Темные клятвы (ЛП) - Ньютон Ив - Страница 22

Ощущение такое, будто меня наполняет жидкий огонь, который не обжигает, а течёт по моим венам, заменяя кровь чистой магической энергией.

Всё моё внимание сосредоточено на том, чтобы направить энергию, которая течёт через меня, на защитные системы, встроенные в камни Серебряных Врат. Один за другим я активирую защитные механизмы, которые не использовались очень долгое время.

И тут я чувствую, что Блэкридж присоединяется к вечеринке.

Изольда. Ты уверена в этом?

— Ну, вас здесь, чёрт побери, нет, так чего же вы ждёте от меня? Оставить академию открытой для нападения Нефилимов, которые создали мой вид? — громко возмущаюсь я.

Он вздыхает, но больше ничего не говорит. И не появляется. Он просто подталкивает меня к источнику силы, почти сбивая с ног.

Земля дрожит под нами. На другом конце двора каменные горгульи, которые веками украшали стены Серебряных Врат, внезапно оживают, расправляют крылья и бросаются на захватчиков. Из садов, на ухоженных клумбах, вырастают лианы и корни, которые опутывают ноги Коллекционеров. Воздух вокруг наших врагов сгущается, становясь устойчивым к их движениям, но оставаясь текучим для защитников.

Уильям приостанавливает атаку, чтобы понаблюдать за активацией этой защиты, и по его лицу расплывается злая улыбка. Благодаря нашей связи я чувствую его признательность не только за саму силу, но и за мою готовность использовать её так безжалостно.

Ещё. Основы уходят глубже.

Я рычу на Блэкриджа. То, к чему я пока получила доступ, — это лишь поверхностный слой защиты Серебряных Врат. Истинная мощь лежит глубже, в системах, предназначенных для защиты от катастрофических угроз, в качестве последнего средства защиты, которое не срабатывало со времён основания академии.

Я колеблюсь лишь мгновение, прежде чем проникнуть глубже, за знакомые слои защитной магии, к чему-то более древнему, тёмному, примитивному. Эта сила не течёт, она бушует, прорываясь сквозь мою связь, как гейзер, вырывающийся из-под земли.

Моё зрение затуманивается, когда серебряное пламя охватывает всё моё тело.

Когда зрение проясняется, я вижу, что парю в нескольких футах над землёй, подвешенная на столбах серебряного огня, которые вырываются из камня подо мной.

Я поднимаю руки, и серебряный огонь отзывается, выстреливая наружу контролируемыми волнами, которые врезаются в ряды Коллекционеров. В отличие от обычного огня, этот огонь не сжигает плоть, он сжигает магию, поглощая её.

Скоординированная атака Коллекционеров ослабевает, поскольку их технологические и магические преимущества исчезают. Уильям не упускает возможности, заставляя оживших горгулий объединять изолированных врагов в плотные группы, по которым Си-Джей в форме дракона может стрелять прицельным огнём.

В небе над нами Кассиэль сражается с Нефилимами в воздушном бою, золотисто-чёрная энергия противостоит испорченной небесной силе. Их битва озаряет небо, как молния во время грозы, и ни один из них не получает явного преимущества над другим.

Защитные силы Серебряных Врат полностью восстановлены и направляются через меня, отталкивая захватчиков. Си-Джей в облике дракона защищает наш периметр, теневая магия Уильяма разрушает их строй, а Кассиэль отвлекает Нефилимов.

Коллекционеры медленно отступают.

Я поддерживаю поток энергии, направляя его теперь на разрушенные внешние обереги, стремясь восстановить и укрепить защиту периметра академии.

Но сейчас я чувствую напряжение, дрожь в конечностях, жжение в груди, когда магия Серебряных Врат поглощает мою физическую форму. Но я не могу остановиться, не сейчас, когда мы так близки к полному отражению атаки.

— Еще немного, — выдавливаю я из себя, направляя очередную волну серебряного огня в сторону группы Коллекционеров, пытающихся перегруппироваться возле ворот.

Драконья фигура Си-Джея тяжело приземляется рядом с Уильямом, когда сквозь хаос битвы прорывается звук. Одна-единственная чистая нота разносится по всему кампусу. Она негромкая, но каким-то образом проникает в каждый уголок Серебряных Врат, заглушая все остальные звуки.

Битва прекращается. Коллекционеры застывают на месте, опустив оружие.

Наши защитники стоят неподвижно, действие заклинаний приостановлено. Даже Нефилимы и Кассиэль прекращают своё воздушное сражение и застывают на месте, когда нота замирает в выжидательной тишине.

У главного входа в академию появляется фигура.

Серебряное пламя, окружающее меня, мерцает и тускнеет, когда я теряю концентрацию. Я падаю на землю, прямая связь с основанием Серебряных Врат грубо обрывается, когда появляется новое присутствие.

Уильям помогает мне подняться, когда фигура у входа делает один шаг вперёд, и вот тогда-то начинается настоящий ад.

Глава 16

ИЗОЛЬДА

ЕДИНСТВЕННАЯ МУЗЫКАЛЬНАЯ нота повисает в воздухе, когда фигура полностью появляется в поле зрения.

Длинные чёрные волосы, струящиеся, как жидкая тень, глаза, которые меняют цвет с серебристого на кроваво-красный, и её присутствие настолько ошеломляет, что разрушает атмосферу вокруг неё.

Это может быть только… Дамадер.

Часть меня не может отделаться от мысли, что ей самое время показать своё лицо. Другая часть слегка напугана. У неё нет абсолютно никакого страха, никакой морали, только надменная уверенность в том, что она — самое превосходное существо на этом поле битвы.

Её взгляд скользит по территории, оценивая хаос с небрежным безразличием.

Уильям застывает рядом со мной, все его тело напрягается, когда он смотрит на Дамадер. Он, как и я, знает, что это его мать.

Дамадер улыбается, но выражение его лица совершенно лишено теплоты. С томной грацией она поднимает руку простым жестом, который звучит почти пренебрежительно. Воздух вокруг неё сжимается, реальность меняется по её приказу.

Затем всё приходит в движение.

Коллекционеры бросаются вперёд, оставляя свои прежние цели, чтобы сосредоточиться на Дамадер. Их тактическая дисциплина переходит в отчаянную агрессию, оружие разряжается в какофонии магических атак.

Каждая атака рассеивается, не причиняя вреда, о невидимый барьер, окружающий её. Она даже не замечает их, её взгляд прикован исключительно к Уильяму.

Нефилим ныряет сверху, чёрная энергия сгущается вокруг его фигуры, когда он прекращает борьбу с Кассиэлем, чтобы нацелиться на эту новую угрозу.

Дамадер бросает небрежный взгляд вверх. С кончиков её пальцев срывается сгусток тьмы, перехватывая Нефилима в прыжке. Он застывает в воздухе, скованный магией, которую она в него швырнула.

Она применяет ту же магию к Коллекционерам, которые окружают её.

В считанные секунды их борьба прекращается, и тела обмякают. Они больше не двигаются.

Дамадер переступает через их изломанные тела, не оглядываясь, не отрывая взгляда от Уильяма.

— Ваше сопротивление утомительно, — говорит она, и в её голосе слышится мощь. Она небрежно взмахивает рукой, и ударная волна расходится во все стороны, врезаясь во вторую волну наступающих Коллекционеров. Их тела отлетают назад, как тряпичные куклы, врезаясь в стены, деревья и друг друга. Те, кто выжил после столкновения, пытаются отступить, их скоординированная атака превращается в паническое бегство от своего злодея-лидера.

Остальные из нас неподвижны, и не по своей воле. Мы вынуждены наблюдать в ошеломлённом молчании. Даже массивная фигура дракона Си-Джея остаётся неподвижной, янтарные глаза с нарастающей яростью следят за каждым движением Дамадер, и это внезапно напоминает мне о том, что, по-моему, он так и не связался со своей матерью, чтобы сообщить ей, что жив и здоров. Я поднимаю взгляд, чтобы посмотреть, не присоединится ли к нам ещё один дракон, но небо остаётся чистым.

Уильям двигается, разрушая чары, которые наложила на нас Дамадер, и встаёт между ней и мной. Его поза напряжена, его сила струится вокруг него видимыми волнами тьмы.