Лекарственный сад для дракона (СИ) - Ариманта Юна - Страница 3

Лорд Каэль медленно прошелся вокруг нее, его безразличный взгляд скользил по ее помятому платью, бледному лицу, и в его глазах читалось лишь глубочайшее отвращение.

— Ты не только никчемна, но и нагла, — начал он, и его голос резал, как лезвие. — Твое присутствие оскверняет мой дом. Ты воняешь страхом и нищетой. Я не намерен терпеть это.

Он остановился перед ней, смотря сверху вниз. Люда смело встретила его взгляд, лишь вцепившиеся в оборки платья пальцы выдавали ее напряжение.

— Ты уберешься из моего дома. Сегодня. Сейчас. Я отправляю тебя туда, где твое жалкое существование никому не помешает. В поместье «Пепел дракона». На болота. Наслаждайся ядовитыми испарениями, тварь неблагодарная. Может быть, они сведут тебя в могилу, и ты перестанешь портить мне жизнь.

В голове Люды пронеслись обрывки воспоминаний Элианы — темные, полные безысходности картины: полуразрушенная крепость, тонущая в зловонных туманах, подгнившие безжизненные деревья, мутные дурнопахнущие лужи. Место, где не росло ничего живого и откуда никто не возвращался.

Она стояла, сжимая кулаки, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Но сдаваться она не собиралась. Ей будет лучше где угодно, лишь бы подальше от этого мужчины, который назвался ее мужем.

— У меня… у меня есть вещи? — выдавила она, пытаясь звучать твердо, но голос предательски дрогнул. — Могу я взять то, что принадлежало мне? Хотя бы…

Она не успела договорить. Стражники, стоявшие позади нее, расхохотались. Каэль жестом остановил их. На его губах появилась кривая, жестокая улыбка.

— Вещи? — он приблизился и, подцепив пальцем подбородок, заглянул в лицо. Люда вся похолодела, почувствовав, как его острый золотой ноготь впивается в кожу. — Конечно, есть. Принесите леди Элине ее приданое. Кажется, она забыла свои вещи в свадебном кортеже.

Она попыталась отпрянуть, но он удержал ее, впившись пальцами в щеки с неожиданной силой. Его пальцы были горячие, как раскаленный металл, и от этого обжигающего прикосновения ее бросило в дрожь.

— Я не нуждаюсь в тебе, — прошипел он, наклоняясь к самому ее лицу, и его горящий взгляд впился в ее глаза, прожигая душу до самого дна. — Мне нужен был только твой титул. А тебя я отправлю туда, где ты не будешь мозолить мне глаза. На дальнюю заставу, в замок «Пепел Дракона». Выживешь — твоя удача. Нет… — он выпустил ее подбородок и толкнул в грудь так, что она попятилась, — о тебе никто и не вспомнит.

— За что?.. — прошептала Люда потрясенно.

Лорд Каэль удивленно поднял бровь.

— За что ты так ненавидишь ее? — выкрикнула Люда, сжимая кулаки. Ее всю трясло от злости за неизвестную ей Элиану. Ведь у нее могла бы быть такая же дочка. А этот сноб так унижает ее! — Что сделала тебе юная ни в чем не повинная девочка?

— Приданное леди Элианы, — издевательски произнес подошедший стражник, держа в руке изрядно помятый и поломанный свадебный букет с выступившими на местах слома оранжевыми каплями цветочного сока.

Лорд Каэль без слов вздернул голову, указывая ему на Люду подбородком. И стражник, ухмыльнувшись, без предупреждения швырнул ей букет. Глядя на несостоявшегося мужа Элианы, Люда не ожидала выпада со стороны, и букет прилетел ей прямо в лицо. Острые, как иглы, шипы вонзились в ее кожу, оставив на щеках тонкие царапины, а оранжевая жидкость потекла по лицу. Непроизвольно вскинув руки, Люда поймала колючие цветы и прижала их к груди, внутри которой разгорался пожар от обиды и унижения.

— Увести, — обронил лорд Каэль и так стремительно отвернулся, что его черный плащ взметнулся крылом за его спиной.

Не успела Люда опомниться, как двое стражников грубо взяли ее под локти и потащили к уже знакомой ей повозке без окон. Она не сопротивлялась, глядя перед собой невидящим взглядом. Царапины на лице горели. Но внутри в пламени обиды закипало что-то новое. Не страх. Не отчаяние. Яростное, обжигающее желание выжить. Назло ему. Назло всем.

Она подняла голову и перед тем, как ее втолкнули в повозку, бросила последний взгляд на мрачные стены замка.

«Выживу, — пообещала она себе и ему мысленно. — Обязательно выживу. И однажды ты пожалеешь, что не добил меня сегодня».

Глава 4

Драконий Пепел

Дорога превратилась в бесконечную череду кошмаров. Царапины на лице, оставленные колючим букетом, воспалились и горели огнем. Люда ничком лежала на твердом полу повозки. Ее бросало то в ледяной озноб, то в невыносимый жар. Все тело ломило, в висках стучало, а сознание уплывало в лихорадочный бред, где причудливо переплетались образы больничной палаты и горящих нечеловеческих глаз.

Очнулась она от того, что повозка резко остановилась, и ее болезненно тряхнуло. Ударившись затылком о твердые доски, Люда открыла глаза. Над ней склонилось встревоженное лицо девушки с серыми глазами и светлыми волосами, убранными в скромную прическу.

— Госпожа Элиана! — всплеснула девушка руками. — Вы пришли в себя? Слава богам! Я уж не чаяла увидеть вас живой. Потерпите еще немного, мы почти на месте.

Люда приподнялась на локтях и огляделась. Та же повозка, напоминающая изнутри закрытый деревянный ящик, в щели которой пробивался тусклый дневной свет. В дальнем углу мятый букет, принесший ей столько страданий. Она подняла взгляд на сидящую рядом с ней на полу девушку с печальным лицом.

— Я Мира, ваша служанка, — представилась та, аккуратно убирая у Люды с влажного лба прилипшие пряди волос. — Как вы себя чувствуете? Пить хотите?

Люда медленно покачала головой, пытаясь вспомнить события последних дней. Или недель?

Мира… Это была та девушка, которая всю дорогу старательно обтирала ее лицо и шею мокрыми тряпицами, пытаясь сбить жар, и поила какой-то горькой травяной настойкой из походной фляги. Ее тоже сослали на болота за какую-то провинность? Да что за порядки у них тут такие?

— Где… стражники? — прошептала Люда, с трудом садясь. Голова гудела.

— Уехали, госпожа, — в голосе Миры слышалось облегчение. — Они дождались, пока мы свернули к замку, и отправились назад.

Люда поморщилась и снова огляделась.

— Зови меня Людмила. Поняла? Не привыкла я к почестям, — проворчала она, находя щель пошире и приникая к ней глазом.

То, что она увидела, заставило сжаться ее и без того слабое после болезни сердце.

Он не солгал. Насколько хватало глаз, раскинулось болото: бескрайнее, унылое пространство, затянутое желтоватой дымкой. Воздух был тяжелым, влажным и горьким на вкус, с отчетливым запахом тухлой воды и гниения. Кривые, полузасохшие деревья с голыми ветвями, похожими на когти, торчали из мутной, стоячей воды. Земля была темной, маслянистой, покрытой странным сероватым налетом, похожим на пепел. Ни единой травинки. Ни единого намека на жизнь. Только зловонное мертвое болото.

А посреди этого царства тлена, на едва видном островке суши, стояло строение. Назвать его замком мог только тот, кто видел замки лишь на старых, полустертых гобеленах. От былого величия остались лишь часть зубчатой стены, да угрюмая, наполовину обвалившаяся башня. Остальное представляло собой груду осыпавшихся камней, затянутых липкой плесенью и ядовито-зеленым мхом.

Люда откинула рогожку, которой была укрыта, и распахнула низкую дверцу своей «кареты». Повозку с трудом тянула костлявая облезлая лошадь, проваливаясь в топь по голени при каждом шаге. Вел ее на поводу молчаливый сгорбленный старик с длинными неопрятными патлами.

— Это Горм, — шепнула Мира. — Он бывший солдат, когда-то служивший отцу нынешнего лорда. А ныне после смерти господина, его сын разжаловал Горма сначала в конюхи, а теперь вот… отправил вместе с вами в «Драконий Пепел». Доживать.

Люда покосилась на нее, но ничего не сказала.

— Вот и ваш новый дом, госпожа Элиана, — пробормотал старик, подводя лошадь к тому, что когда-то было воротами замка. — Добро пожаловать в «Драконий Пепел».

Отчаяние, холодное и липкое, как болотная тина, затопило все ее существо. Сюда? Ее тоже привезли сюда умирать? После всего, через что она прошла? После болезни, смерти, нового рождения, унижений и страха? Чтобы сгнить заживо в этой вонючей, ядовитой дыре?