Одиночка. Том III (СИ) - Лим Дмитрий - Страница 2

— Задача⁈ Какая задача?

Катя аккуратно отломила кусочек шоколада и положила его в рот. Она ела медленно, смакуя, будто это была не походная еда, а изысканный десерт. Её спокойствие в этой ситуации было почти пугающим.

— Задача, — наконец, сказала она, глядя куда-то поверх моего плеча, в темноту туннеля. — Да, Войнов. Или как тебя там. У всех нас есть задачи. У меня сейчас одна — очень срочная. Убить охотника А-ранга, который создаёт Белые Разломы. На это у меня осталось чуть больше двадцати двух часов. Если не выполню — система убьёт меня. Принудительная остановка сердца. Весьма банально, но эффективно.

Я фыркнул невольно. Звук получился резким в тишине пещеры. Чогот насторожился, повернув голову в мою сторону.

— Знакомо. У меня тоже было типа «убей того», «найди это», «не смейся громко по вторникам». А если не сделаешь — пеняй на себя.

Катя слушала, не перебивая, доедая свой батончик. Когда она закончила, её пальцы были чистыми: ни крошки, ни пятна шоколада.

— А эти двое… которых ты убила. Они… — продолжил засыпать её вопросами. — Зачем ты их убила⁈

— Первый был параноиком, — Катя откинула голову назад, глядя в потолок пещеры. — Он решил, что система — это заговор высших рангов, и что все, кто ею пользуется, — предатели человечества. Это было первое подобное задание от системы. Ну, связанное с убийством…

— Второй⁈

— Второй сам на меня напал. Тоже S-ранговый из Москвы… я не знаю, почему на меня упало задание, но когда я проснулась, а в моём особняке уже было с десяток трупов… знаешь ли, не было времени его обо всём расспросить.

Я слушал её и впитывал каждое слово. Мне было чертовски интересно узнать хоть что-то про систему. Откуда она, как она попала в меня и… так далее. Но… я почему-то понимал: Катя не сможет ответить мне на всё. Чуйка, мать её.

— Подсказка, — вдруг сказал я, вспомнив. — Ты сказала, что использовала подсказку! Где ты её взяла, что это⁈

Катя перевела на меня взгляд, и в её глазах промелькнуло что-то острое, настороженное. Она медленно кивнула.

— Это услуга системы, которая есть в комиссионке…

— Комиссионке⁈

— А у тебя её нет? — искренне удивилась она. — Вкладка в магазине. Где ты можешь покупать свитки, навыки, рецепты для зелий… подсказки на задания.

— Нет…

— А сам принимать задания, выбирать⁈ Тоже⁈

— Нет…

— Ох, — протянула Катя, и в её голосе прозвучало неподдельное, почти материнское сочувствие. — Бедолага. Значит, ты на самом жёстком приколе. Полный автомат. Задачи прилетают сами, отклонить нельзя, магазин урезанный… Я так в самом начале, как система появилась, полгода проходила. Потом открылся доступ к комиссионке после одного особенно мерзкого квеста на выживание. Видимо, система решила, что я заслужила право немного выбирать, как страдать.

Она покрутила в пальцах пустую обёртку, и та исчезла, словно растворилась в воздухе. Чогот, увидев этот фокус, на мгновение перестал урчать, а затем фыркнул с таким видом, будто видел и не такое. Я же почувствовал, как внутри меня поднимается волна глупой детской зависти.

У неё был другой магазин! Навыки! Рецепты! Она могла покупать подсказки, чтобы не ломиться втёмную! Моя же система вела себя как скупой и мстительный надзиратель, швыряя задания и тыкая носом в ошибки.

— Так и живём, — усмехнулся я, стараясь скрыть горечь. — Как щенок на поводке. Куда дёрнули — туда и бегу. А если упираться — получишь электрошокером по почкам. По вторникам.

— Зато ты, наверное, прокачаннее, — парировала Катя, и в её глазах блеснул азарт аналитика. — Если система тебя так жёстко ограничивает, значит, и награждает она тебя щедрее за выполненное. Прямая зависимость. Меньше свободы воли — больше мощи в кулаке. Это классика. Дай угадаю: у тебя навыки растут быстрее, статы прибавляются прыжками, а за особенно противные задания ты получаешь что-то уникальное, чего нет в магазине?

— Хрен там. Меня швырнуло…

Я только было хотел сказать, что в этот мир, но быстро прикусил язык. А зачем Кате знать, что я вообще не из этого места⁈

— Она появилась, когда мне стукнуло пятнадцать, — момент, когда я очнулся в теле Громова. — Ни с того ни с сего. До момента, когда я получил лицензию, я выполнял только ежедневные задания. Типа попрыгать, побегать. Поесть — система с какого-то хрена решала, что я голоден… слава богу, больше такой дичи нет.

— Три года назад, говоришь? — нахмурилась девушка. — Понятно… те, кого я встречала, пробудились с системой — точнее, получили её — в разные сроки. Я пока что старшая в этом плане. Ибо моей системе пять лет.

— Пять лет, — прошептал я, и это слово повисло в воздухе, холодное и тяжёлое, как глыба льда.

Она уже пять лет в этой мясорубке. Пять лет заданий, убийств и борьбы за то, чтобы просто проснуться завтра. Мои три года внезапно показались детской игрой. Чогот, почувствовав сдвиг в моём настроении, притих, уткнувшись мордой в мою ногу.

Катя наблюдала за мной, её взгляд стал пристальным, оценивающим. Она, казалось, взвешивала каждую мою реакцию, каждый мускул на моём лице.

— Да, — подтвердила она просто. — Пять. И за это время я поняла одну простую вещь. Система — не справедливый арбитр и не беспристрастный тренер. Она — инструмент. Жестокий, капризный, но инструмент. И как любой инструмент, её можно пытаться использовать. Даже если у тебя, как выясняется, самая урезанная версия. Ты говоришь, тебя швырнуло. Куда?

Вопрос прозвучал слишком прямо. Слишком спокойно. Я замер, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Сказать правду? Раскрыть свою самую большую тайну человеку, который только что пытался меня убить? Но в её глазах не было угрозы сейчас. Была усталая, циничная ясность того, кто уже слишком много видел, чтобы удивляться чему-либо.

«Надо врать дальше. Нефиг ей знать, что я на самом деле Эймон. Из другого мира».

— В другое место, — уклончиво буркнул я, глядя на свои руки. — В глухомань. Система просто… сменила декорации. Без предупреждения.

Катя медленно кивнула, как будто мои слова лишь подтвердили её догадки.

— Перемещение. Было у меня такое пару лет назад. Аж в Финляндию перенесло через разлом. Обычно как наказание или как часть особенно изощрённого квеста. Значит, твоя система действительно любит держать тебя за яйца. Интересно… — она замолчала, её пальцы бессознательно постукивали по колену. — У меня есть теория. Ты не первый, кого я встречаю с таким… жёстким сценарием. Все они были сильнее, быстрее, живучее других. И все они, Войнов, долго не жили. Система их сжирала. Выжимала все соки заданием за заданием, пока они не ломались или не гибли, пытаясь совершить невозможное.

Её слова легли в тишину пещеры, как камни в могилу. Чогот заурчал глубже, прижимаясь ко мне.

«Это как шутка про осла с двумя морковками. Одна у жопы, другая у морды. Рамки! Самые типичные рамки!»

— Ты хочешь сказать, что я — на расстрельном конвейере?

— Я хочу сказать, что у тебя нет выбора, кроме как стать настолько сильным, чтобы этот конвейер сломался о тебя, — парировала Катя. — Ты не можешь покупать подсказки, не можешь выбирать задания. Значит, твой единственный шанс — прокачивать то, что дают, до абсолюта. Выжимать из каждого навыка, из каждой точки статов максимум. И искать свои собственные лазейки. Как этот твой разлом. Это же и есть твоя лазейка, да? Личное пространство для прокачки.

Я молча кивнул.

— Ну, значит, качайся. А то кинет тебя на другого системного охотника, и тебе яйца отрежут.

— Так что насчёт того А-ранга? — сменил я тему, чувствуя, что разговор заходит в философские дебри, а у меня от всего этого уже начинало слегка дымиться из ушей.

Катя вздохнула, и её бравада на миг угасла, обнажив усталость.

— Насчёт того А-ранга всё просто, — Катя оторвала взгляд от стен и посмотрела прямо на меня. — Я купила подсказку и получила местоположение цели. Сектор 17. Новгород. Группа, зарегистрированная на B-разлом рода Распутиных. То есть эта «ашка», по идее, должна была быть либо тобой, либо хилером Алисой.