Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 11 (СИ) - Афанасьев Семён - Страница 3

— Вот и я этого тоже не понимала никогда, впрочем, оно мне и не надо (я ж не акционер)… Такое впечатление, что он здесь, на производстве, не перестраивался мозгами и продолжал вести себя как на научной защите.

— Это как?

— Это когда научные оппоненты тебя хотят утопить любой ценой. Когда мы не выигрываем вместе в деньгах — потому что общий бизнес — а когда из трёх гипотез выживет (получит финансирование) лишь одна. И свои финансы нужно отстоять любой ценой, потому что на второй проект денежного гранта не хватит.

— Никогда не предполагал за тобой подобной склонности к анализу, — Решетников слегка ошалел от новых впечатлений, поскольку ранее они темы не затрагивали.

— Раньше тебя больше интересовала моя анатомия, чем содержимое головы, — фыркнула Андо. — Поскольку это сейчас ты ИО и на соседней со мной ступеньке. А раньше ты гонял балду и корпоративными проблемами выше пятого этажа не интересовался от слова совсем! Самый старый стажёр в корпорации за всю историю. Был.

— Ужас, как я мог, — ненатурально посокрушался хафу. — Хорошо, что вовремя спохватился и начал исправляться. Благодарю за познавательный экскурс, но причём тут это — к комментариям директора IT насчёт комплектации пробников?

Такидзиро рассказал нюансы совместного личного проекта с Агентством Моделей.

— А Уэки Ута-сан тоже очень остро, хотя и не всегда, воспринимает чужие точки зрения, которые на её профессиональном поле не совпадают с её собственными.

— Яснее не стало.

— Вот ты тугой. — Аяка поднялась, взяла чай в руки и, как раньше Абэ, подошла к стеклянной стене, глядя на департамент сверху вниз.

Решетников терпеливо молчал за спиной.

— Ты эту свою биоорганическую прослойку будущего, передающий мост между мозгом и вычислительным блоком, сразу под ключ исполнить хочешь? Или пока только сырой прототип засветить, чтоб доказать состоятельность самой научной гипотезы? — она наглухо отодвинула женскую ипостась и сейчас говорила как компетентный менеджер отрасли.

— Второго на этом этапе достаточно, — уверенно кивнул Такидзиро. — Даже если пробник нормально срабатывать будет раз из десятка — уже за глаза, могу объяснить, почему. Сам факт, что простые ребята вроде нас на коленке за два месяца смо…

— Не надо объяснять, я не дура, хотя и не член Совета Директоров, как некоторые в без малого тридцать, — Аяка поморщилась от собственной токсичности. — Ты хочешь продемонстрировать понимающим (иначе говоря — отрасли), что твоя интеллектуальная собственность на пять шагов впереди всех их текущих разработок. Я уже поняла.

— Ты умная.

— Второй момент. Ты хочешь намекнуть рынку, что не только лабораторная стадия у тебя типа позади, но ещё ты массовое тиражирование хорошо представляешь и на аппаратном, и на программном уровне.

— В точку. Ты гений.

— Не буду спрашивать, для чего тебе такой предварительный разогрев аудитории кошельков! — хохотнула она. Внезапно в голову пришла мысль. — Слушай, а ты меня сейчас как знакомую коллегу спрашиваешь? Чей взгляд в теме тоже компетентен, пусть и с другой стороны?

— А какой есть иной вариант?

— Или как вашего возможного будущего сотрудника? Если начинание выгорит?

— Я б сказал, одно не исключает другого, — озадачился метис. — Хантить лучший персонал всегда следует там, где ты кого-то знаешь лично.

— Ну тогда забегу вперёд — отвечу сразу со второй позиции. Я бы на твоём месте не производила лабораторно компонентную базу под твой пробник, как ты нацелился.

— Ух ты.

— В каком департаменте ты работаешь, ау, стажёр Решетников? Какой третий пункт Положения? Я о Логистике Йокогамы.

— «Незаменимых номенклатур не бывает. Всегда можно подобрать аналог», — он заинтересованно подался вперёд.

— Твой китаец Ван просто долго сидел в тюрьме, ну, судя по тому, что я сейчас от тебя услышала. Оторвался от новейших результатов, стало быть, поскольку китайская кутузка — не совсем подходящее для научного поиска место.

— Уэки Ута-сан? Она в китайской тюрьме всё это время не сидела.

— А она отличный инженер, — Андо подняла вверх указательный палец, в сочетании с чашкой в другой руке смотрелось эпично. — Но у тебя — стык с биотехнологиями. Так?

— Да, я же объяснил. Между искусственным интеллектом следующего поколения и человеческим мозгом эффективность взаимодействия повышается исключительно через био-электронный шлюз, местами органический мост. Комплексное решение — следующий этап развития отрасли, других путей нет.

— Я ж не спорю, я заранее согласна. Просто то, что ты говоришь, не совсем её профиль. Уэки-младшая исключительно по прикладной математике защищалась и с органикой никогда нигде не пересекалась, кроме как в Йокогаме.

— Хм. А вроде на поверхности лежало, — Решетников сомнамбулой поднялся со стула, ушёл в угол и там затеял заваривать второй заварник.

Хозяйка кабинета подхватила со столешницы исписанный листок:

— Первый пункт я бы, именно что пользуясь служебным положением, на твоём месте поставила бы себе сама под проект. В смысле, организовала бы поставку готового блока, а не бодалась бы с лабораторным производством — для доказать гипотезу сойдёт, тебе же не людей под ключ снабжать.

— Откуда бы ты это закупила? — Такидзиро только что как струна не звенел.

— Emotiv Systems уже давно выпускает EEG-шлемы, считывающие электрическую активность головного мозга. Из неинвазивных решений — на сегодня лучшее.

— Даже не слышал. Кто такие?

— Находятся в Австралии, они там образовались в 2000 году. Позже открыли американскую дочернюю структуру — Emotiv Inc., штаб-квартира в Сан-Франциско.

— Ого.

— Да. Если закупишь у них — ни под какой контроль с нашей стороны не попадаешь. Ты же этого больше всего опасаешься? — Она со значением поглядела поверх чашки.

— Коротко — да.

Логику товарища на его нынешнем этапе Аяка, в принципе, понимала и где-то была с ней согласна. Риск утечки самой идеи; рассекречивание принципиальных узлов будущей технологии; необходимость получения патентов до раскрытия всех сведений — куча лишней ненужной работы хороша лишь бюрократам из контролирующих государственных органов.

А деньги любят тишину. Даже деньги будущие, если они настолько большие.

Решетников делал абсолютно правильно, когда всеми силами стремился избежать любого внимания — его вокруг Йокогамы стало слишком много.

Но главное не это. С точки зрения самой Андо, потенциальная мина — ненужное внимание Регулятора до готовности продукта. Правильнее даже сказать, РегуляторОВ — их в данном случае будет больше пяти (семь), объяви начинающий бизнес о конкретно этой идее авансом.

Сквозь стеклянные стены офиса она увидела, как по департаменту через весь этаж прошёл некий тип и начал подниматься по лестнице сюда.

— Вы ко мне? — Андо тоном дала понять, что незнакомец, вежливо постучавший в дверь, крайне невовремя.

— Извините, нет, — тот обезоруживающе улыбнулся. — Я не к вам, я — друг вашего сотрудника, — кивок на Такидзиро. — Я только из Пекина, меня зовут Огихара Даити. Разрешите войти?

Аяка многозначительно покосилась на подчинённого и вопросительно изогнула бровь.

— Вместе в МО в своё время трудились, — пояснил Решетников. — Предлагаю разрешить войти, если ты не против.

— Хорошо. — Она повернулась к гостю. — Проходите, располагайтесь. Чай ваш товарищ сейчас заварит; к сожалению, моти он уже съел до вас.

Там же, ещё через четверть часа