«…Плюс автомобилизация всей страны!» (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 62

Используя обширные зна­ния практического штабного работника и одновременно человека широ­чайшей эрудиции, крупнейшего в России специалиста по военно-морской тактике, Михаил Петров стал автором целого ряда фундаментальных научных трудов, именно ему доверят разработку первого Боевого Устава ВМФ СССР (БУМС 30)…

И он справится с этой работой блестяще.

А тут какой-то семинарист-недоучка, будет ему каким-то «порядком» на военно-морских базах глаза колоть!

Нелегко и непросто было Михаилу Петрову, этому гениальнейшему военно-морскому стратегу и просто порядочному человеку и патриоту своей страны, отстаивать свои взгляды перед этим невеждой, тираном и самодуром. Но он упорно и настойчиво это делал и в конце концов, допиз…

Доигрался с огнём!

В начале 1937-го года флагман 1-го ранга Михаил Петров был арестован по статье «вредительство» и после суда на котором признал свою вину, расстрелян. Не один, конечно, а с группой наиболее стойких приверженцев. В послесталинских книгах по истории, его «дело» связывали с делом Тухачевского, Уборевича, Егорова, Якира и прочих – мнимых или явных заговорщиков и германских шпионов…

Но, это не так!

Пост-советские историки всё же склоны разделять дела сухопутчиков-германофилов, которые после резкой смены политического курса Советского руководства (связанного с приходом в Германии к власти Гитлера и его нацисткой партии) не захотели поменять векторы… И мореманов – тупо вредителей и саботажников.

Так в чём же «вредительство», в чём «саботаж» Михаила Петрова и его группы приверженцев линейного флота?

К сожалению после процесса так называемой «Реабилитации», все дела репрессированных были уничтожены якобы по настоянию родственников жертв Сталинского режима, что уже наводит на некоторые – вполне определённые размышления:

А может, был всё же «мальчик»?!

Ну да ладно…

Наиболее распространённой версий является та, по которой Петров со товарищи пострадал из-за регулярно предоставляемых Сталину планов строительства «Большого океанского флота», по которой одних только линкоров в составе Рабоче-Крестьянского Красного Флота должно быть двадцать три…

(Двадцать три, Карл!!! Двадцать три!!!).

В пользу этой версии говорит в своих мемуарах Анастас Микоян, который якобы присутствовал на последнем разговоре Наркома ВМФ с Вождём и, который якобы заявил в сердцах после очередного отказа увеличения финансирования:

«Царское правительство за один 1913-й год потратило на флот больше, чем Советская Власть за всё своё существование».

Сталин долго мрачно смотрел на него… Очень долго. Затем с величайшим спокойствием, за которым тиран умело скрывал безудержное бешенство:

«Вы не должны были так сказать».

И показал ему на дверь.

После этого последовало снятие с должности, арест, следствие, суд, приговор…

И его исполнение.

С одной стороны Вождя понять можно: после Гражданской войны судостроение страны находилось в таком глубоком анусе, из которого казалось ему не выбраться. Все заводы остро нуждались в реконструкции. Особенно плохо обстояло дело с крупногабаритными конструкциями, с крановым оборудованием. Только с 1932-го года началось массовое внедрение сварочных работ и создание сварочных цехов взамен устаревшей клепки конструкций. Отсталой была организация и методы труда, препятствовавшие внедрению поточного производства, его специализации и кооперированию предприятий. Двигатели и оснастка судов производились устарелого типа. Научно-исследовательская и конструкторская работа в области кораблестроения находилась в упадке.

Суда строились крайне медленно, успевая устаревать ещё на стапелях. Так, танкер «Эмбанефть» строился 46 месяцев, лесовоз «Фрунзе» — 44 месяца. Завод «им. А. Марти» два с половиной года налаживал производство судовых двигателей. Постоянное запоздание по договорам, приводило к превышение себестоимости: «Эмбанефти» - в 2,5 раза, «Фрунзе» - в 1,5 раза…

Про качество я уже не говорю!

Хотя в результате предпринятых усилий общий тоннаж гражданского морского флота за пятилетку увеличился в два раза, но так и не достиг запланированного «уровня 1913-го года».

Так какие нах@й «линкоры»?

А с другой стороны «дорогу осилит идущий»!

И если бы хотя половину средств так щедро выделяемых на автомобилизацию…

Но история не имеет сослагательного наклонения и, нам остаётся только мечтать и писать всякие «альтернативки» - где Сталин бы фанател не на грузовики, а на линкоры и Большой океанский флот СССР…

Однако, это мы отвлеклись.

Поклонники так называемой «конспирологии» связывают шедший в СССР процесс над Михаилом Петровым, с процессом шедшим практически одновременно в США над бизнесменом Сэмом Карпом. Который ни много ни мало, сделал попытку через «Амторг» передать нашей стране чертежи новейшего американского линкора. «Пикантность» ситуации заключалась в том, что Сэм Карп (Самуил Кaрпoвcкий) являлся не кем иным - как родным братом Полины Жемчужной, которая в свою очередь была женой…

Угадай с трёх раз – кого?

Нет, не Голды Меер – президента Израиля.

…Вячеслава Молотова – второго человека в СССР после самого Сталина.

И судя по всему, деньги в обход Вождя и прочих соратников из Политбюро он своему шурину всё же выделил, а вот чертежи линкора…

Даже и в глаза не видел.

В пользу этой версии говорит то, что незадолго до обоих процессов, риторика мужа товарища Жемчуговой стала несколько отличной от общепринятой в высшем руководстве страны. На проходящем в том же 1937-м году, ставшем знаковом из-за принятия новой Конституции и последовавшей за этим «Большой чистке» элиты - он ни с того ни с чего, вдруг ляпнул во всеуслышание:

«У могучей Советской державы должен быть соответствующий ее интересам, достойный нашего великого дела, морской и океанский флот».

И опять же его начавшаяся в том же году опала - когда Молотов был снят с наркома иностранных дел и отправлен заведовать сельским хозяйством, тоже о многом говорит…

Очень о многом!

Лично же моё мнение…

Михаил Петров пострадал за бардак на военно-морских базах, ибо он был ни разу не адмирал Вирен - а чисто кабинетно-диванный стратег. Как и его «сухопутный тёзка» - Михаил Тухачевский, за бардак в Красной Армии.

Но я его – «своего мнения», вовсе никому не навязываю.

В общем, в советском военно-морском флоте в конце 20-х годов победили сторонники обороны прибережных акваторий и особенно защиты военно-морских баз. Это было вполне в духе вбитых «в подкорку» исторических традиций – вспомнить оборону Севастополя в Крымскую войну и Порт-Артура в Русско-японскую.

А вот прецедентов действий отечественного флота на океанских коммуникациях вероятного противника, не было - от слова…

Ни одного!

Когда императору Николаю Палкину во время Крымской войны какой-то «умник» предложил «пошуметь» на британских морских коммуникациях, он вполне определённо на этот счёт высказался. В результате Черноморский флот был затоплен и началась та самая героическая оборона главной военно-морской базы – Севастополя.

Вполне «по Тухачевскому»!

На эту историческую традицию, наложилась свежая фантомная «попа-боль» времён Гражданской войны и иностранной интервенции - когда десятки кораблей стран Антанты беспрепятственно вошли в наши прибрежные моря и высадив многочисленные десанты, захватили Мурманск, Архангельск, Ригу, Либаву, Одессу, Севастополь, Батум и Владивосток.

Как и генералы, адмиралы тоже готовятся к прошедшей войне и наши «военморы» уверовали, что война «капиталистического окружения» против «Первого в мире социалистического государства рабочих и крестьян» начнётся по шаблону восемнадцатого года. После описанных в начале этого опуса событий, такая точка зрения победила официально и задачей военно-морского флота молодого Советского государства считалось: