Осколки Протокола. Пенталогия (СИ) - Уленгов Юрий - Страница 242

Дерьмо… Слона‑то я и не приметил. Действительно, на крыше платформы была смонтирована пулеметная турель, а по бокам вращали стволами на подвижных кронштейнах деструкторы. Пока тварь огонь не открывала, возможно, у нее просто кончились боеприпасы… Но именно что «пока» и «возможно».

– И как ее убить? – пробормотал я, невольно пятясь.

«Рекомендую отступление. Вероятность успешного поражения объекта имеющимися средствами – менее двенадцати процентов».

Замечательно. Конечно, это все еще на двенадцать процентов больше, чем нихрена, но все равно звучит как‑то… Пессимистично. Пожалуй, я в кои‑то веки согласен с мнением Симбы и склоняюсь к тому, чтобы воспользоваться его советом. Если, еще, конечно, не поздно…

– Это что за хрень? – за спиной прозвучал голос Ли. Я обернулся.

– Вообще‑то я надеялся, что это ты мне скажешь, – хмыкнул я.

– Я что, по‑твоему, большая мировая энциклопедия? – буркнул китаец. – Я, вообще‑то, пилот, а не эксперт по аномальным механоидным формам жизни.

– Жаль. Очень жаль, – пробурчал я. – Рокот! – проговорил я в рацию. – Предлагаю свалить, не вступая в бой с этой… Химерой, блин. Что думаешь?

– Категорически поддерживаю, – отозвался тот. – Термобаров у нас не осталось.

– Ну а хрен ли тогда замерли? – резко сменил тон я. – Валим отсюда к чертовой бабушке! Уходим! В лес, живо!

И в этот момент тварь пришла в движение. Турель на крыше дернулась, повела стволом, и плюнула короткой очередью. Одновременно с обеих сторон открыли огонь деструкторы, а сама платформа, качнувшись, двинулась в нашу сторону, с каждой секундой набирая скорость.

И без того рассредоточенные бойцы ринулись врассыпную. Я прыгнул в сторону, уходя от пулеметной очереди, вспоровшей покрытый обломками асфальт совсем рядом, перекатился, въехал во что‑то плечом, и, выругавшись, снова вскочил на ноги.

– Ходу, ходу! – крикнул я. – Лиса, Шило, Серый! Вылезайте из своей нычки и за мной! Рассредотачиваемся! Тремя группами – в лес, с обеих сторон твари, живо!

Дважды повторять никому не пришлось.

На первый взгляд затея выглядела безумной: зачем бежать вперед, навстречу механическому монстру, если правильнее отступать назад? Вот только если бы мы ломанулись обратно – химера гарантированно нас бы догнала: расстояние до той чащи, из которой мы выбрались, было слишком велико. Кроме того, чтобы добраться до леса, нам пришлось бы пересечь большой открытый участок, а в том, что на нем тварь окажется быстрее нас, я почему‑то не сомневался. А уж о том, что на открытом пространстве механическая нечисть попросту расстреляет нас из бортового вооружения, как в тире, и говорить не стоило. В общем, мы разделились, обходя химеру с обеих сторон, и, укрываясь за обломками коттеджей, ринулись вперед.

Через несколько секунд мы поравнялись с механоидом, и я на миг задержался, невольно восхищаясь габаритами и мощью твари. Но – лишь на миг. Потому что в следующий стрела качнулась, бетонобойный снаряд прогудел в воздухе и врезался в разделяющую нас стену.

Раздался треск и грохот, стена взорвалась кирпичным крошевом, крыша просела и рухнула, поднимая облако пыли. Химера прошла сквозь дом, как через картонную коробку, даже не замедлившись. Обломки сыпались с ее корпуса, застревали между ногами – ей было плевать.

Твою мать.

– Быстрее! – заорал я. – Не останавливаться!

Мы неслись по улицам разгромленного поселка, петляя между руинами. Справа от меня мелькнула тень Гэла – пес несся рядом, прижав уши. Чуть позади – Лиса и Шило, девушка буквально тащила раненого за собой. Серый, тяжело дыша, замыкал нашу маленькую группу.

Слева, за домами, слышались крики и топот – там продвигались Гром и группа Рокота. Позади грохотали и сминались ломающиеся конструкции. Химера шла за нами. Не бежала, нет, но ей было достаточно и этого.

Я обернулся на бегу – и тут же пожалел об этом.

Химера перла напролом, не разбирая дороги. Дом на пути? Плевать. Стрела качнулась, шар врезался в стену, и двухэтажный коттедж сложился, как карточный домик. Тварь даже не замедлилась – переступила через обломки и двинулась дальше.

Турель на крыше плюнула очередью. Пули взрыли землю в нескольких метрах позади нас, высекли искры из остова брошенной машины. Рядом, но не точно. Пока не точно.

– Сюда! – крикнул я, сворачивая в переулок между двумя полуразрушенными домами.

Узкий проход, завалы мусора под ногами, торчащая арматура… Хреново для бега, но хоть какое‑то укрытие от прямого огня.

Справа полыхнуло синим – отработал деструктор. Плазменный сгусток врезался в стену впереди нас, выжег в кирпиче дымящуюся воронку. Жаром обдало лицо даже на расстоянии.

– Не останавливаться! – рявкнул я.

Проскочили переулок, выскочили на следующую улицу. До края поселка – метров сто. Может, чуть больше. Там – деревья. Лес. Спасение.

Если успеем.

Слева, из‑за угла, вывалилась группа Рокота. Впереди, обезумевшим носорогом, не разбирая дороги, несся Молот. За ним – Гром, Вьюга, Ли. Рокот – замыкающим.

– Все целы⁈ – крикнул я.

– Пока да! – отозвался Рокот. – Но эта сука не отстает!

Словно в подтверждение его слов, позади раздался грохот. Химера вывернула из‑за домов, снеся угол ближайшего коттеджа. Рипер на ее борту крутил оптикой, выискивая цели. Нашел. Турель развернулась…

– Врассыпную! – заорал Рокот.

Мы бросились в стороны. Очередь прошла между нами, вспоров асфальт. Кто‑то – кажется, Шило – вскрикнул, но продолжал бежать. Значит, не задело. Или задело несильно.

Молот на бегу развернулся и вскинул пулемет.

– Молот, не надо! – крикнул я.

Поздно.

Шестистволка взревела, выплевывая поток свинца. Пули застучали по броне химеры, высекая искры, рикошетя во все стороны. Без толку. С таким же успехом можно было плевать в танк.

Зато тварь обратила на него внимание.

Манипулятор с буром качнулся, потянулся к Молоту. Громила едва успел отпрыгнуть – бур врезался в землю там, где он только что стоял, взметнув фонтан земли и асфальтовой крошки.

– Я же сказал – не надо! – рявкнул я. – Бегом, идиот!

Молот не стал спорить. Развернулся и припустил к лесу, догоняя остальных.

До деревьев оставалось метров пятьдесят. Сорок. Тридцать.

Химера не отставала. Шла за нами, методично, неумолимо. Каждый ее шаг – пять‑шесть метров. Математика не в нашу пользу.

Двадцать метров.

Стрела качнулась. Я услышал свист рассекаемого воздуха и инстинктивно нырнул в сторону. Бетонобойный шар пронесся мимо, врезался в землю прямо перед Серым. Того отшвырнуло ударной волной, он покатился по земле, вскочил – и, к моему удивлению, продолжил бежать. Живучая крыса.

Десять метров.

Мы влетели в подлесок.

Ветки хлестали по лицу сквозь открытое забрало шлема, корни цеплялись за ноги. Молодняк, кустарник, папоротники – все это смыкалось вокруг, скрывая нас от глаз. Я слышал, как ломятся сквозь заросли остальные – треск, ругань, тяжелое дыхание…

Спасены?

Ага. Как же.

Позади раздался треск. Не треск ветки под ногой – треск ломающихся деревьев. Твою мать… Только не говорите мне, что…

Я обернулся.

Химера вошла в подлесок. И подлесок для нее был… ничем. Помехой уровня высокой травы. Молодые деревца ломались под ее ногами, кусты сминались в кашу, и тварь перла вперед, не замедляясь ни на секунду.

Твою мать. Твою мать. Твою мать.

– Глубже! – крикнул я. – В глубину леса! Там стволы толще!

Мы ломились сквозь заросли, не разбирая дороги. Ветки били по броне, цеплялись за экипировку… Гэл несся рядом, то и дело оглядываясь – пес чуял опасность за спиной и явно хотел оказаться от нее как можно дальше. Разделяю твои чувства, блохозавр. Очень даже разделяю.

Подлесок закончился, начался настоящий лес. Старые деревья – березы, сосны, осины. Толстые стволы, переплетенные кроны. Здесь она точно застрянет. Должна застрять.