Черный Маг Императора 23 (СИ) - Герда Александр - Страница 18

Миновав заграждение, мы оказались на хорошей дороге, вдоль которой тянулся ровный ряд деревьев и высокий густой кустарник. Сквозь этот живой забор было довольно сложно детально рассмотреть, что за ним находится, но в данной ситуации детали были не особо нужны. И так было понятно, что там высокие заборы, а за ними дома.

Временами на нашем пути попадались указатели, на каждом из которых имелась надпись. «Вершинино», «Изумрудное», «Рассветная усадьба»… Да что там, в этом районе даже имелась собственная «Тихая гавань».

О том, что это названия особняков, которые дали им их хозяева, я догадался сразу. Их оказалось немного, всего лишь около десятка и, прежде чем свернуть, наша машина добралась до самого последнего поворота. На котором стоял указатель — «Дубравное».

— Как тебе название? — спросил Голицын, пока я с интересом крутил головой в машине, рассматривая все вокруг.

— Да вроде бы ничего, — честно ответил я. Название мне и правда понравилось.

— Отличное место, — продолжил говорить глава тайной канцелярии. — Соседей немного, а те что есть, делами друг друга не интересуются. Дома друг от друга далеко. При желании можно вообще месяцами никого не видеть. Здесь даже охранное наблюдение ведется деликатно.

— Однако оно есть, — задумчиво сказал я.

В этот момент я размышлял о том, что при желании всегда можно будет получить информацию о том, во сколько я или Чертков сюда попал. Хотя, конечно, при использовании портальной магии установить это будет невозможно, но все равно мне это не нравилось.

Ладно мы с Александром Григорьевичем… Но если смотреть гораздо дальше и рассчитывать, что я задержусь в этом доме надолго, то это означало лишь одно — все мои гости также будут известны. В любой момент с легкостью можно будет установить, кто и когда ко мне приезжал. Такое себе, если честно…

Дом был небольшим. Совсем ненамного больше того, в котором сейчас жили мои родители. По сравнению с ним, новый дом деда в Белозерске был настоящим большущим поместьем. Я даже не знал зачем здесь нужны были слуги. При желании можно было поддерживать в нем порядок и самим.

В качестве сада здесь была небольшая дубовая роща, среди которой петляла выложенная каменной плиткой дорожка. Судя по всему, она была предназначена для прогулок. Немного погуляв по территории, я пришел к выводу, что в целом здесь довольно уютно.

Место и правда очень классное. Совсем рядом с городом, однако, несмотря на это, такое ощущение, что находишься далеко от столицы. Никакого тебе шума, деревья вокруг, тишина… Глядя на все это можно было понять, почему мой наставник выбрал этот домик.

Что касается самого дома, то он был совсем не в том стиле, который мне нравится. Если бы о доме можно было сказать как о человеке, то я бы описал его как слишком напыщенный и высокомерный. Колонны эти на входе зачем-то…

Такое ощущение, что это маленький особнячок изо всех сил хотел казаться гораздо важнее, чем он был на самом деле. Впечатление усиливало количество прислуги, которой к дому прилагалось целых семь человек.

Здесь имелся дворецкий, пара горничных, повар, с которым дополнительно в комплекте шла кухарка, садовник и даже собственный сторож, который по словам Голицына совмещал обязанности дворника. Целое дело… Зачем их здесь столько, понятия не имею. Как здесь можно чувствовать себя комфортно, когда вокруг тебя все время толкутся какие-то люди?

Зато по части интерьеров все было сделано на высшем уровне. Дом был обставлен со вкусом и гораздо дороже, чем в Белозерске или родительский. До уровня Нарышкиных это еще не дотягивало, но было где-то очень рядом.

Кроме семи комнат, которые расположились на двух этажах, еще несколько было в подвале. Причем одна из них была оборудована под лабораторию, а вторая пустовала. Там можно было сделать что угодно.

— Ну что скажешь? — спросил меня Голицын, после того как мы с ним закончили осмотр и вновь забрались в машину, чтобы продолжить наш сегодняшний путь. — Мне кажется, просто идеально. Вам с Чертковым здесь будет удобно.

— Хорошее место, — согласился я, глядя на указатель «Дубравное», который мы в данный момент проезжаем. — Только зачем здесь столько слуг, я понять не могу? Не думаю, что мы с Александром Григорьевичем будем здесь часто появляться. Во всяком случае, пока.

— Каждый занимается свои делом, — ответил Дракон. — К тому же, платит за все Романов. Можешь считать, что в данном случае прислуга — своего рода приложение к дому. Здесь уже лет пять никто не живет, однако все это время дом поддерживается в чистоте и порядке. Но, я думаю, это ты и так заметил.

— Дом принадлежит Императору? — решил уточнить я.

— Да, — кивнул Голицын. — Однако если ты остановишь свой выбор на нем, то будет принадлежать тебе, как я и сказал. Прислугу при желании сможешь поменять или вообще выгнать всех до единого. Твой дом — твои правила.

Так… Ну это звучало получше… Честно говоря, я уже представил себе, как все эти семь человек, докладывают Александру Николаевичу или Дракону о каждом моем шаге. Если Василий Юрьевич говорит, что я здесь все смогу устроить по своему разумению, то это несколько меняет дело.

Однако даже при этом всем «Дубравное» мне не очень подходило. Какое-то не мое… Я чувствовал себя в нем немного не в своей тарелке. Вроде бы вокруг меня все обставлено по высшему разряду, а ощущения уюта нет. Примерно те же эмоции я испытывал всякий раз, когда оказывался в гостях у Нарышкиных.

Оставалось надеяться, что второй вариант мне понравится больше. Если он тоже окажется чем-то подобным, то тогда даже не знаю, что и делать. Отказаться от них означало, что фактически я тем самым проявляю неблагодарность к Романову.

Я это отлично понимал даже без всяких объяснений со стороны Дориана. Мало того, что я, по сути, веду себя как поросенок, так Александр Николаевич может сделать из этого какие-нибудь неправильные выводы. Например, что я хотел чего-то большего… Кто его знает, что у него в голове…

Примерно такие мысли были в моей голове, пока мы ехали ко второму дому, который оказался на противоположной стороне города. В данному случае уже нельзя было сказать, что он находился практически в городе, и чтобы добраться до него потребовалось выехать на трассу.

Правда справедливости ради нужно сказать, что ехать пришлось недолго. Не прошло и десяти минут, как наша машина свернула с трассы и практически сразу мы оказались в другом районе, сплошь состоявшим из особняков. По размеру они были больше предыдущего и стояли гораздо ближе друг к другу.

Нужно ли говорить, что это меня сильно расстроило? По правде говоря, я очень надеялся, что второй вариант мне понравится больше, а то, что я видел, оказалось еще хуже. Зачем мне такая огромная домина, я понять не могу?

Пока наша машина медленно катилась по району, я с тревогой рассматривал окружавшие нас особняки и надеялся, что если мы остановимся возле какого-то из них, то пусть он будет самым маленьким из всех.

Кстати, интересно… Что имел в виду Дракон, когда говорил, что сам бы он выбрал дом, к которому прилагается прислуга? Получается, что в той громадине, которую мне сейчас покажут, их нет?

Если так, то тогда я точно выберу первый вариант. Тем более, что пока я абсолютно не понимал своего наставника. Как можно было остановить свой выбор на каком-то из этих домов? Единственным ответом на этот вопрос могло быть только то, что остальные варианты были еще хуже. Либо я просто чего-то пока не знаю, чтобы понять логику его выбора.

Александр Григорьевич не стал бы выбирать что-то от нечего делать, вот в этом я был абсолютно уверен, а значит нужно было просто немного подождать и посмотреть, чем дело кончится.

Тем временем мы проехали район с особняками и оказались в березовой роще. Дорога заметно испортилась. Еще через пару минут я заметил среди деревьев дом, а рядом с ним еще несколько строений, которые будто спрятались в роще и не желали показываться на глаза.

Дома стояли довольно далеко друг от друга и выглядели так, как будто были сделаны из дерева. Причем постройки были явно не современные. По сравнению с яркими особняками, которые я видел несколько минут назад, потемневшие за давностью лет строения, выглядели довольно печально. Создавалось ощущение, что здесь никто не живет, причем довольно давно.