Гений рода Дамар 7 (СИ) - Кольцов Игорь - Страница 14

— Тогда перспективы сектора Рамсей крайне туманны.

— Хранитель Империи плюс два имперских рода, — задумчиво протянул император. — Неплохо, но недостаточно… Организуй-ка мне встречу с Адрианом Эксара. Неявно и ненавязчиво, на каком-нибудь большом рабочем совещании. Намекну ему, чтобы тоже поискал себе в союзники имперцев. И даже подсоблю, если захочет.

— Понял, сделаю.

— И Чуйми прикрой, — добавил император. — Они должны остаться в секторе, несмотря ни на какие действия Рамсей.

— Сделаю.

Глава 9

На следующее утро Торм принес мне письмо из имперской канцелярии. Точнее, он всю почту принес, но это письмо лежало сверху, а мой порученец еще и отдельно его мне на стол положил. Указывать мне, что делать, парнишка не мог, но делал все, чтобы самые важные вещи я не пропустил.

Я сразу же вскрыл письмо. Начальник градостроительного департамента, в ведении которого находились, в том числе, и все сделки с недвижимостью, предельно вежливо просил меня выделить время на встречу с ним. В любое удобное мне время, хоть прямо сегодня.

На самом деле, я ждал чего-то подобного.

Договоры о покупке поместий на защитной линии родами Чуйми и Рачи у рода Дамар ушли в имперскую канцелярию вчера. Приемная, где почту раскидывали по разным департаментам, работала на удивление оперативно, так что наши договоры наверняка еще вчера дошли по назначению.

И я могу себе представить ошеломление чиновников.

Это аристократам уже очевидно, что кровную привязку можно снять. И то не всем, а только роду Рамсей и тем, кого они втянули в свою аферу по выкупу поместий на защитной линии. Ну и их ближайшим друзьям, с которыми посвященные сочли нужным поделиться горячими новостями.

А бюрократы вряд ли в курсе.

Для начальника градостроительного департамента наши с Чуйми и Рачи договоры должны выглядеть как полный бред. Как можно продать привязанные к крови рода поместья?

Тут сами собой напрашиваются мысли о том, что это то ли афера, то ли и вовсе мошенничество. Причем непонятно, кто кого обманывает. Имперские роды, по идее, не должны возглавляться идиотами. Уж на то, чтобы проверить статус чужих родовых поместий, их возможностей должно было хватить. Но и предположение о том, что шестнадцатилетний мальчишка способен обвести вокруг пальца имперские роды при столь очевидном раскладе, звучит странно.

Зарегистрировать такую сделку молча нормальный бюрократ просто не мог.

А ответ на вопрос, с кем из этих сумасшедших стоит поговорить, очевиден. Зачем беспокоить уважаемых глав имперских родов, если можно спросить с мальчишки? К тому же, он продавец, говорить с ним логичнее. И неважно, кем именно он окажется в итоге, мошенником или жертвой.

Так что я попросил Торма уведомить начальника градостроительного департамента о том, что я приеду через пару часов, и распорядился готовить выезд. Получаса Тахиру хватит, чтобы собрать мой отряд сопровождения и проверить машины, а мне — чтобы мельком просмотреть остальную почту.

К слову, ничего интересного в почте больше не оказалось. Пара приглашений на приемы, несколько просьб ускорить установку рунных улучшений на машины на нашем с Ашу автосервисе, пара пространных вежливых посланий с прицелом на возможное сотрудничество, но пока без какой-либо конкретики.

В градостроительный департамент я приехал ровно через два часа.

Начальник департамента ждал меня в своем кабинете, и меня сразу провели туда.

За столом сидел худощавый мужчина лет пятидесяти с поседевшими висками и цепким взглядом почти черных глаз. При моем появлении он встал.

— Господин Дамар, приветствую, — склонил голову он. — Позвольте представиться, Кайто Джамаат, наследник рода Джамаат.

— Приветствую, господин Джамаат, — кивнул в ответ я.

О начальнике градостроительного департамента я успел кое-что найти в сети по пути сюда.

Джамаат — молодой род, им еще и трехсот лет нет. Ни богатством, ни влиянием не выделяются, живут почти как простолюдины, в небольшом загородном доме с крошечной прилегающей территорией. Про их бизнес мне в сети ничего не попалось, зато указывалось, что несколько членов рода служат Империи. То есть они работают. И, вполне вероятно, на эти деньги и живут.

В плане влияния, по сути, у них есть должность наследника. Вот этого самого, который стоит передо мной.

Однако вставал и склонял голову он не поэтому. Материальное положение вообще редко служит основанием для каких-то послаблений в этикете. Разве что для родов из десятки сильнейших, и то это скорее неофициальные вещи.

Пропасть между нами в том, что я — глава древнего рода, а он — наследник молодого. И если глава и наследник — это хоть и разные статусы, но в некоторых случаях сравнимые, то молодой род ставит его значительно ниже меня в иерархии аристократов.

И в этом смысле я ему сочувствую.

Ему и со мной-то нелегко будет говорить о деле, которое он явно считает какой-то аферой, а уж с Чуйми или Рачи ему и вовсе ничего не светило. Там не просто древние, а еще и имперские роды. Ближники императора фактически. Это не совсем правда, но именно так к ним относится вся страна.

— Располагайтесь, господин Дамар, — натянуто улыбнулся Джамаат и жестом указал на кресла в стороне от его рабочего стола. — Боюсь, нам с вами предстоит долгий разговор.

Я нейтрально улыбнулся в ответ и двинулся к креслам.

Когда мы устроились друг напротив друга, а секретарь принес чай и удалился, наследник Джамаат попытался было завести светскую беседу. Нет, я понимаю, уголок отдыха и чай располагают, но мы не в его доме, а в государственном учреждении. И пригласил он меня по делу.

— Господин Джамаат, — мягко улыбнулся я, — ничего не имею против общения с вами, но предлагаю все-таки сначала обсудить дела. Мы с вами все-таки занятые люди.

— Да, конечно, господин Дамар, — поспешно кивнул он. — Прошу прощения.

— Не стоит, — качнул головой я. — Странно было бы упрекать вас за вежливость. Так, зачем вы хотели со мной встретиться?

— У меня сразу несколько вопросов, господин Дамар, — слегка улыбнулся Джамаат. — Давайте начнем с договоров купли-продажи, которые вчера поступили на регистрацию. В них продавцом значитесь вы, а покупателями роды Чуйми и Рачи.

— Все верно, — кивнул я. — Что с ними не так?

— Эм… господин Дамар, а как вы собираетесь передавать поместья покупателям? — осторожно поинтересовался Джамаат. — Разве поместья не привязаны к крови вашего рода?

— Пока привязаны, — кивнул я. — Но это не проблема. Я могу снять эту привязку в любой момент.

Джамаат вытаращился на меня не столько с удивлением, сколько с подозрением. Точнее, его скорее удивила моя предполагаемая наглость. Все-таки я сейчас сказал то, что в его картине мира попросту невозможно.

— Каким образом? — все же уточнил он.

— Тайна рода, — ответил я.

И осознал, что у нас проблемы.

Раскрывать подробности ни начальнику градостроительного департамента, ни уж тем более наследнику рода Джамаат я не собираюсь. А без этого он мне не поверит. Слишком долго считалось, что снять кровную привязку с поместья на защитной линии невозможно. Без потери титула, по крайней мере.

Но становиться простолюдином я явно не собирался, и Джамаат это понимал.

— Боюсь, я вынужден настаивать, господин Дамар, — нахмурился он. — Я не могу зарегистрировать сделку на неотчуждаемое имущество рода. А оно у вас стало именно таким после того, как вы провели кровную привязку.

Я задумчиво смотрел на чиновника.

Формально я могу его просто послать. Неотчуждаемым имущество рода не становится само по себе. Даже если есть кровная привязка, и о ней известно, — тоже вопрос, кстати, как чиновники это узнали, — я все равно должен подать соответствующее прошение и его должны подписать и зарегистрировать.

Но фактически и Джамаат может тянуть с регистрацией сделки под соусом подозрения о мошенничестве. Это сейчас он вежлив и пытается всячески обойти острые углы. Если же я не пойду ему навстречу, он имеет полное право придержать сделку, которая имеет сомнительные признаки. А что может быть сомнительнее действующей кровной привязки? Любая инстанция вплоть до императора, которая будет разбирать наш конфликт, встанет на его сторону.