Темные клятвы (ЛП) - Ньютон Ив - Страница 8

— Сейчас, — говорю я, — пока он не потерял всё.

Неустанный темп Уильяма продолжает доводить меня до грани, пока я не рассыпаюсь в прах рядом с ним, охваченная желанием и потребностью.

Си-Джей, полностью одетый, заходит в душ, и я с трудом сдерживаю смех. Его янтарные глаза горят собственническим огнём.

— Я даю тебе клятву, Изольда.

Он надрезает когтем своё запястье, выпуская кровь, прежде чем прижать её к моему рту.

— Мой дракон поглотит любого, кто посмеет угрожать тебе. Моё вампирское сердце бьётся только для тебя. Я обещал дать тебе свою фамилию, и я сдержу эту клятву в моём королевстве, где она что-то значит. Сейчас ты — моя жизнь, моя вечность. Моя навсегда.

Я делаю глоток, а затем протягиваю ему своё запястье. Он разрезает его клыком, прежде чем нежно пососать, заставляя мою киску сжиматься вокруг члена Уильяма, пока он продолжает трахать меня.

Си-Джей отпускает меня и отодвигается в сторону, чтобы впустить Кассиэля, в то время как Уильям стонет и взрывается внутри меня в оргазме, который не прекращается.

— Я клянусь, что защищу тебя, Изольда, сейчас и всегда. Я буду верен тебе, пока звёзды не исчезнут с неба.

Ему не нужно больше ничего говорить. Он протягивает мне своё запястье, и я впиваюсь в него зубами, впитывая его кровь в этой мрачной клятве, которая свяжет нас навечно.

Когда я отпускаю его, Уильям выходит из меня и легко опускает меня на пол в душе.

— И я клянусь вам, мои короли, мои рыцари, мой двор, что я буду вашей королевой, вашей возлюбленной и вашим партнёром на веки вечные, — шепчу я хриплым от волнения голосом. — Я буду стоять на вашей стороне, сражаться в ваших битвах и любить вас всех до скончания веков, — я протягиваю Кассиэлю своё запястье, предварительно разрезав закрытую рану, и он прижимает его ко рту, впервые выпивая мою кровь. Моя кровь покрывает его язык, но ему наплевать, и я никогда не любила его за это больше, чем в тот момент.

Глава 6

КАССИЭЛЬ

ВКУС крови Изольды — это откровение, симфония силы и страсти, которая зажигает каждый нерв в моём теле. Я чувствую, как крепнут узы, древняя магия связывает нас клятвой любви и верности, которую невозможно нарушить.

Это мрак, ангелам запрещено связывать себя узами крови с любым существом, но всё это было потеряно, когда я пал и приземлился в жизни Изольды.

Я осторожно отпускаю её запястье, чувствуя себя сильнее, чем когда-либо.

— Дело сделано, — шепчет Изольда, и её голос полон благоговения и удивления. — Я чувствую тебя всю внутри себя. Твою силу, твою любовь, твоё могущество.

Уильям наклоняется и запечатлевает на её губах страстный поцелуй.

— Ты наша королева, — шепчет он ей в губы. — Отныне и навсегда.

Си-Джей протягивает руку, обхватывает её щеку и поворачивает к себе лицом.

— Наша вечность, — повторяет он, и в его голосе слышится низкое рычание обещания.

Связь крепка, круг любви и силы соединяет нас всех.

Серебристые глаза Изольды встречаются с моими, и она улыбается, мягкий изгиб её губ обещает целый мир.

Но я сосредоточен на Уильяме.

— Ну и что? — спрашиваю я, переходя к делу.

Он встречается со мной взглядом, словно ищет в нем что-то, но я не совсем уверен, что именно.

— Я вернулся, — медленно произносит он. — Но я не цельный.

— Потому что твоё тело в склепе, — заявляю я, к его удивлению.

Изольда шипит на меня, но я спокойно смотрю на неё.

— Он должен знать. Ему нужно его вернуть. Нам нужно найти способ вернуть его… — я неопределённо машу ему рукой. — …обратно в своё тело.

— В склепе? — тихо спрашивает Уильям. — Откуда ты знаешь?

— Блэкридж рассказал нам, — сообщаю я ему. — Когда мы обсуждали, как вернуть тебя обратно.

Уильям переводит взгляд на Изольду.

— Это он сделал это со мной?

Она качает головой и смотрит на меня, ища поддержки. Я оказываю ей её. Я без колебаний стараюсь информировать всех, насколько это в моих силах.

Это часть процесса обучения.

— Это сделала Дамадер. Твоя мать.

— Касс, — стонет Иззи. — Будь осторожнее с такими вещами.

— Моя мать? — восклицает Уильям, отшатываясь, а затем осознает, что мы все стоим в душе полностью одетые и промокшие до нитки, за исключением Иззи, которая голая. Он проходит мимо меня, разбрызгивая воду по всему полу, но никто не обращает на это внимания.

— Да, — подтверждаю я, выходя вслед за ним из ванной. — Дамадер — твоя биологическая мать. Очевидно, кровь взывает к крови. Именно так она смогла удалённо снять с тебя руны.

Уильям, с которого капает вода, стоит посреди спальни, на его лице застыло выражение шока и неверия. Вода стекает у его ног, пока он с отсутствующим выражением лица обдумывает это открытие.

— Удалённо? Значит, её здесь нет?

Я отрицательно качаю головой.

— Это невозможно, — говорит он. — Я бы понял. Я бы что-нибудь почувствовал.

— Не обязательно, если ты не знал, — мягко говорит Изольда, заворачиваясь в полотенце и выходя из душа.

Си-Джей присоединяется к нам, с его промокшей одежды всё ещё стекает вода.

— Это многое объясняет. Твой уровень силы, твоя природная склонность к магии крови, то, как руны отреагировали на тебя в первую очередь.

— То, как ты воскрес из мёртвых, — тихо добавляю я. — Уже дважды. Это ненормально даже для Сангвинарха.

— Дамадер много веков. Как это возможно?

— Она древняя, а не мёртвая, — замечает Иззи с мягкой ухмылкой. — Даже у кровожадных монстров есть потребности.

— Фу, чёрт возьми. Никогда больше так не говори, — говорит Уильям, отворачиваясь от неё. — Блэкридж сказал вам это?

— Да, — отвечаю я.

— И вы ему верите?

Он отчаянно ищет что-то, что сделало бы это неправдой.

— У нас нет причин ему не верить, — говорит Иззи, подходя к нему и кладя руку ему на плечо.

— Нет, у тебя с ним есть эта странная связь, которая делает тебя слепой, Иззи, — огрызается он. — Он лжёт.

— Зачем ему это делать?

— Чтобы ещё больше манипулировать ситуацией.

— Какой ситуацией? — беспечно спрашивает она.

Он поворачивается и свирепо смотрит на неё.

— Какой ситуацией? — повторяет он, его голос полон презрения. — Ситуацией, когда он привязывает тебя к себе и медленно устраняет всех, кто может помешать его планам! — Уильям взрывается, дико жестикулируя. — Сначала я, следующими будут Си-Джей или Кассиэль. Он изолирует тебя, делает зависимой от него!

— Это не…

— Разве не так? — глаза Уильяма вспыхивают яростью и болью. — Теперь ты защищаешь его на каждом шагу. Ты доверяешь его словам больше, чем нашим. Ты впустила его в свою голову, в свою магию, в самую душу, а сама даже не замечаешь этого!

Обвинение повисло в воздухе, как удар клинка. Изольда отшатнулась, словно он дал ей пощёчину, и крепко сжала полотенце вокруг тела.

— Как ты смеешь? — шепчет она. — Как вы смеете предполагать, что я предпочту его любому из вас, особенно сейчас?

— Ты уже это сделала, — холодно говорит Уильям. — Каждый раз, когда ты бежишь к нему за ответами. Каждый раз, когда ты находишь оправдания его манипуляциям. Каждый раз ты доверяешь его версии событий больше, чем тому, что мы можем видеть собственными глазами.

— Хватит, Уильям. Она спасла твою задницу. Снова. Прояви хоть немного грёбаной благодарности.

— Благодарности? — Уильям горько смеётся. — За что? Быть связанным с тремя людьми, в то время как она также связана с древним существом, которое может уничтожить нас всех одной мыслью? За то, что мне сказали, что моя мать — древнее чудовище, которое охотится на нас, охотится на тебя, и я учусь этому у него, вместо того чтобы обнаружить это самому? За то, что ты каждый раз, когда тебе нужно что-то доказать, выставляешь меня на посмешище, как морковку?

В комнате воцаряется тишина, нарушаемая только непрерывным стуком капель воды с нашей промокшей одежды. Слова Уильяма глубоко ранят, и я вижу, как на лице Изольды отражается боль.