Патриот. Смута. Том 11 (СИ) - Колдаев Евгений Андреевич - Страница 25

Повернулся к Григорию, проговорил.

— Надо бы посчитать, сколько стоит пропитание и транспортировка одного шведского пленного до границы. Это же приличные деньги.

— Пленного? — Мой подьячий не понял.

— Мы с Делагарди говорили об этом на совете еще под Серпуховом. Забыл? Он мне слово дал, написал письма. Но офицеры-то его, уверен, с каждым днем все больше думают, как бы бунт поднять. Пока поляки их враги, тут вопросов может и не быть. Но и мы, далеко не друзья. Как только будет возможность, они попытаются объединиться с другими шведами, может даже наемников подобьют к бунту. А впереди на западе у нас есть Горн с еще одним небольшим шведским войском.

Я скривился.

— Вот и получается, до Москвы и, может, до Можайска, шведы Делагарди наши худые союзники, а после встречи с Горном, кто?

Григорий насупил брови, погладил свою чахлую бороденку.

— М-да… Помню. Ты тогда жестко этого Якоба задавил. Вынудил.

— Да, уверен, он будет нам верен, пока не представится возможность бежать. Он все же человек чести, уверен в этом, и чтобы нарушить клятву нужны очень веские основания. А вот его люди. Их пока держит несколько факторов. Однако, чем дальше, тем они будут все больше стараться уйти. Я пока не уверен, что мы настолько нуждаемся в этих… Сколько их там? Тысячи полторы после боя осталось? — Я задумался. — Это бомба, которая может рвануть внутри войска.

— Согласен с тобой. Дело сложное. Но их много.

— Выбор у шведов есть. Либо воевать за нас против поляков, либо идти безоружными под сопровождением до границы. Людей их сопроводить у нас пока нет. Сделать мы это сможем только после разгрома ляхов.

Григорий слушая меня, хмурился.

— Причем при первом же случае. Собрат мой. Я все больше склоняюсь к тому, чтобы включить их в наше войско только в случае их личной присяги. Они не совсем наемники, они люди иного государства и давали клятвы иному государю, Карлу.

— Много их. Они же скоро под Москвой будут.

— Да. Будут и потребуют платы. Или чего еще потребуют.

Он кивнул. Я вновь повернулся к писарю.

— Напиши, как-то по-умному, что король Карл решил поиграть в интриги и поставил не на того. Шуйского выбирал не весь люд, права на трон он не имел, захватил его силой. Земский Собор, который будет собран, выберет нового царя, и тогда уже новый царь будет готов вести переговоры со шведами. Войска, посланные помогать Шуйскому, выполнят свою задачу, и им будет за это заплачено, как и положено наемникам. — Я чуть задумался, почесал затылок, продолжил. — После того как ляхи будут выбиты из-под Смоленска, все шведы будут возвращены на Родину. Поскольку все они являются лиходеями, поддержавшими одного из самозванцев, то тот человек, который их сюда отправил, должен уплатить нам некую компенсацию. Но! В случае если король Карл готов отказаться от претензий на переданные Шуйским земли, мы будем готовы отказаться от требования выплат со стороны шведской короны.

— Это… Это…

— Это унизительно? — Я усмехнулся. — Подумай, как все это изложить доходчиво и красиво. Укажи, что генералы будут нашими пленниками, как и шведские наемники. Если Карл не согласится. Все эти люди погибнут.

— Это просочится в войска. — Проговорил Григорий.

— Я могила. — Писарь перекрестился.

— Что знают двое, то со временем будет знать даже свинья на скотном дворе. — Переделал я известную немецкую пословицу. — Я это понимаю. И мы будем действовать на опережение. А вот король Карл тоже должен понять, заранее, что мы не шутим.

— А если он поведет против нас войско? — Насупился Григорий. — Войны нам не надо.

— Не надо. — Я кивнул. — Только вот какое войско он поведет? Тут же все хитро. Карл сейчас воюет с Речью Посполитой и он, уверен в этом, трижды перекрестился, когда Шуйский попросил у него войска для помощи против иноземцев, а потом для войны с ляхами. Получается, что Делагарди и все эти наемники могли воевать за деньги Карла. А сейчас воюют за наши деньги. А враг-то один — Ляхи.

— Хитро. — Лицо Григория вытянулось. — Ох хитро… Я как-то так и не мыслил даже.

— Я как-то тоже, поначалу. А потом, когда сопоставил одно с другим. Карл свалил содержание войска на нас. А войско это решает чьи задачи? Когда Шуйский еще чем-то руководил, хорошо, оно громило войска Матвея Веревкина. Только, там же тоже ляхов было много. Значит, било силы Речи Посполитой и, что важно! Не давало возможности поднять голову пропольской группировке в Кремле и по всей стране. То есть Карл, отправляя сюда этих людей, обезопасил себя от вступления Руси в войну со Швецией на стороне Речи Посполитой. А теперь ситуация поменялась. Так почему мы за это должны платить?

— Логично, господарь, не должны. — Григорий поглаживал свою бороду. — Но, это приведет к войне. Может не сейчас, но через несколько лет. Такое унижение Карл не стерпит.

— Идем, собрат мой. Идем. — Я улыбнулся писарю, проговорил. — Пиши красиво, вечером пришлешь человека, чтобы я прочел сам. Утром гонца самого быстрого с охраной. А лучше трех гонцов, чтобы верно было, вышлем. На севере Лисовчики орудуют, а письмо должно к Карлу попасть.

Глава посольского приказа закивал.

Мы вышли, и я, понизив голос, проговорил своему собрату

— Григорий Неуступыч, друг мой. Откроюсь тебе. Больше никому. — Пословица про свинью была, конечно, хорошая, но все же о своих планах нужно было поставить в известность человека, который в самое ближайшее время будет заниматься государственными делами. Станет по факту премьер-министром. Тем, кто будет замещать меня в отъездах и военных походах.

Он замер, взглянул на меня в полумраке коридора.

— Нам для Руси выход в Балтийское море нужен. Очень. А он сейчас за Швецией. А еще. Надо сделать так, чтобы наши корабли никто и пальцем тронуть не смел. Ни шведы, ни ляхи, ни даже Ганза.

— Далеко глядишь, Игорь Василевич. — Он плечами пожал. — Тут бы со Смутой разобраться.

— Да. Но если не строить планов на будущее, то непонятно как действовать сейчас. Не воюй на стороне Шуйского Делагарди, то всю эту историю с иноземцами, я бы отложил. А тут, приходится.

— Мудр ты не по годам, господарь. Убеждаюсь в очередной раз. — Улыбнулся Григорий. — Вот смотрю… — Он перекрестился. — И все больше думаю, это какое-то проявление божественное, что ли.

— На бога надейся, а сам не плошай. — Улыбнулся я в ответ. — Идем, ждет нас самое сложное. Приказ, что за казну отвечает.

Доходы, расходы. Экономическое ведомство Руси всегда было источником проблем. На войну и реформы нужны финансы, а их нет. Как собираются налоги, как снабжается войско, как все работает — здесь знали и понимали. А страна наша вечно испытывала дефицит денег. Что тогда, что сейчас. Видимо, привычка такая, существовать с подавляемой экономикой.

Но при Смуте, да и раньше, были объективные причины. Серебра у нас не было своего. А что вместо него использовать? Да, конечно, из Сибири шел постоянный поток мехов. А это был товар ценный и экспортный. Только в условиях отсутствия собственных портов, реализация его шла хуже, чем могла. Архангельск — не в счет. Слишком мало времени, когда им можно пользоваться, слишком большие расходы из-за того, что полгода море замерзшее и непригодное для судоходства. Да, лучше чем ничего, но по факту — капля в море. Именно поэтому нам нужна Балтика и флот.

К сожалению, с геологией я знаком был плохо.

То, что под Тулой добывалось железо и там открылись первые железнодельные мануфактуры, это по истории помнил и это собирался делать несколько быстрее, чем случилось в известной мне жизни. Знал про Курскую железную аномалию. Как татар потесним, можно там тоже начать работы проводить. Но это уже, скорее, дело не грядущих десяти лет.

А вот серебро — металл сложный.

Европейская часть Руси, занимаемая Великороссами, не то чтобы богата полезными ископаемыми. Серебро, в мире в чистом виде вообще встречается редко. Часто оно продукт, который добывается параллельно цинку, свинцу, иногда меди. Бывает с железом, но там процент очень уж незначительный.