Смерть зимы - Ольховская Влада - Страница 8

Он как раз проходил по узкой тропинке между грядок, когда она стала у него на пути. Крупная женщина с решительным видом направляла на него пусть и старое, но неплохо сохранившееся оружие. При таком раскладе Зоран поднял руки быстрее, чем начал думать, сработали инстинкты.

– Нет причин для насилия! – заверил он. – Я не вторгался, я здесь по приглашению!

– По какому еще приглашению? – поинтересовалась она. – Ты на моей земле, а я тебя не звала!

Сначала Зорану показалось, что она из старшего поколения – что было совсем уж обидно, потому что женщины старшего поколения его традиционно любят. Но, присмотревшись повнимательней, он разглядел, что она молода, еще и тридцати нет, просто она рослая, крупная и одета дурацки, в какие-то грязные серые тряпки. Может, вообще местная сумасшедшая? Тогда дела его плохи!

Зоран начал в панике подыскивать роботов, которых мог бы взять под контроль. Кое-что нашел, но в основном сервисные дроны, простенькие, и они далеко, он их вряд ли перегонит достаточно быстро. Что тогда делать, кричать и звать на помощь? А вдруг это заставит сумасшедшую выстрелить? В том, что ее потом казнят, Зоран не находил никакого утешения. Может, и не казнят даже, если она тут из него удобрение сделает!

Но прежде, чем впасть в панику из-за превратностей собственной судьбы, Зоран успел услышать поблизости новые голоса, женские и обращенные явно не к нему.

– Селия, что ты делаешь?!

– Мать твою, ты где этот пердадрон взяла?!

По тропинкам вдоль грядок к ним теперь спешили еще две молодые женщины, похожие на обладательницу ружья, но явно улучшенные модели. Одна тоже была не красавицей, на взгляд Зорана – слишком мускулистой, с короткой стрижкой, но она хоть сразу выглядела на свой возраст, да и определенная привлекательность черт все-таки сохранилась. Вторая и вовсе оказалась очаровательным созданием, тоненькая такая, худенькая… чем-то неуловимо похожая на Леони, и это сходство ударило больнее, чем ожидал Зоран.

Обе женщины, уже не обращая внимания на грядки, подбежали ближе и закрыли гостя собой. Стриженая бросала на него неприязненные взгляды, вряд ли она ему сочувствовала, просто знала, кто он такой. Младшая же повернулась к нему и низко поклонилась:

– Простите, пожалуйста, произошло недопонимание!

Зоран, уже готовый ругаться, замер в смущении, не зная, как реагировать. Ему никогда не кланялись, как Воплощению какому-то! Не похоже, что она смеется, она действительно считает, что он достаточно важен для этого…

В себя его привел окрик тетки с ружьем:

– Ли́тти, совсем сдурела?

– Ты скажи, сдурела или нет! – осадила ее стриженая. – Нам проблемы новые понадобились? Предыдущие кончились, надо пополнить запас?

Худенькая девушка не обращала на них внимания, она говорила только с Зораном:

– Прошу извинить моих сестер… Я Литти Кашби́р, это мои сестры, Селия и Маргет.

– И это наша земля! – рявкнула Селия.

– Я на нее и не претендовал! – напомнил Зоран. – Я спросил у ваших главных, где мне ходить можно, где – нельзя. Сказали, что везде можно.

– И это, конечно же, правда! – поспешила заверить его Литти. – Еще раз прошу нас простить, давайте я вам покажу, что у нас тут и как!

Она махнула в сторону рукой, и сначала Зоран думал, что это она его так приглашает, а потом оказалось, что она просто подала знак сестре. Маргет разобралась во всем быстрее, она отняла у Селии оружие и потащила сестру в дом.

Литти осталась, ободряюще улыбаясь гостю. Зоран не нуждался в ее помощи, но и прогонять не стал: возможно, от нее будет толк. При том, что продавец игрушек мог спрятать паразитов где угодно, это явно нечто новое. Так может, местные его тайник как раз заметили?

Первая его догадка подтвердилась, Литти и правда оказалась из числа местных старожилов. Она и ее сестры родились здесь, а сама семья Кашбир относилась к основателям города. Впрочем, Зоран давно уже заметил, что тут каждый основателем назваться готов, особенно перед чужаками, которые все равно ничего не проверят.

Литти повела его сначала вдоль грядок, потом дальше, в густой сад, поднимающийся вверх, как тут принято, и скрывающий своды зала. Она называла растения, которые их окружали, и вещала что-то про урожай, но Зоран толком не слушал, он наблюдал за сканером.

Ничего необычного, никакой радиации, никакого неопознанного излучения… Хотя стоило ли ожидать, что все будет так просто?

– Так почему ваша сестра хотела приветствовать меня подарочным выстрелом? – спросил Зоран.

– Думала, что вы вор. Простите.

– Разве здесь бывают воры? Насколько я понял, в ваш квартал очень тяжело попасть!

– Так свои же и воруют, – пожала плечами Литти. – Зимой всегда с едой проблемы, а тут еще и с урожаем не очень… Были поломки с полгода назад, простаивало оборудование, за это время часть растений погибла. Сразу это было не так заметно, но мы-то знали, что получение урожая даст отложенный эффект. Нам с девочками еще и сложно… С тех пор, как умер отец, а за ним и муж Маргет, мы едва справляемся… Но не одни мы такие, кому сейчас легко?

– У всех свои сложности, – рассудил Зоран. – Пожалуй, труднее всех тем, у кого еще со здоровьем проблемы. Есть у вас тут люди с неизлечимыми болезнями? Или с протезами?

– Да я про всех и не знаю, – растерялась Литти. – Могу про нас с сестрами сказать – полностью здоровы, нет никаких протезов! Вы не подумайте, что я жалуюсь, мы справимся! Просто я хочу, чтобы вы знали: Селия не имеет ничего против вас лично, это… такое время.

Время как раз было идеальное – с точки зрения продавца игрушек. Вполне возможно, он причастен к поломке оборудования. Он создал сложные условия, в которых нуждающихся в помощи будет больше. К таким людям легче подобраться, особенно если они больны, работать надо, денег на протез нет… Он мог бы предложить им то, что наверняка казалось выгодной сделкой – до того момента, как в голове у них оказывался паразит.

Но подобный подход не объяснял, где он этих паразитов прячет. Ни оборудование, ни подсказки Литти не давали Зорану ничего толкового. Это вроде как должно было лишить его сил, а по факту превратилось в вызов, один из тех, которые в детстве вдохновляли его на новые изобретения.

Продавец игрушек наверняка уже празднует победу, он знает, что его питомцев нельзя найти, и в этом прав. Но он забыл и о втором варианте…

Их можно выкурить.

В одну секунду мир был, пусть и не идеальный, но понятный. А в следующую он просто исчез, сменился грохотом, треском, криками, белым сиянием, отраженным десятками льдин, которое ослепляло и стремительно сменялось тьмой.

Марк не ожидал ничего подобного, но сориентировался он мгновенно, жизнь научила. Он призвал роботов, сразу перевел на максимальную скорость. Пожалел о том, что изначально поднял в воздух всего трех, но исправить уже ничего не сумел бы. Да и этих трех было бы достаточно, если бы под ним не провалилась земля!

Так не должно было случиться. Марк решил бы, что это ловушка для него, но ведь вместе с ним рухнули и два проводника. Они знали эти места, знали, что нет здесь никаких расщелин… откуда, только не при таком типе равнин! Но спорить с реальностью бесполезно, бездна была, и роботы полетели в нее следом за людьми.

Марк ни в чем не ошибся, он даже успел довести робота вниз достаточно быстро, схватиться за металлический корпус… Но не удержаться на нем. У зимы во всем свои правила, и то, что получилось бы еще неделю назад, теперь стало невыполнимой задачей. Он попросту соскользнул с «Птицы», а вести машины дальше мешали крупные льдины. Ему пришлось переключить роботов на автопилот, просто чтобы не потерять их.

Он не представлял, на какую глубину его затянет, каким будет падение… выживет ли он после этого! Но неизвестность длилась лишь пару секунд, а потом его приняли темные ледяные воды.

Это было плохо. Уж лучше бы он рухнул на твердую поверхность! Да, переломал бы пару костей, но с таким нейромодуль справится. А вода… У воды совсем другие правила, особенно когда темно, когда со всех сторон гигантскими китами ныряют льдины, рухнувшие вместе с ним. Ну и холодно, конечно, как же холодно… На миг Марку показалось, что это – финал, пустоши подготовили очередную ловушку, то, что природа прошлого никогда не допустила бы. Люди рухнули в жидкий азот, который сейчас превратит их в такие же безжизненные кристаллы, как те, что стояли наверху. Одно связано с другим, они узнали, что случилось с собирателями, просто им это не поможет.