"Фантастика 2026-23". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Дмитриев Павел В. - Страница 558

И последний пункт конспекта: как внедрять новые технологии? Разработка по образцам, безусловно, способна многократно ускорить прогресс. Инженеры при известной цели и хотя бы намеках на пути решения сломают любые стены даже без особой мотивации – из чистого любопытства. По себе знаю.

Жаль, что при этом держать язык за зубами не будут. Не приучишь: тут либо мозги, либо секретность. Можно создать два десятка глубоко секретных лабораторий по всей стране, но ведь под те же микросхемы целый завод нужен для опытного производства. И немалый, сотни людей по меньшей мере. И как спрятать такое за гранью добра и зла?

Так что придется, наверное, идти печальным путем атомных спецгородов. Может быть, перепрофилировать какой-либо из них, если есть занимающиеся тупиковым термоядом. Собрать кулак сотрудников, финансирование и постараться проломить методом БЦС два десятка лет за три-четыре года. Реально? Кто ж его знает, первый раз такое проектирую!

…Вроде ничего важного не забыл. Пару дней на доводку и развертывание, и можно сдавать бизнес-план инвестору. Пусть Александр Николаевич ознакомится, внесет исправления и замечания. Надеюсь, на лесоповал от вида радужных перспектив не пошлет.

Глава 7

Первые наброски заговора

Что делают приличные партийные работники по воскресеньям? Странный вопрос, конечно, идут с друзьями в баню! Главное в этом деле выбрать ту, где не прослушивают. Впрочем, Председатель КГБ мог позволить себе роскошь помыться в конспиративной бане. Сошлись как-то по случайности звезды, специалист по монтажу микрофонов пришел к начальнику хлопотать за непутевого родственника. Через некоторое время несколько особо доверенных коллег узнали о потайном тумблере, который превращал небольшую баньку престижной ведомственной гостиницы в весьма приятное место отдыха.

Конструкция таких сооружений практически неизменна. Лестница спуска в полуподвал, прихожая, за ней большой холл с огромным столом, серванты, комоды, кухонная утварь. Все, включая обшивку стен, из натурального дерева. В следующем отделении, собственно, обшитая светлой липой парилка, несколько трубок душа и глубокий холодный бассейн длиной метра четыре.

Семичастный и Шелепин «парились» уже третий час. Правда, изводили по большей части не душистые березовые веники, а бумагу и карандаши. Спорили, порой даже кричали и ругались, рвали бумагу. Не обошлось без привычного пива.

Чокались кружками и по-комсомольски открывали бутылкой бутылку. К «Рижскому оригинальному» Останкинского завода шли не традиционные раки, а креветки. Странный заморский продукт, который никто не хотел покупать в магазинах за несусветные восемьдесят копеек килограмм, тут явно пришелся ко двору. Было очень удобно между фразами быстро вытаскивать зубами из хитиновой оболочки маленький кусочек розовато-белого мяса. Такого нежного, что оно совсем не мешало говорить:

– Скользкий Месяцев какой-то, все вынюхивает, высматривает… – кривил губы Владимир Ефимович.

– Ты мне Колю не трожь! – Александр Николаевич помахал перед собой взятой за панцирь креветкой. – Слышал, какую роль в будущем играют телевидение и радио? Где еще такого надежного товарища найдешь?

– Ладно, Саш, ну я же не спорю. – Семичастный запрокинул голову и с бульканьем залил в рот полкружки. – Эх, хорошо пошло!

– Вот посоветуй лучше, как Андреича с идеологии в ЦК сковырнуть? – Шелепин тоже отхлебнул глоток. – У ваших ничего на него нет?

– Откуда? Ты же сам, как в КГБ пришел, запретил их разрабатывать, начиная от горкомов…

– Это не мое требование было, – развел руками Александр Николаевич. – Может, хоть какие-то ниточки снизу тянутся?

– Вообще ничего не слышал. Суслов дурак упертый, зачем он тебе сдался?

– Он при Лене как привязанный последнее время. Нас небось боится. – Александр Николаевич аккуратно выбрал в тарелке самую крупную креветку и отправил в рот. – И зачем только Ильичева по мидовской линии продвинули…

– Ты же знаешь, не понимаю я толком ваших цекашных заморочек. – Семичастный одним движением сорвал крышку с очередной бутылки. – Давай лучше подумаем насчет «хлопкового дела»? Воруют ведь, сволочи, даже не прячутся!

– Погоди со своими взяточниками, – отмахнулся Александр Николаевич. – Может, Сашку Яковлева на завотдела пропаганды подтолкнуть, а там и в ЦК? Зря, что ли, он в США за казенные деньги учился? Ты же его вроде хорошо знаешь?

– Молокосос еще! Только из инструкторских штанишек вылез!

– Ох, Володя, не любишь ты Яковлева. Да на себя хоть посмотри – кто в тридцать семь лет Председателем КГБ стал?

– …

– Саша, а Петю Машерова можно в Москву вытащить? – озадачился Семичастный. – Классный мужик, недавно приезжал…

– Из Белоруссии только-только Мазуров в Президиум вошел. И потом, ты не боишься, что он на Петю плохо влиять будет? Все же его бывший «второй».

– Так Тимофеич старый комсомолец, ты же помнишь, после войны? Он был первым секретарем ЛКСМ Белоруссии, а я Украины. Сколько мы вместе выпили? Неужто он к Ильичу переметнется?

– Не должен… Но что-то последнее время стал очень уж себе на уме. И вообще, Машеров на своем месте весьма кстати. Он чуть не единственный из первых секретарей республик, кто к Лене на поклон не бегает.

– Как знаешь. Кстати, с этим что-то надо делать. Ну, в смысле, чтобы бегали поменьше.

– Думал уже. – Шелепин в очередной раз хорошенько приложился к кружке. – Перетащить на свою сторону нереально. Можно только напугать.

– О! – оживился Председатель КГБ. – Давно пора, я как послушал пришельца, так и захотел к ногтю кое-кого прижать. Знаешь, стал понимать «усатого». И старых чекистов, они же у нас как в клетку попали!

– Они бы с тебя да меня охотно начали…

– Не переживай, времена изменились. Я уже многих потихоньку отправил в отставку. – Семичастный плотоядно потер руки. – Прикидывал, думаю, по Грузии сработать будет проще всего. Но ты ведь знаешь, у меня в Азербайджане хорошие знакомые остались, два года там вторым секретарем отпахал.

– Хорошо, ищи зацепку, да и я посмотрю по КПГК, может быть, что-то интересное попадется.

– Так давай всех сразу! Пока система окончательно не пропиталась ядом!

– Нет, Володя, тут сложнее все. Если ЦК республик на дыбы встанут, меня с тобой сметут как букашек. Нам надо напугать, но… случайно, что ли. Должны зубами стучать ночью под одеялом, но не видеть в нас врагов. Лучше вообще все аккуратно свалить на прокуратуру.

– Опять непонятно, что делать, – расстроенно покачал головой Семичастный. – То ли дело при Сталине…

– Недавно я так же думал, да только сейчас кажется, что и тридцать лет назад все было ох как непросто.

– Думаешь?

– Да черт его знает, что там происходило на самом деле. Зато мы с тобой тогда были совсем зеленые и наивные.

– Ага, в школу ходили.

– Это ты ходил! А я уже окончил! – возразил Шелепин, с трудом сохранив серьезное выражение лица.

– Дяденька, пойдем в парилку, я тебя там веничком похлещу! – сквозь хохот подвел итог Председатель КГБ.

Обсуждение будущих перспектив продолжилось минут через десять. «Прошлись» по Украине, вспомнили про подаренные Никитой Крым и Северный Казахстан, в который стараниями Брежнева и товарища Кунаева потекли реки ресурсов. И наконец устав, вновь вернулись к столичным делам:

– Не забудь еще, надо Егорычева в ЦК переводить. – Александр долил себе пива. – Придумай, кого поставить на столичный горком вместо него.

– А куда Егорычева?

– Да придумаем, все равно для подготовки смены не один год нужен. Был бы человек… Комитеты и комиссии создают и реформируют под конкретных товарищей. А не наоборот. Так что, плюнь.

– Тьфу! – Хвостик креветки полетел в тарелку. – Вспомнил!

– Что?

– Давай Сашу Качанова на Московский горком?

– Точно! Хорошо, что ты про него вспомнил. А где хоть он сейчас?

– Второй секретарь Краснодарского крайкома, недавно с ним случайно столкнулись на Старой площади.