Не оставляй меня! (СИ) - Ширкунова Резеда - Страница 26

— Дядя Теодор, я недавно разговаривала с учителем, и он мне сказал очень интересную вещь.

— Этот вечно бурчащий старик чем-то смог удивить тебя? — улыбнулся Теодор.

— Посмотрим, каким он сам станет, когда перевалит за триста, — съехидничал Тавор Карнези, услышав слова внука.

Девушка рассмеялась.

— Учитель услышал, что ты сказал, дядя.

— А еще я хотел сказать, что вспомнил. Можно обратиться к родовому камню.

— Ох ты ж. Я совсем упустила из виду, что такое можно сделать, — произнесла Ириска. Дядя, хватит пить, пошли к родовому камню.

— Зачем? — удивился он, уже изрядно захмелев.

— Пошли, узнаешь чуть позже.

Они спустились в подвал. Вода возле родового камня забурлила и успокоилась, словно ожидая вопроса, с которым пожаловали люди.

— Дядя, как звали твоего сына?

— Ансел, — не понимая, к чему ведет девочка, ошарашенно ответил на ее вопрос. — Но зачем это тебе?

— Сейчас поймешь!

Девочка подошла к камню и попросила его показать, где находится мальчик Ансел Карнези и пустила немного магии. Именно так велел сделать учитель.

Вода под камнем забурлила и покрылась тонкой пленкой тумана. Через несколько минут все это рассеялось, и перед ними возникла карта, где крупными буквами было написано «Бернэйское герцогство». Маленькая красная точка светилась возле города Енак.

Ириска обернулась к Теодору и увидела, что он стоит бледный и правой рукой держится за сердце. Тут же послав в него лечебную магию, она подбежала к нему.

— Ты давно знала?

— Сегодня после разговора кое с кем, просто предположила и, как видишь, удачно.

Как только Теодору стало легче, он подошел к карте и увеличил ее. Красная точка указывала на мэрию города Енак.

— А как ты узнала, что так можно сделать?

— Через учителя. Странно, что ты не догадался об этом.

— Почему ты так думаешь? Я в первую очередь подумал об этом, но у меня не было магии, чтобы попросить родовой камень о помощи, а в роду, кроме меня, никого не осталось.

— Что же не воспользовался этим, когда принял нас в род? — удивилась девушка.

— Видимо тут две причины. Во-первых, я был полностью уверен, что они погибли оба — жена и сын. К такому выводу пришли и маги, которые проводили дознание. Вторая причина, это банальный страх услышать и увидеть вновь, что близких нет в живых. Второй раз я бы не выдержал такого потрясения.

— Но сейчас же ты спустился со мной.

— Учитывая то, что я не знал, что ты собираешься делать, поэтому и спустился. Если бы знал, близко бы не подпустил… Но… Спасибо, девочка моя.

Теодор обнял свою названную дочь.

— Что ты сейчас предпримешь? — поинтересовалась Ириска.

— Хочу поехать в Бернэйское герцогство, надеюсь, у меня получится там узнать что-нибудь.

— Может, мне с тобой?

— Нет, милая, я возьму с собой Стана, вдвоем мы сумеем справиться с любыми неприятностями, — улыбнулся опекун.

Когда они поднялись в гостиную, Теодор тут же убежал в комнату приводить себя в порядок. Ириска помнила, что у него в столе была настойка, которая полностью убирала взаимодействие алкоголя на организм.

— Учитель, приглядывай за ним, пожалуйста, — попросила девушка.

— Я-то буду приглядывать, но если что-то пойдет не так, помочь в любом случае не смогу.

— А ты сразу сообщи мне, я что-нибудь придумаю, — улыбнулась призраку Ириска.

— Придумает она, героиня нашлась, лучше бы за собой приглядывала, — бурчал недовольно Тавор Карнези.

Уж очень ему не хотелось оставлять девушку без пригляда.

Вечером ни Стан, ни опекун домой не вернулись. Видимо, сразу же переместились в герцогство. Теодор сказал, что до города после портала еще надо будет добираться в карете. Но сколько им ехать, не знала. Приняв вечером душ, она завалилась с книгой в постель, но почитать не получилось, бессонная прошлая ночь сморила ее, и она заснула крепким сном.

Темная фигура, спрятавшаяся за высоким кустом, выглянула, осмотрела быстрым взглядом дом и вновь спряталась. Дождавшись, когда свет погаснет в комнате на втором этаже, высокий крупный мужчина постоял еще час в своём укрытии и только после этого, выйдя, огляделся. Он взглянул на открытое окно спальни девушки, и его лицо исказилось злобной усмешкой.

Глава 27

Город Енак напоминал сказочный городок, утопающий в зелени и цветах. Маленькие улочки и переулки были вымощены камнем. Дома стояли близко друг к другу, сверкая крышами, раскрашенными всеми цветами радуги. Теодор и Стан, проделав немаленький путь, наконец-то добрались до мэрии.

Теодор остановил Стана.

— Я не знаю, как начать разговор по поводу сына, и куда конкретно обратиться, — сказал он, затормозив у двери.

— Мне кажется, дядя Теодор, надо обратиться к начальнику тайной канцелярии.

— Почему так решил? — изумился Теодор.

— Ты сам работаешь в этой системе, я тоже, так почему не помочь сослуживцу, хоть и работаем в разных герцогствах. Мы занимаемся одним делом.

— Договорились.

Они вошли в здание мэрии. За маленьким столом сидел дежурный, который по удостоверениям пропускал сотрудников. Теодор вынул свой жетон и показал стражнику.

— Нам надо к начальнику тайной канцелярии.

— Сейчас, господин Карнези.

Он подозвал к себе молодого юношу и велел проводить двух мужчин в кабинет начальника тайной канцелярии.

Кабинет господина Талма Бриса находился на втором этаже. Вначале молодой человек зашел предупредить, что к начальству пожаловали неожиданные гости и только потом пропустил их вперед. Обычный кабинет, как и у всех начальников, с минимальным количеством мебели. Большой стол, громоздкий шкаф, несколько стеллажей, и вдоль стен расположенные стулья.

— Прошу, господа, меня зовут Талм Брис. С кем имею честь разговаривать?

— Я сотрудник тайной канцелярии города Логрена Теодор Карнези, а это мой воспитанник Стантин Нероль-Карнези, также является нашим сотрудником.

— Очень приятно. Не думаю, что вы просто ради знакомства оказались так далеко от дома? Что же вас привело сюда?

— Честно сказать, я даже не знаю, как начать. Дело в том, что я разыскиваю своего сына Ансела. Двадцать лет я считал его мертвым, погибшим при пожаре вместе с матерью, но меня надоумили обратиться к родовому камню. Он мне показал, что мой сын находится в этом городе и указал на ваше здание.

— Да, двадцать лет, это большой срок. Вы знаете, что в нашем здании кроме сотрудников, находятся в подземных казематах задержанные, по которым на данный момент ведутся следствия?

— Знаю, господин Брис.

— Подскажите еще раз, как зовут вашего сына?

— Ансел. Ему сейчас должно быть двадцать два года.

Господин Брис нажал какую-то кнопку, и в кабинет зашел подтянутый светловолосый сероглазый юноша.

— Позови мне Ансела Рабора.

Через пять минут в кабинет постучались, и вошел молодой темноволосый юноша со слегка вьющимися волосами и словно грозовая туча глазами.

— Вызывали, господин Брис?

Хозяин кабинета ничего не сказал, лишь перевел взгляд на господина Карнези. Юноша резко повернулся в ту сторону и обалделым взглядом уставился на мужчину.

— Отец, — пронеслось по кабинету, словно удар молнии.

— Сын, — вскрикнул Теодор и, схватив сына за плечи, притянул к своей груди. Только сейчас, смотря на двоих мужчин, было заметно сходство между ними, словно его молодая копия стояла перед Теодором.

Они еще долго не могли оторваться друг от друга, а господин Брис довольно улыбался, наблюдая за встречей отца и сына.

— Извините, господин Брис, — оторвавшись от объятий отца, произнес счастливый юноша.

— В честь такого дня, вам, Рабор, я даю отпуск на неделю.

Поблагодарив начальство, они выдвинулись к дому Ансела. Когда первые эмоции от долгожданной встречи улеглись, юноша стал рассказывать, что произошло много лет назад.

— Я договорился, что ребята возьмут меня с собой на рыбалку. Вспомнив, что для рыбалки, кроме удочки, нужны и червячки, я спустился вниз и вышел во двор, чтобы пробраться в огород. Неожиданно я услышал скрип калитки и притаился, думал, что это воры пожаловали к нам. Но мужчина, посмотрев на окна, лишь хмыкнул и, вызвав огонь, стал поджигать дом со всех сторон. Я хотел закричать, чтобы мама успела выскочить, но в этот момент мне зажали рот и унесли. Я потерял сознание. Когда пришёл в себя, понял, что меня спас дядька Стен, наш кучер, если ты помнишь. Я долго плакал, зовя маму, но все было напрасно, затем накинулся на нашего кучера, что вместе со мной он не спас маму. Тот не отворачивался от моих детских кулачков, лишь молча сидел, опустив голову. Устав, я присел рядом и вновь стал плакать. Тогда Стен посмотрел на меня и произнес: «Надо было спасать или тебя, или твою маму, я выбрал тебя. Извини, малыш».