Земля зомби. Гексалогия (СИ) - Шторм Мак - Страница 317

Или подняться с пола после падения! Словно молния вспыхнула мысль в мозгу, не раздумывая ни секунды, я повернулся с живота на бок и, крутнувшись на полу, с силой распрямил верхнюю ногу, метя вытянутой стопой в то место, где была рука пытающегося подняться человека.

Я почувствовал, как носок моей обуви с силой врезается в препятствие, и услышал странный приглушенный возглас, а в следующее мгновение на мою ногу навалилась тяжесть. Резко одернув ногу, я опять крутнулся на боку, чтобы оказаться головой к сектанту, которому я зарядил по опорной руке, и, встав на четвереньки, полз вперёд, пытаясь его нашарить.

Нащупав спину, не отрывая ладони от тела, я быстро повел по ней рукой верх, стараясь как можно быстрее найти голову и шею. Вместо волос на затылке под рукой оказалась гладкая резина. «Вот су. а! Откуда у урода противогаз?!» – мелькнула удивлённо‑яростная мысль, которая тут же была вытеснена другой, более сильной. «Убей, убей!» – ярко вспыхнуло в мозгу. Подсунув одну руку под шею яростно мычавшего в противогазе человека, другой я приобнял его, зафиксировал руки в районе груди и навалился сверху, придавливая к полу своим весом. Он отчаянно дергался и даже смог освободить свои руки, но освободить шею из моего удушающего захвата, у него не получалось. Я, держа его кадык в согнутом локтевом изгибе, второй рукой давил ему на затылок, буквально вдавливая его гортань в свою согнутую руку.

Две‑три минуты, пока он боролся за свою жизнь и пытался разжать мою руку, казались мне целой вечностью. Я был настолько увлечен, пытаясь его удушить, что даже прозвучавшие в соседней квартире выстрелы не вызвали у меня никакой реакции. Сейчас в целом мире существовал только я и мой противник, который, борясь за свою жизнь, отчаянно пытался освободить шею из захвата.

Выстрелы затихли, а следом за ними стало слабеть сопротивление сектанта подо мной. Он затих и обмяк, перестав шевелиться, но я ещё две минуты не разжимал руку, боясь, что он решил притвориться мертвым, и, как только получит свободу, достанет нож или пистолет, и тогда мои шансы на победу резко сократятся.

Из‑за сильного напряжения я слышал, как бешено стучит моё сердце. Дыхание сбилось и приходилось глотать вонючий дым, борясь с подступающим к горлу кашлем. Разжав руку, я отпустил шею сектанта и попытался прощупать пульс у него на шее. Пульса не было, значит клиент мёртв. Я облегченно выдохнул и закашлялся.

Внезапно из глубины квартиры раздались громкие выстрелы, над моей головой, злобно свистя, пролетели пули и забарабанили по стене. Сквозь пелену дыма иногда было видно пламя дульной вспышки, но мой автомат валялся где‑то у стены, на полу, поэтому, мысленно выругавшись матом, не вставая, я скатился с убитого мною сектанта в сторону, уходя с лини огня.

Сейчас я лежал у входа на кухню, а урод, который взбодрил меня автоматной очередью, находился где‑то в глубине комнаты. Мне очень повезло, что я лежал практически на полу, а он дал очередь в расчете, что его цель стоит в полный рост, и все пули прошли выше, над моей головой.

Я затаился, вжавшись в пол и размышляя, что делать дальше. Стрельба в соседних квартирах утихла, значит Артём и Ведьма уже разобрались с сектантами, хотя у меня сейчас тоже тихо, но где‑то впереди затаился вооружённый урод. Время играло против меня, поэтому я не стал лежать без дела, ожидая, пока концентрация дыма спадёт. Стараясь не издавать ни единого звука, я пополз к противоположной стене, где лежал мой автомат.

Пришлось обползать тело задушенного мною сектанта и искать автомат, ползя вдоль стены, аккуратно шаря по полу рукой.

Когда моя ладонь нащупала приятный холодный металл автомата, я кровожадно улыбнулся. Теперь у меня в руках оружие, и по мне уже не постреляешь безнаказанно. Подумав пару секунд, я решил рискнуть и пополз вперед, медленно переставляя локти и колени, держа автомат в руках, направив его дуло перед собой. Ползти так было очень неудобно, но зато мне не придётся терять драгоценные секунды на прицеливание. По мере моего приближения к комнате, задымлённость теряла концентрацию, я полз уже не вслепую, а видя небольшой участок пола перед собой.

Перед порогом комнаты я застыл, лежа на полу, и прислушался. Ни единого звука, который мог помочь узнать местонахождение противника, мне не удалось уловить. Переборов страх и нежелание продвигаться дальше, я пополз вперёд.

В комнате явно было открыто окно, я чувствовал, как по полу сквозит воздух. С каждым сантиметром дым становился менее густой. Увидели мы друг друга практически одновременно.

Из‑за дыма я не видел его глаз и черты лица, поэтому не знаю, сильно ли он расширил глаза от удивления, когда из дымной пелены выполз я, направив на него ствол автомата. Но того, что я увидел, мне было вполне достаточно.

Сбоку от распахнутой настежь створки окна, держа в руках автомат, стоял мой противник. Увидев меня, он попытался опустить ствол автомата, который был нацелен примерно на грудь прямостоящего человека. Но, поскольку я продвигался ползком по полу, ему потребовалось чуть больше секунды, чтобы опустить ствол автомата. Я не дал ему это время. Едва завидев силуэт с автоматом в руках, который принялся опускать ствол вниз, я дал длинную очередь, держа автомат в очень неудобном положении, практически на вытянутых руках. Стреляя, оружие дергалось, посылая пули вперёд с большим разбросом, но это было неважно – с такой дистанции промахнуться было невозможно.

Сектант, нашпигованный свинцом, упал на пол, я быстро вбежал в комнату, водя стволом по сторонам, осмотрел её. Чисто, никого больше нет, можно выдохнуть. Да и вдохнуть за одно тоже, благодаря распахнутому окну дышалось тут легче, чем в густом дыму, от которого постоянно текли слезы и появился раздирающий горло сухой кашель.

Присев рядом с телом на корточки, я перевернул его на спину. Как я уже говорил, промахнуться на такой маленькой дистанции было тяжело, на одежде сектанта были многочисленные, начинавшие набухать от крови, следы от пулевых отверстий. Я разрядил в него минимум полмагазина, не оставив ему ни малейшего шанса. Лицо урода навечно застыло с заострёнными от боли чертами. Хотя, если учесть, как они истязают людей, это он ещё легко отделался. По‑хорошему, эти сатанисты заслуживали более тяжелой и мучительной смерти, а тут просто застрелил его, как бешеную собаку, и всё.

Сменив практически опустевший магазин на полный, я принялся обшаривать карманы убитого. Кроме боеприпасов, ничего ценного у него не было. Кстати, этот урод, в отличие от задушенного мною в прихожей, не имел противогаза. Получается, они были далеко не у каждого сектанта, а то я бы сильно удивился их запасливости. Сам‑то раздолбай, и никак не разживусь этой простой, но иногда очень полезной вещью. Нужно будет обязательно снять с трупа в прихожей трофейный противогаз, если он, конечно, не пострадал.

Теперь, когда адреналин отхлынул и я начал трезво мыслить, стало понятно, что никто меня специально не пинал ногой по ребрам. Сектант в противогазе просто перемещался по задымлённой квартире, явно не ожидая, что в ней кто‑то посторонний ползает по полу, и просто споткнулся об меня.

С лестничной клетки послышался голос Артёма, обращаясь ко мне, он проорал:

– У тебя там всё ногмально?!

– Да, а ты что так смело орёшь на весь этаж?!

– Дгугих вагиантов нет, пока ты там пгохлаждаешься, мы успели осмотгеть и зачистить остальные квагтигы на этаже. Вот и огу, чтобы ты не начал стгелять на негвяках на каждый шогох. Если у тебя всё в погядке, то можно гасслабиться, этот этаж полностью под нашим контголем!

– Кузьмича на тебя нет, чтобы обозвал гнидой картавой! Я тут совсем не прохлаждаюсь, ползал, как ёжик в тумане, и сделал мир чище, убив двух уёб…в, причем одного голыми руками!

– Ладно, не угчи, выходи, нам ещё один этаж следует пговегить!

– Хорошо, иду! – прокричал я в ответ и, сделав пару глубоких вдохов у распахнутого окна, вышел из комнаты.

Нащупав тело сектанта в прихожей, я взял в одну руку свой автомат, другой схватил труп за ногу и потащил по полу к выходу из квартиры.