Рэдсон (ЛП) - Донер Лорен - Страница 11

— У него нет компаньонки?

— Нет. Я жила с ним, поэтому вариант с человеческой компаньонкой его не интересовал, — ее наполнило чувство вины. — Дедушка не хотел рисковать. Она могла бы в любой момент предать его. Рассерженные женщины опасны и могут начать мстить. Раб крови тоже не рассматривался. Все равно, что встречаться с роботом. Большинство вампиров, у которых есть кровавые рабы, — это эгоистичные засранцы с полным отсутствием сострадания. Дедушка ценит человеческую жизнь. Женщину-вампира тоже нельзя было приглашать в дом, ведь я была лакомым кусочком. К тому же когда вампир находит компаньона, то разделяет с ним свою собственность, чем я и являлась.

— То есть, она имеет право укусить любого сотрудника, живущего в доме?

— В значительной степени. Вампирские штучки. Если в доме живет человек, значит вампир считает его своей собственностью. Дедушка противник подобных взглядов. Но компаньонка была бы другого мнения.

Между ними снова повисло молчание. Эмма чуть не заснула. Тут Рэдсон вновь заговорил:

— У тебя когда-нибудь была горячка?

Вопрос шокировал ее.

— Эм, нет.

— Уверена? — его голос стал глубже.

— Я бы заметила.

— Ты спала только с людьми?

— Ага. Мы сторонились общества других вампиров. К тому же их больше интересовала бы моя шея, чем личность. А ликаны не переносят, когда на их территории появляется вампир. Если на меня дважды смотрел незнакомец, то мы сразу переезжали. Поскольку за нами охотятся, мы решили не обращаться к вамп-ликанам, потому что дедушка не хотел подвергать кого-либо из вас риску.

— Призвав клятву крови.

— Да. Это было последнее средство.

— Тебе когда-нибудь раньше приходилось убегать из его гнезда?

— Нет, но мы часто переезжали. Дедушка отправил меня сюда одну, потому что вампиры, которые пришли в наш дом, были из Совета вампиров. Значит, Эдуардо добрался до серьезных людей. Кроме того он, вероятно, беспокоился о пытках и выдаче местонахождения убежища.

— Совет может подключить на твои поиски все гнезда.

— Знаю. Поэтому я оказалась там, где нет гнезд. Хоть дедушка и не уточнял, но я обо всем догадалась.

Рэдсон вздохнул.

— Спи, Эмма.

Она еще плотнее закуталась в одеяло, наслаждаясь теплом и пытаясь забыть, что спит с обнаженным парнем. Прошло десять лет с тех пор, как она делила постель с мужчиной. Впрочем, не стоило сравнивать эти ситуации. Тогда речь шла о романтических отношениях.

Мысль о сексе с Рэдсоном казалась немного пугающей. Вамп-ликан выглядел грубым… и не был человеком. А еще он имел склонность к физической активности. Он наверняка постоянно тискал бы ее.

Был бы он настойчивым любовником? Брал бы ее в любой момент, когда пожелает?

Концепция казалась странно привлекательной.

«О чем я думаю? Он не в моем вкусе. Мне нравятся податливые, добрые парни в костюмах, которые открывают двери и говорят красивые слова».

Она искренне сомневалась, что у Рэдсона было что-то большее, чем потертые джинсы. Парень был слишком приземленным, чтобы заботиться о внешности… И имел огромный недостаток в лице отсутствия социальных навыков.

Жизнь с дедушкой возлагала на нее большие надежды. Черт, ее воспитывал вампир возрастом более четырехсот лет. Он открывал двери для женщин и обладал безупречными манерами… короче, был настоящим джентльменом. Конечно, парень, лежащий сейчас с ней в постели, не мог похвастаться тем же.

У Рэдсона тоже были клыки… и этот рык… но он был слишком грубый.

«А еще у него есть девушка», — напомнила она себе. Хотя это была не настоящая девушка. Они всего лишь хотели немного пожить вместе, пока не найдут настоящие пары.

Другая мысль пришла ей в голову. Какая она, та самая пара?

«Даже не думай о нем в таком ключе», — приказала себе Эмма. Если она влюбится в Рэдсона, то лишь разобьет свое сердце. Сложность, которую стоило избегать. Жизнь и так была полна разочарований и боли.

Рэдсон не был человеком. Даже если бы они полюбили друг друга, то в какой-то момент в игру могла вступить сама природа, подкинув ему настоящую пару.

Глава 4

Рэд проснулся из-за каменного стояка, вызванного ароматом Эммы.

Он замер, молча оценивая ситуацию. Во сне девушка повернулась к нему лицом и уютно прижалась к его боку. Ее пышную грудь от его тела отделяла лишь тонкая материя. Голова Эммы покоилась у него на плече, а его рука каким-то образом обвилась вокруг ее спины. Каждый вздох девушки дразнил его горло. При желании, он мог бы легко дотянуться до ее губ.

Член дернулся под одеялом. Одна нога Эммы была согнута в колене и лежала слишком близко к члену. Вторая нога вытянулась вдоль его тела, из-за чего женская пятка находилась рядом с его икрой. Напоминание о том, что он был намного выше и крупнее ее.

Рубашка, которую Эмма натянула на ночь, задралась, поэтому он отчетливо ощущал мягкость ее кожи. Одна из ее ладошек покоилась на нижней части его живота… опять же, слишком близко к члену.

Было так просто перекатиться, подмять девушку под себя, рывком сорвать с нее нижнее белье и окунуться в рай. Он мог бы оказаться внутри нее еще до того, как она проснется.

Член вновь сильно дернулся. Вот только его смущала миниатюрность Эммы… не говоря уже о том факте, что она была по большей части человеком. Вероятно, она не обрадуется, если обнаружит Рэда сверху… но ведь она уже была в его постели, на его территории, возле его тела. И Эмма первая начала прижиматься к нему…

«ЧЕРТ!»

Он зарычал и оттолкнул девушку, откатившись в другую сторону и избавившись от теплого одеяла. В комнате было прохладно. Рэд услышал, как изменилось ее дыхание. Встав, он обрадовался, что Эмма плохо видела в темноте. Иначе она бы заметила торчащий член.

Закрыв дверь, он пожалел, что не установил в берлоге замки. Хотя навряд ли Эмма проследовала бы за ним. Оставив свет выключенным, Рэд сжал ствол члена одной рукой, чтобы хоть как-то облегчить боль, а второй рывком открыл зеркало и нашел смазку.

Смазка была приобретена на всякий случай… и вот ее звездный час настал. В противном случае Эмма рисковала быть оттраханой во всех мыслимых и немыслимых позах. Лежа на спине, нагнувшись перед ним, у стены… Как же ему хотелось, чтобы она оказалась рядом в данную секунду. Лоно девушки ощущалось бы гораздо лучше, нежели рука.

Холодная смазка едва утихомирила опаляющую похоть. Рэд яростно задвигал рукой, запрокинув голову. Стиснув зубы, чтобы не издавать никаких звуков, он дал волю воображению.

Обнаженная Эмма… полностью обнаженная и раскрытая… утопающая в горячке. Черт, он мог только мечтать. Не существовало ничего сексуальнее, чем женщина, стонущая и умоляющая мужчину о сексе, длиной в несколько часов. Ее киска была бы насквозь влажной, горячей и набухшей.

Рэд представил, как член проталкивается в лоно. Страсть сжигала его заживо. Ему придется действовать медленно, чтобы не испугать Эмму своим напором. Он был готов поспорить, что она спала с мужчинами, которые в подметки не годились ему.

Представил ее широко раздвинутые бедра. Представил, как пробует ее киску. Чертовски вкусная. Сладкий мед, который он слизывал бы до тех пор, пока Эмма не взмолилась бы о пощаде. И Рэд уступил бы. Стал бы медленно входить в нее, чтобы девушка приспособилась к его размеру, а затем начал бы трахать ее жестко и быстро.

Его яйца напряглись. Рэд не смог сдержать стона, когда стремительно кончил. Возможно, было немного неловко, но непрошенные эмоции быстро прошли, так как дверь была закрыта. Эмма никогда не узнает. Его тело сотрясалось от силы оргазма, который отказывался стихать. Он выпустил член и схватился за насадку для душа.

Холодная вода заставила его выругаться. Рэд резко крутанул кран, делая струи теплее и замер, не спеша мыться.

Он не знал, как защищать женщину, для которой был самой большой угрозой… Как же он хотел ее.