Смерть зимы - Ольховская Влада - Страница 3

Именно пронизанных, не покрытых снаружи, это Марк с такого расстояния хорошо разглядел. Лед не пришел извне и не пробил их насквозь, они сами стали льдом. Каждая капля воды, находившаяся в их теле, попросту замерзла. Так не могло произойти – не должно было, люди замерзают насмерть иначе! Но кому это доказывать, если все уже случилось?

Они не готовились к смерти, а потому не пытались спастись. В позах этих людей не сохранилось ни намека на страх, напротив, они оставались спокойны до последнего. Они понимали, что дела их плохи, но они надеялись выжить, ведь совсем недалеко, по другую сторону от группы, стоял их транспорт… тоже превратившийся в гигантскую льдину.

Мороз не убил их, он вырвал их из мира живых и перенес не в царство смерти, а в царство зимы, ведь они стали не трупами, а частью Великого Белого Ничто.

– Ты знаешь, кто это? – спросил Марк.

– Кочевники, – кивнул Дагмар. – Те, у кого нет постоянного дома. Они тоже занимаются собирательством. Потом нам же и продают то, что не успели собрать мы.

– Больше не будут.

– Да… эти не будут.

Если эти кочевники прожили достаточно долго, чтобы познакомиться с Дагмаром и примелькаться в Семи Ветрах, они не были ни глупы, ни наивны. Они наверняка пережили не одну зиму, они знали, какие опасности таят в себе пустоши в этот сезон. Но сейчас они даже не насторожились, это явно было необъяснимо – совсем как всплеск энергии, который уловил Марк.

Сейчас он ничего не чувствовал. Он проверил окружение на коды, однако не обнаружил и намека на них. Оборудование, которое возили с собой кочевники, перестало работать по понятным причинам, а больше рядом ничего и не было…

Теперь уже не было, изначально было. Марк отошел в сторону, чтобы получить возможность взглянуть на группу под другим углом. Ему сразу показалось, что покойники стоят как-то странно: не движутся вместе, а выстроились кругом. С другой стороны можно было различить, что они застыли вокруг чего-то необычного, напоминающего черный куб диаметром примерно в метр. Похоже на какое-то оборудование… Но скрытое наледью, как и мертвецы. Марк пытался вспомнить, видел ли он нечто подобное в Черном Городе или Семи Ветрах, однако вариантов не нашлось.

– Вы знаете, что это? – уточнил он у своих спутников.

– Нет, такого мы еще не находили.

Оно не могло просто появиться на снегу из ниоткуда. Марк предположил бы, что его привезти с собой кочевники, но тогда они бы не пялились на прибор в таком изумлении. Похоже, они съехали с дороги специально, чтобы его изучить – и, получается, попали в ловушку? Но если так, она сработала один раз, сейчас Марк не находил в ней ни намека на энергию.

– Вы собираетесь везти это в Семь Ветров? – спросил он.

– Да, это выглядит как ценность, – подтвердил Дагмар. – Возможно, оно повреждено льдом, но разбираться с этим будут конструкторы. Или ты считаешь, что оно опасно?

– Не похоже… Никакого излучения нет.

– Наши сканеры тоже ничего не показывают. В качестве меры предосторожности мы будем перевозить это на крыше, должно быть достаточно. Если конструкторы заплатят, это хоть как-то оправдает нашу поездку.

Дагмар кивнул двум проводникам, и они двинулись вперед. Марк пошел за ними – не чтобы помешать, а чтобы изучить прибор до того, как его поднимут и, возможно, собьют последние настройки или вообще разрушат. Он не ожидал подвоха – да, они отдалились от дороги, но они все равно оставались на равнине, понятной, предсказуемой, давно изученной.

По крайней мере, так было раньше. Но что бы ни убило людей, землю оно тоже не пожалело. Сначала Марк уловил тот особый, ни на что не похожий звук, с которым расползаются трещины по льду. Последнее предупреждение, последний шанс спастись, и Марк хотел бы воспользоваться им – он просто не успел.

Долина прямо под ними разлетелась на крупные осколки, увлекая и мертвецов, и трех живых в ледяную бездну.

Геката понимала, что поступила правильно, разрешив эту миссию. Начать хотя бы с того, что Марк не ребенок, который нуждается в наставлениях, если он захотел выйти в зимние пустоши, это должно быть важно. Да и потом, они ведь знали, что продавец игрушек скоро проявит себя… Он сделал рискованную ставку, когда использовал значительную часть своих ресурсов сразу после их прибытия. Он надеялся посеять смуту, в идеале – добиться гражданской войны, это понятно. Но теперь он проиграл и обязан реагировать.

Он слишком осторожен, чтобы бросить на охоту за чужаками все свои силы, наверняка у него хватает неиспользованных трюков. Но он уже понял, что нужно нечто большее, он должен был привезти это в Семь Ветров – и явно не со стороны Черного Города! Если принять все во внимание, предчувствие Марка становится еще важнее. Если бы кто-то другой перехватил сигнал, Геката бы его сама из города вышвырнула на разведку, не дожидаясь, пока он проявит должный энтузиазм.

Но все-таки это Марк… Геката понимала, что подобная привязанность не сулит ничего хорошего. Та часть ее души, которая опасалась предательства с самого начала, требовала убить его все настойчивей. Впрочем, она припозднилась, и требования эти больше напоминали детские капризы… Геката с печальной обреченностью осознавала, что убить уже не сможет.

– Вы проявляете удивительную заботу о своих людях, – прозвучало у нее за спиной.

Геката не вздрогнула и не обернулась, она прекрасно знала, кто к ней подошел. Может, ее способности и ограничивал блокатор – но она все равно оставалась Воплощением Черного Города. Агата еще не вошла в комнату, а Геката уже распознала ее приближение – по звуку шагов, по запаху, даже по дыханию.

– Я просто прогуливаюсь по городу, – равнодушно отозвалась Геката.

Ветер квартала развлекателей подошла ближе и тоже посмотрела на снежную пустошь, раскинувшуюся за затемненным в зимний сезон окном. У них не было назначено никаких встреч, и Геката предпочитала не оставаться с лидерами наедине – местные слишком любят интриги и сплетни, зачем давать им лишний повод? Но раз уж Агата нашла ее сама, шарахаться она не собиралась.

– Вы прогуливаетесь от одной наблюдательной площадки к другой, и все они выходят на ту сторону, в которую ушла экспедиция, – смиренно сообщила Агата.

– И какой из этого следует вывод?

– Только то, что вы хороший руководитель миссии. Это вдвойне важно, если учитывать, какая судьба постигла вашего коллегу.

– Да, высокое положение не всегда спасает от печальной участи. Я могу чем-то помочь вам, Ветер Агата?

– Не смею и мечтать о таком. Мне просто тоже захотелось полюбоваться красотой зимы.

Геката сильно сомневалась, что хотелось ей именно этого, но реагировать на намеки она не собиралась. Ее зрению снежная слепота не грозила, поэтому она, не моргая, всматривалась в горизонт. Она предпочитала не думать, зачем это делает.

Глава развлекателей не спешила уходить. Геката не смотрела на нее, но видела ее отражение в окне, и от нее не укрылась печальная улыбка, отразившаяся на лице Ветра.

– Я не всегда жила в Семи Ветрах, вы знали? Думаю, да, вы пришли на переговоры подготовленной, это внушает уважение. Раньше меня не особо привлекал дом, я не боялась мира, мне казалось, что свобода дороже всего. Я любила только танцевать… Потом – танцевать и человека. Но с этим тоже можно жить свободно.

Гекате хотелось намекнуть на отсутствие принципов и разборчивости, но она сдержалась. Ее собеседница дала понять, что не стесняется своего прошлого – даже той его части, о которой она теперь рассказывать не стала, но без которой слабая молодая женщина не смогла бы выжить в пустошах.

Если ей нравится называть все это танцем, то и пожалуйста.

– В момент, когда я поняла, что хочу любить только одного человека, стало ясно, что просто порхать по жизни больше не получится, – продолжила Агата. – Он дал мне повод измениться – он принял меня такой, какая я есть.

«Значит, тоже неразборчивый, отличная пара», – мрачно подумала Геката, однако снова предпочла помолчать.