Не тот Хагрид (СИ) - Савчук Алексей Иванович - Страница 6

Для поддержания гибкости суставов мне прописали постоянные занятия растяжкой и спортом. Так что в мой распорядок добавилась обязательная утренняя зарядка с гимнастикой, отжиманиями и планкой в конце. В летнюю пору мы с отцом постоянно выбирались на окрестные озера и реки — рыбачили и плавали. Плавание оказалось особенно полезным: вода поддерживала мое тяжелое тело, а движения получались более плавными и естественными.

С улучшенной моторикой мне стало гораздо легче помогать по хозяйству. И наконец, я нашел ряд занятий, где помощь была бы действительно ощутимой. Таковой стала обработка магических растительных реагентов. Их зачастую нельзя обрабатывать магией — иначе могут потеряться или ослабнуть волшебные свойства. Растения нужно очищать от земли руками, аккуратно мыть, разделять на части. В основном требовалось отделять корни и цветки от стеблей, все это раскладывать и сушить на специальной дровяной сушилке. Или, например, нужно было шелушить шишки, похожие на кедровые, добывать масла из волшебных культур на ручном прессе. Вот тут моя сила пригождалась очень сильно — даже взрослому человеку требовались бы усилия, что бы справиться с таким прессом, а для меня это была просто игра.

Даже простое мытье, вытирание и просушка разных волшебных плодов, когда их было много, превращалось в довольно трудозатратное занятие. Заготовка, фасовка, хранение. В этом случае все это производилось по магловски.

Кроме того, часть саженцев волшебных растений выращивалась в горшках. Если подготовительную работу для посадки отец выполнял с помощью магии, то дальнейший уход за всходами, ростками и взрослыми растениями тоже производился обычными методами. Полив, подсыпание питательных составов в землю, вынос горшков на солнце утром и уборка их в дом к вечеру — все это теперь стало моими обязанностями. И я был рад, что могу наконец приносить отцу действительно ощутимую пользу.

Глава 3. Два мира

Когда Роб убедился, что я достаточно подрос и окреп (хотя я и был по прежнему совсем маленьким по человеческим меркам), он начал брать меня с собой в лес, постепенно расширяя границы наших прогулок. Роберт был настоящим охотником и мастером бушкрафта и передавал мне все свои знания. Сначала это были недолгие вылазки по безопасным, хорошо знакомым ему окраинам. Учеба обычным, маггловским премудростям: как ориентироваться по солнцу и мху на деревьях, как разводить огонь без спичек, используя лишь кремень и трут, как строить простые укрытия от непогоды из веток и лапника. Хотя в кремне я подозревал наличие магии — слишком легко он выдавал искры, да и слишком много их было.

Но затем он показывал мне, как магия делает все это несравнимо проще и быстрее. Зачем часами выслеживать оленя по следам, если можно произнести заклинание, и тропинка под ногами сама подсветится едва заметным серебристым светом, указывая путь к добыче? Зачем рисковать, собирая грибы и ягоды, если можно направить палочку на корзину, и она сама наполнится только съедобными и спелыми плодами? А если нужно, то грибы и ягоды еще и высохнут моментально вплоть до совсем порошкового состояния, что бы их было легче нести домой. К слову сбор таких обычных даров леса было одной из статей нашего семейного дохода.

С такой подготовкой, думал я про себя, золотое трио не знало бы горя в своих скитаниях по этому самому лесу. Им не нужны были бы никакие палатки с чарами расширения. Я видел, как мой отец, если нам нужно было заночевать в лесу или даже просто укрыться от дождя на время, делал нечто невероятное. Он, практически как маг земли из мультика про аватара Анга, которые я смотрел в прошлой жизни, несколькими взмахами палочки и тихими гортанными заклинаниями буквально выращивал из-под земли уютную землянку, с печкой, столиком, лежаками и даже небольшими окошками, затянутыми мутным, но стеклом. А утром, перед уходом, он так же быстро возвращал все почти в первозданный вид, оставляя после нас лишь слегка примятую землю.

Для этих походов отец снарядил меня по полной программе. Он сшил для меня несколько комплектов удобной одежды и обуви на разные сезоны. Из-за моего аномального роста ему пришлось использовать более дорогие материалы и накладывать сложные чары постоянной подгонки, чтобы вещи "росли" вместе со мной. В результате моя одежда больше походила на артефакты из сказок, чем на утилитарные вещи. Мне достался и собственный жилет, и плащ с карманами, зачарованными на расширение, которые мы вместе наполнили полезными вещами: мотками веревки, огнивом, запасом провизии и даже денег двух миров. Папа также вручил мне мои первые настоящие инструменты: личный арбалет и набор зачарованных болтов, топорик, бОльший бытовой нож и меньший специальный ножик для разделки туш с изогнутым лезвием и заточкой по внутренней стороне.

Мое обучение практическим навыкам началось еще дома, с простого: отец показал, как правильно забивать и ощипывать кур. Тут же мне устроили стрельбище и я тренировал стрельбу и из своего и из отцовского самострелов. Именно самострелов, ведь тетиву в них вручную взводить не надо было.

В лесу эти знания пригодились, когда мы добывали диких птиц, а потом все более и более крупных животных. Сначала мы перешли к кроликам и зайцам, и я научился их свежевать и готовить на костре. Позже пришла очередь дичи еще крупнее: косуль, кабанов и даже лосей. Апофеозом моего обучения стала охота на волков, из шкур которых мы вместе с отцом сделали теплый, мягкий ковер и положили его на пол в моей комнате.

Все время у меня напрашивался вопрос об уместности арбалета и огнестрельном оружии, но я одергивал себя. Вопрос явно не для трехлетнего необразованного ребенка.

Лишь спустя какое-то время, убедившись в моей силе, сообразительности и навыках, он стал водить меня глубже, в те части леса, где обычные тропы сменялись еле заметными магическими. Там, в скрытых от посторонних глаз лощинах, росли светящиеся мхи, а цветы пели на рассвете. Мое обучение вышло на новый уровень. Он начал учить меня основам магозоологии и магоботаники прямо на живых примерах, показывая безобидных лукотрусов, сливающихся со стволами деревьев, или объясняя, как правильно собирать сонные бобы, чтобы не уснуть на неделю. Но такие походы были пока очень редкими. Отец сильно беспокоился за меня, постоянно повторяя, что магический лес смертельно опасен для того, кто не может защитить себя волшебной палочкой.

Вскоре наши путешествия перестали ограничиваться только лесом. Раз в неделю, а то и чаще, мы отправлялись в маггловский мир. Папа целенаправленно возил меня по всем окрестным городам и деревням, которых вокруг леса Дин оказалось великое множество. Он показывал мне этот мир, в котором я теперь жил. Особенно много было шахтерских поселков — угольные шахты были разбросаны по всей округе, и отец торговал с шахтерами охотнее всего.

Мы продавали излишки своих продуктов: яйца, зелень, овощи и фрукты, а также дары леса — ягоды и грибы в свежем и сушеном виде. Но основной доход приносило ремесло. Отец с помощью магии изготавливал огромное количество разных веревок — от тонкой бечевки из обычной опавшей листвы до прочных канатов из волокон лесных растений. Они пользовались постоянным спросом у нескольких проверенных покупателей. Та же история была с картоном и оберточной бумагой. Роб производил их из всего, что под руку попадется — та же листва, опилки, сено.

Хуже, но продавались и простые бытовые вещи из дерева — дверные и мебельные ручки, кружки, половники и ложки. Отец делал их, не применяя никаких инструментов, просто держа в руках кусок дерева и водя вокруг него палочкой. Я подозревал, что это была какая-то форма трансфигурации.

Через какое-то время я узнал, что длинными зимними вечерами отец примерно тем же способом производит и стеклянные вещи. Как простые — фонари, лампы, даже защитные очки для автомобилистов и пилотов, так и более сложные — фигурные вазы или елочные украшения. Постоянно он плел с помощью магии корзины. Изготавливал из лозы, шпона и соломы шляпы, циновки, короба, вазы, шкатулки. В городские магазины игрушек он сдавал шахматные наборы и резных лошадок разных размеров, а еще обычные кораблики и кораблики в бутылках. Но эти позиции продавались ни шатко не валко. На дворе ведь самый пик великой депрессии. Тем не менее, все эти ручейки вместе создавали вполне приличный по размеру доход.