"Фантастика 2026-20". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Панченко Андрей Алексеевич - Страница 248

Раз, два, три… Я глубоко вдохнул и очень аккуратно, как совсем недавно это делал с разрывом, стал гнать энергию по магическим каналам. Только тогда я направлял её из источника, а сейчас, наоборот, тянул.

Ничего не произошло. А если сильнее?

Ещё один вдох и…

От мощного удара по ладоням я вскрикнул и, отшатнувшись, едва не упал. Пальцы онемели, но на губах появилась довольная улыбка, ведь я отчётливо ощутил, что по моим каналам прошли два потока. Альфа и Дельта. То есть магия земли и огня.

Хорошо! Я потряс руками и, вернувшись к барьеру, снова положил на него ладони. А теперь все то же самое, но землю и огонь надо пустить в обратном направлении.

Погнали!

Я сконцентрировался и уже с шестой попытки сумел запустить одновременные потоки. А когда они достигли пальцев…

— Твою мать! — от неожиданности воскликнул я и резко отдёрнул провалившиеся сквозь барьер руки.

Да! Да! ДА!!!

Немного аналитики дома и практики на месте — и вуаля, я раскрыл секрет, о котором во всём мире знают единицы! Если вообще кто-то знает. И это, без преувеличения, золотая жила, ведь в ямах закрытого типа могут быть неизвестные и, соответственно, очень ценные монстры и ресурсы.

Я глубоко вдохнул и вдруг осознал, что всё ещё стою в одиночестве в чрезвычайно опасном месте. Да ещё и темнеет.

Хорошего понемножку!

Я бегом вернулся к машине и, резко развернувшись, поехал во Фролово.

— Двадцать три ноль-ноль, барон, — прошептал лежащий рядом со мной в высокой траве Митрич.

Ответить я не успел, меня опередила зашипевшая на поясе рация.

— Это Женек, — раздалось из динамика. — Они сменились, можете выходить.

— Вперёд, — скомандовал я и первым выскочил из зарослей кустов на опушке леса. Прямо перед нами раскинулся километр колхозного поля, а за ним высилась ограда Афонино.

Всего фроловцев вызвались участвовать семнадцать человек. Ещё троих, как и обещал, привёл Максим, и Петя взял двоих неплохих ребят: Серегу и Боряна. То есть суммарной численностью мы превосходили противника почти в два раза.

Вот только бандиты засели на огороженной территории участка тёти Лены, и у них явно было больше опыта в убийстве людей. Поэтому в лоб атаковать мы не собирались.

— Твою мать! — вырвалось у кого-то, когда он, споткнувшись о грядку, рухнул прямо на картофельную ботву.

— Тихо! — шикнул Митрич и, убедившись, что упавший поднялся, ускорил бег.

Через десять минут мы достигли стены и, немного отдышавшись, с помощью поданной патрульными большой лестницы перебрались внутрь.

Здесь нас уже ждали Женя и ещё пяток афонинских мужиков.

— Делитесь на группы поровну, — прошептал Женя. — Эти ребята отведут вас на места. Сидите там тихо, связь по рации.

— Только помните! — Митрич сурово посмотрел на притаившихся бойцов. — Никто не должен уйти!

Условие, что все бандиты умрут, было основным из тех, на которых жители Фролово согласились помочь. Одно дело, если тридцать отморозков просто исчезнут, и можно сказать, что они сгинули в яме. Совсем другое — тридцать трупов и разборки с полицией.

Как сказал Митрич: убьёшь гниду, а дадут как за человека.

Разумеется, против этого пункта требований я никаких возражений не имел.

Прикрываясь темнотой, люди исчезли во дворах, а мы направились в сторону громко звучащих голосов. Там с десяток афонинцев отмечали рождение несуществующего племянника своего земляка Генки.

— Осторожнее, тут поленница, — шепнул Женя, когда мы перелезли через забор и оказались на нужном участке.

— Да, спасибо, — буркнул я, потирая ушибленную коленку.

В большом доме Генки ярко горел свет, и мы, уже не прячась, распахнули дверь и вошли.

— О! Ещё двое! А у меня сегодня племянник родился! Сашкой назвали! — вскочил из-за богато накрытого стола счастливый новоиспечённый лжедядя, отлично имитируя пьяного.

Или не имитируя, но я всё-таки надеялся на первое.

— За это надо выпить!

Женя достал бутылку и протянул её Гене.

— Что, уже? — поморщившись, тихо спросил тот.

— Да! За твоего Сашку до дна!

— Ну, за Сашку.

Генка выдохнул и выпил отраву. В прямом смысле отраву. Что точно намешали деревенские, я не знал, но обещали, что минут через пять Генке станет достаточно хреново. Он побледнеет, покроется потом и, если повезёт, будет даже задыхаться.

— Доктора! — прохрипел отравленный.

— Рано! — усмехнулся Женя.

— Самое время! Что-то мне уже нехорошо.

— Эй, что с Генкой⁈ — вдруг закричал круглолицый блондин Денис. — Смотрите, он бледный весь!

— Чё, правда? — Генка испуганно завертел головой.

— Да нет, мля, — толкнул его в кресло Женя и приложил ладонь ко лбу друга. — О! Ещё и жар! Отравился! Щас помрёт! Срочно нужен доктор! А его в ту комнату, в кровать.

— Так доктор только у Ленкиных есть! — вступил в игру крупный лысый мужик по имени Стас. — Харитон, давай сбегаем!

— Так они деньги попросят!

— А вам денег на меня жалко⁈ — крикнул Генка, которого уже взяли под руки. — Друзья называется! Хрен с вами! Я сам заплачу, сколько захотят, бегите, я умираю!!!

Стас и Харитон тут же обулись и выскочили в июньскую ночь. Оставалось надеяться, что доктор Толик не где-нибудь на втором этаже ямы. Но вроде как его совсем недавно видели.

— Продолжаем бухать! — вполголоса скомандовал Женя. — Только тихо и грустно, мы переживаем за нашего больного товарища.

— Эх, Генка, Генка, надеюсь, он выживет. — Сморщенный старичок Олег разлил воду из водочной бутылки. — Ну а в крайнем случае у него племянник родился, так что, считай, плюс один, минус один, равно ноль. То есть равенство и гармония во Вселенной. Бог дал, Бог взял!

А может, и не воду они там разливают…

— Тебе лучше пойти туда. — Женя посмотрел на меня и указал пальцем в комнату, где страдал Генка. — Там ниша есть за шторкой, мы оттуда соленья уже вытащили, ты как раз поместишься.

— Понял. — Я кивнул и пошёл к отравленному.

Он, кстати, действительно побледнел и на глазах терял пыл.

— Слушай, Миш, — еле слышно позвал он, — а они точно не переборщили с зельем-то этим?

— Нет, так и должно быть, иначе не поверят, — ответил я и спрятался за ширмой.

Отличное место прямо напротив кровати.

Потянулось томительное ожидание, прерываемое лишь просьбами Генки, если что, всё его имущество отдать любимой Дашке, чтобы она всё честно разделила.

Дашка, кстати, так же, как и ещё несколько деревенских женщин, рвалась поучаствовать в операции, но их не взяли, подготовкой они явно уступали той же Лизе.

Толик не торопился, и я уже начал нервничать, когда по крыльцу застучали ботинки и дверь распахнулась.

— Вон там! — крикнул кто-то, и в мою комнату ввалились сразу трое бандитов.

Высокого светловолосого лекаря я узнал сразу, во-первых, по той самой змее, оплетающей чашу у него на шее, а во-вторых, по белому халату, который он зачем-то нацепил.

— А у меня сегодня праздник, — собравшись с силами, выдохнул Генка. — Племянник, Сашка, родил… то есть родился.

— Да! — подхватил кто-то из соседней комнаты. — Эй, мужики, идите выпейте, за здоровье обоих!

Сопровождающие ломаться не стали и сразу же исчезли, даже любезно, чтобы не мешать доктору, закрыли дверь.

— Что болит? — усевшись на стуле спиной ко мне, спросил Толик.

— Всё болит! — простонал Генка. — Возможно, съел что-то не то!

— Рвота была?

— Нет…

— А…

Следующий вопрос лекарь не задал, потому что я взял его шею в захват и провёл перед глазами лезвием ножа.

— Дёрнешься, убью! Кивни, если понял!

Толик судорожно кивнул.

— Твои дружки тебе не помогут. Те, что в соседней комнате, уже трупы, а скоро и остальным кранты. Ты единственный, кто, если повезёт, может выжить. Ты понял?

Снова кивок.

— Я барон Жаров, племянник Елены Константиновны Журавлевой, и специально вместе с бойцами прибыл из Рязани, чтобы покарать вас уродов… Тётя Лена говорила, что ты нормальный пацан, и у тебя два выхода: первый — сотрудничество, второй — мгновенная смерть.