось не главным сюрпризом. На поляне, кормя морковкой двух крупных, тёмно-коричневых лошадей, стоял Искандар.

— Ты будешь только смотреть или поедешь со мной? — спросил Гейл.

Я резко обернулась к нему, но он уже вышел из машины и обошёл её, чтобы открыть мою дверь.