Земля зомби. Гексалогия (СИ) - Шторм Мак - Страница 313

Следом шли мы с Янкой, с автоматами в руках. Квартира, в которой мы оказались, судя по слою пыли, была давно заброшенной и сюда никто не заглядывал. Входная дверь с выбитым замком была распахнута настежь. Из этой квартиры было видно только стену подъезда. Лестница и входная дверь были слева, чтобы их рассмотреть, Ведьме пришлось быстро выглянуть.

Отдернув голову назад, она показала двумя пальцами, что увидела двух сектантов. Потом, молча ткнув себя в грудь, дала понять, что сама их ликвидирует. Артём кивнул в ответ, подтверждая, что согласен и стрелять не будет, если того не потребует ситуация.

Ведьма замерла у входной двери, делая глубокие вдохи и выдохи, выравнивая своё дыхание, а потом быстрым плавным движением внезапно выскользнула из квартиры в подъезд. Артём опомнился только спустя секунду и выскочил следом, вскидывая на ходу автомат.

Все остальные замерли у выхода из квартиры, напряженно прислушиваясь. Из‑за выстрелов, которые доносились с улицы, нам так и не удалось ничего расслышать, но, судя по тому, что Артём не стрелял, Ведьма прекрасно справлялась своими силами.

Как только Артём показал большой палец, поднятый верх, и, стараясь не шуметь, крадучись пошел вперёд к лестнице, я с женой вышел из квартиры. Артём, держа автомат наизготовку, шагнул в соседнюю квартиру, чтобы проверить её на наличие сектантов.

Я бросил быстрый взгляд наверх, между перилами, пытаясь засечь неприятеля. Там никого не было видно, но периодически слышались голоса. Слова невозможно было разобрать из‑за непрерывно грохочущих выстрелов.

Прошмыгнув мимо лестницы, я подошел к Ведьме, которая, склонившись над трупами сектантов, обшаривала их карманы. Под телами убитых ею уродов, начинала расплываться кровавая лужа.

У одного сектанта было сильно разрублено горло, отчего голова трупа неестественно вывернулась, обнажаю разрубленную трахею и уцелевший белый позвоночный столб. У другого на груди, в области сердца, была колотая рана, оттуда сочилась на пол ярко‑алая кровь, пропитывая одежду вокруг раны темным пятном.

Рядом с телами сектантов валялось их оружие. Автомат Калашникова в калибре 7.62 был настолько распространён, что не вызвал у меня ни малейшего удивления. А вот второй ствол, сильно похожий на Калаш в стандартном дереве, но имеющий ряд отличий, меня сильно удивил и приятно порадовал. Длинный ствол, длинный загнутый бакелитовый магазин, почти одного цвета с цевьём и прикладом оружия, но другого, более темного оттенка, и деревянный приклад, напоминающий по форме, разрезанную пополам большую саперную лопату, с квадратным лезвием.

Все эти признаки безошибочно указывали на то, что на полу лежит ручной пулемёт Калашникова, именуемый сокращено РПК. Вот это приятный сюрприз! Особенно если это не новодел для гражданского рынка, который не стреляет очередями, а настоящий военный пулемёт с возможностью ведения огня в автоматическом режиме.

Краем глаза я заметил, как Артём, выйдя из одной квартиры, шагнул в другую. В это время Ведьма с брезгливым выражением на лице показала мне два ножа, покрытых богомерзкими надписями и символами, которые носили с собой сектанты. Помимо огнестрельного оружия и ритуальных ножей, у них на двоих был большой рюкзак, в котором обнаружились боеприпасы к оружию, связка черных свечей, два баллончика с красной краской и упаковки различной еды. На удивление, ни у одного из мертвых уродов не обнаружилось даже самой простой рации.

Рация! Меня будто током шибануло, стоило только подумать о ней. Какого черта мы после первой атаки сектантов ходили и искали друг друга в толпе, как слепые котята, когда у каждого из нас были рации? Вот что значит находиться в горячке боя, из головы вылетают самые элементарные вещи и начинаешь жестко тупить. Ну да чёрт с ними, с этими рациями, и так практически все нашлись, кроме Виктора. Очень надеюсь, что он ранен, и ему уже оказывают помощь в больничке на территории Рынка.

Отогнав тревожные мысли, связанные с пропажей Виктора, я прошел мимо убитых сектантов к входной двери подъезда. От дверной ручки шла толстая верёвка, которая была сильно натянута и привязана к перилам. Теперь понятно, как они зафиксировали дверь, что её невозможно было открыть снаружи. Перерезав верёвку ножом, я открыл дверь и замер, пытаясь увидеть, где прячется Берсерк.

Не обнаружив его, я зафиксировал в открытом положении подъездную дверь найденным неподалёку камнем и вернулся в подъезд. Артём, увидев меня, тихо проговорил:

– На пегвом этаже всё чисто, я все квагтигы пговегил, а вот выше явно кто‑то есть, иногда слышны их голоса.

– Да я тоже слышал, только из‑за выстрелов хрен разобрать, что они там говорят.

– Нужно атаковать. Пока они не обнагужили, что эти двое мегтвы, мы ещё можем, использовать эффект неожиданности и завалить какого‑нибудь фанатика, пгежде чем они поймут, что мы пгоникли в подъезд.

– Согласен, используем преимущество по полной, пока оно есть. – тихо поддержал я.

Распределив поровну трофейные патроны, я отдал автомат и пулемёт Ведьме. Бесшумная смертоносная катана испила крови, теперь пришло время сеять смерть с грохотом и копотью, выпуская свинцовые пули, поэтому Ведьма пока потаскает трофеи, а мы повоюем с сектантами.

Немного напрягало отсутствие Берсерка, но, думаю, у него хватит ума догадаться, что дверь в подъезде гостеприимно открыли именно для него, и прийти.

Взяв на изготовку автоматы, я и Артём, стараясь не шуметь, начали подниматься вверх по лестнице, прислушиваясь к голосам сектантов, которые слышались в паузах между выстрелами.

С каждой ступенькой запах гари становился всё сильнее, на втором этаже всё ещё была легкая задымленность, до пожара дело не дошло. Видимо, сектанты смогли вовремя затушить мой горящий гостинец, отправленный в окно второго этажа, или сумели выкинуть его обратно на улицу.

Голоса раздавались из одной квартиры второго этажа. Судя по звукам, где‑то выше тоже были сектанты, но первоочерёдно следовало разобраться с теми, кто на втором этаже, а дальше уже методично зачищать весь подъезд.

Мы с Артёмом, стараясь не шуметь, поднялись по лестнице на второй этаж и замерли на лестничной площадке, встав по обе стороны от распахнутой настежь двери квартиры, где находились сектанты. Судя по сильному запаху гари, которым тянуло оттуда, именно в эту квартиру я закинул горящий сверток.

Дождавшись, пока остальные члены нашего отряда займут места на лестничной площадке второго этажа, встав так, чтобы их не было видно из квартиры, которую мы собираемся штурмовать, Артём показал мне три пальца. Убедившись, что лестница и двери в другие квартиры контролируют, держа их на прицеле, я кивнул ему в ответ.

Артём начал поочередно медленно загибать пальцы. Когда его полураскрытая ладонь превратилась в кулак, я практически одновременно с ним шагнул в квартиру, из которой раздавались голоса сектантов.

В прихожей никого не было, справа находилась кухня, слева комната, мы разделились. Я, не меняя траектории, пошел на кухню, Артём сместился чуть левее, направляясь в комнату.

Войдя на небольшую кухню, я быстро обвел её взглядом через прицел автомата, направляя его ствол вслед за взглядом. Чисто, ни одного человека, только осколки посуды на полу и распахнутые дверцы шкафчиков.

Из соседней комнаты раздались громкие быстрые одиночные выстрелы, которые почти мгновенно затихли. Выбежав из кухни, я аккуратно заглянул в комнату. Увидев Артёма и троих застреленных сектантов на полу, вошел внутрь. Артём, увидев меня, улыбнулся и сказал:

– Пегестрелял угодов, они даже пискнуть не успели. Стояли спиной к двеги, высматгивая из глубины комнаты себе цели на улице. Кстати, один всё же успел повегнуться с очень удивлёнными глазами, пгежде чем поймал пулю.

Говоря это, Артём бесцеремонно обшаривал тела сектантов, закидывая себе в рюкзак найденные у них боеприпасы. У всех троих обнаружились покрытые сатанинской символикой ритуальные ножи. Один из них Артём с гримасой отвращения рассматривал, вертя его в руках.