Старый, но крепкий 10 (СИ) - Крынов Макс - Страница 54

— Дозволено ли мне будет остаться руководителем этого филиала?

Гуань-ди покачал головой.

— Это я тебе точно не разрешу. Да и как ты себе это представляешь? Руководитель должен находиться на своем рабочем месте. — Он помолчал, и я уже приготовился к худшему, как вдруг он добавил: — Но я поговорю с Крайслерами, чтобы взамен этого цеха и филиала тебе отдали филиалы в Вейдаде и Циншуе. Как ты на это смотришь?

Я моргнул. Вейдаде и Циншуй? Два филиала? Это было… Пожалуй, это более чем щедро. Я уже видел, как можно развернуться в Циншуе, учитывая остров с травами. Придумаю, как использовать и ресурсы Вейдаде.

— Сугубо положительно, — ответил я, чувствуя, как на губах сама собой расплывается улыбка. — Но можно еще одну просьбу? Она вряд ли потребует от вас каких-либо ресурсов.

— Сперва выскажи эту просьбу, а там и решим.

— Я прошу, чтобы Крайслеры освободили от клятв всех работников филиала здесь, в Заставном, и отпустили их на все четыре стороны. — Я говорил быстро, чувствуя, как внутри разгорается жар. — Иначе их, за то, что они работали со мной, попросту затравят. Слишком много они знают, слишком много видели. А гвардейцы… — я запнулся, упомянув солдат, пришедших ко мне за исцелением.

— Я не буду забирать людей у Дома алхимиков. Придумай что-нибудь другое.

— Тогда я могу забрать их с собой в Циншуй, — пожал я плечами, не сдаваясь. — А тамошних работников можно отправить сюда. Или в столицу — там уж пусть Крайслеры решат, как их распределить. А гвардейцев тянуть за собой в Циншуй, пожалуй, излишне. Там попросту не нужна такая мощная охрана. — Я сделал паузу, собираясь с мыслями. — Возьму пятерых, для своей семьи, а остальных, уж простите, все-таки предложу использовать для защиты Крепости. Они пошли против руководства, чтобы скинуть с себя ярмо ядовитых эликсиров. Если они останутся в Доме, их тихо придушат поодиночке, как смутьянов, и никакой пользы королевству они не принесут. А так — заменят погибших защитников. Поверьте, они сами против не будут.

Я замолчал, ожидая ответа. Гуань-ди смотрел на меня почти безразлично, в его глазах не было ни гнева, ни одобрения.

Прошло несколько долгих, тягучих секунд.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Я позабочусь об этом.

И, не сказав больше ни слова, бог войны развернулся и зашагал прочь. Его широкая фигура в сером ханьфу куда скромнее моего, быстро удалялась по пустынной утренней улице.

Я проводил его взглядом, чувствуя странную смесь облегчения и тревоги.

Чувствовал ли я, что меня отжимают в сторону от власти и ресурсов? Нет, не чувствовал. Моей главной целью в минувшем аду, в прошедшей бойне было не допустить прорыва тварей с Диких земель. И эта цель была достигнута. Все остальное — лишь сопутствующие бонусы.

Я постоял еще минуту, глядя на то, как солнце медленно поднимается над стенами Заставного, заливая светом выщербленные камни и свежие заплаты на месте недавних боев.

Где-то за Крепостью все еще рыскали остатки орды, но это уже была не моя забота. Мне нужно в Циншуй — домой, к семье и двум новым филиалам, которые нужно превратить в нечто большее, чем простые лавки по изготовлению и продаже зелий.

Я глубоко вздохнул, втягивая прохладный утренний воздух, и направился в цех — готовить записи по рецептуре для столичных алхимиков.

Утро второго дня сборов выдалось хлопотным. Я стоял посреди главного зала филиала, оглядывая гору коробок, тюков и сундуков, которые предстояло отправить в Циншуй. Здесь были и книги из коллекции Квейта, и запас зелий — крохотная часть от уже сваренного. Вокруг сновали работники — те, что решили отправляться в Циншуй. С ними — двенадцать гвардейцев-добровольцев помогали с погрузкой имущества филиала в три крытых фургона, запряженных крепкими, привычными к долгой дороге духовными лошадьми. Караван должен выступить через два дня, но подготовка началась уже сейчас.

Я прошелся по опустевшим коридорам филиала. Эхо шагов гулко разносилось под сводами. Странное чувство — покидать место, которое за последние недели стало почти родным. Но сейчас с защитой Крепости справятся и без меня. Тварей сюда приходило все меньше — Древо, путешествуя по пустошам, словно гигантский пастух, согнало все живое в одну чудовищную орду, которую мы истребили под корень. Оставшихся за глаза хватало и Раккару для охоты, и практикам на стене, чтобы не скучать в перерывах между медитациями и пьянками в тавернах.

Вышел на улицу. Шел медленно, наслаждаясь пребыванием в Заставном. Прошел мимо лоточника, мимо девочки, гладящей куцую кошку.

Услышанный обрывок разговора заставил меня замедлить шаг. Двое практиков в пропыленных плащах обменивались у колодца то ли слухами, то ли свежими новостями.

— … своими глазами, говорю тебе! — горячился один, коренастый мужчина с глубоким шрамом на скуле. — Фигура в черном шла по холмам, а звери от него врассыпную. Те, которые рядом были, обращались в прах!

— В прах? — недоверчиво переспросил второй.

— Ну, может, и не в прах, но дохли на месте. Будто их сама смерть коснулась.

Я отвел взгляд и пошел дальше, пряча усмешку. Чи искупал свои грехи. Ирония судьбы! Или алхимика, который его судьбу и подправил?..

Я дошел до особняка Фаэра. Стол в кабинете был завален бумагами. Отчеты, накладные, списки — всего этого добра накопилось за последние дни с избытком. Но я открыл стол и увидел там пять глиняных табличек. Простые, невзрачные, с вечно меняющимися рунами. Рядом с ними, в маленьких стеклянных флаконах, поблескивала бледно-золотистая жидкость — зелья с ослабленными эссенциями чести. Я не помнил, когда успел их сварить, но рассмотреть эссенции смог весьма просто.

Комбинация зелья с табличкой должна была дать человеку силу системы, но оставить его, собственно, человеком. Не позволить скатиться в безудержную жажду власти или безумие.

Я осторожно завернул таблички в бумагу и уложил их на дно дорожного рюкзака, рядом с флаконами. Задумка была простой: раздать их тем, кому я доверял безоговорочно.

Первая отойдет Самиру. Брат из заносчивого счетовода давно превратился в настоящего управленца. Ему табличка поможет развить бизнес и защитить семью, когда меня рядом не будет. И, что немаловажно, сделает его сильнее — на случай, если Крайслеры решат напомнить о себе.

Вторая для Сяо Фэн. Разум мечницы все еще был опутан эликсиром Гуань-ди. Я смог лишь немного ослабить его действие, вернуть часть подавленных эмоций. Она по-прежнему не верила, что находится под контролем, и проводила дни либо в Диких землях, либо в Крепости, истязая себя тренировками. Но теперь она позволяла себе и другие дела и изредка даже улыбалась. Возможно, табличка и усиливающее зелье смогут дать ей силу противостоять внушению или хотя бы дадут возможность стать сильнее, чтобы однажды сбросить оковы. В любом случае я продолжу работать над эликсирами — вернуть ей личность будет моим долгом перед самим собой. За него у меня никто не спросит, но я сам себе не прощу, если не решу этот вопрос.

Третья — для Мэй Лань. Наставница одержима печатями и рунами, а с системой она сможет создавать формации, о которых даже мечтать не смела. Целые города под защитными куполами, порталы, связывающие отдаленные уголки королевства — ее талант в сочетании с системой мог изменить мир. Пусть там нет навыка рунолога, но система может улучшить память, дать связанный с математикой навык или иной, опосредованно помогающий стать лучше в изготовлении формаций.

Четвертая для Гуса. Мечник, открывший школу для бедных, не искал власти, не жаждал богатства. Он просто хотел защищать слабых, учить их. Табличка даст ему силу для этого.

Пятая табличка… Пятая пока останется у меня. На всякий случай.

Закинув на плечи рюкзак, я покинул особняк, пешком вышел за ворота, отошел подальше от городских стен и шагнул в Тень.

Первый прыжок перенес меня на опушку знакомого леса. Второй, третий, пятый… Перерыв на отдых, и девятый прыжок принес меня к секте, на вершину пологого холма, поросшего клевером. Там я остановился, вдохнул полной грудью чистый, прохладный воздух, пахнущий травой и цветами.